Рассветы новой Земли 2. Тайна космического цветка - Инна Ласточка (Ness Quik)

Антон прошёл на мостик, его трясло, внутренности скручивались от страха, возможно, впервые с тех пор, как он чуть не попался в ловушку хищных тварей с планеты Эос на дальних рубежах. Сканирование не давало результатов, связи не было. Вулкан тем временем будто задался целью уничтожить планету, с неё массово начали взлетать корабли, подключились основные системы эвакуации, и Антону пришлось увести «Пегас» на безопасное расстояние.

— Майор, протокол предписывает вернуться на базу, доложить о ситуации, связаться с планетой и собрать поисковую команду.

— Знаю! — огрызнулся Антон. — Мы не улетим! Сканируй, пока не найдёшь её. Корабли, шаттлы, эвакуационные лайнеры… их сканируй тоже.

— Сканирование выполняется.

Двое суток Антон провёл на «Пегасе» — пожалуй, самых страшных межгалактических суток в его жизни. Нины нигде не было. Он не знал, что делать, и ничего не понимал, кроме того, что вокруг Конфедерации, системы Аурон и Человечества плетётся заговор небывалых масштабов, и что он, возможно, важный винтик этой истории. Он или Нина.

Или они оба.

Когда вулкан утих, и МАРИ смогла подвести «Пегас» к поверхности планеты, Антон вновь обрёл надежду. С ним возвращались и другие корабли, выжившие местные жители. Он думал, что выйдет и увидит Нину, спускающуюся с трапа какого-нибудь транспортника. Но реальность осталась равнодушна к его ожиданиям. Все встречали своих, с кем потерялись в спешке, а Антон стоял и смотрел на них. Совершенно один. Нина не могла погибнуть, он не только чувствовал это, но и видел на панели управления. И всё же сомневался. Система могла быть неисправна, чип могли зафиксировать в таком состоянии или даже подделать сигнал. Антон боялся надеяться, надежда была опасна тем, что легко могла превратиться в иллюзию, за которой сложно отличить действительное от желаемого, но несуществующего. Антону казалось, что на Ауро-эс вернулись все, кроме Нины. Горькое сожаление, сродни тому, которое приходит, когда думаешь об утраченных возможностях, накрыло Антона. Он так много хотел сказать и думал, что время ещё есть, что они вместе надолго, что он успеет… Не успел. Не сказал. Не смог.

Антон провёл в поисках ещё двое суток, а потом, измучив себя окончательно, вернулся на «Пегас» и от безысходности решил послушать сообщение Эмилии. В конце концов, чужие записи всё равно не могли сделать хуже, потому что хуже быть не могло. Он передал управление записывающим устройством МАРИ, включил на громкую и стал слушать.

« Дневник лейтенанта Эмилии Акимова-Фармер. Личный номер E4567M09000i, специальный отряд 'Предвесник Лояна», десятый состав.

Через две недели по времени космической станции «Аврора» меня вывели из камеры, посадили на одноместный шаттл и отправили на Ак-Ауро, центральную планету системы Аурон. Как единственного пленника меня держали во дворце Ак-Ауро под надлежащей охраной, никто не осматривал меня на предмет старых устройств, только прошлись сканером. Я хотела бежать, но с первой же вылазкой поняла, что это невозможно, и всё же я достала важную информацию, которую могу передать устно. Все прошедшие годы на «Авроре» мне многое не давало покоя, и теперь паззл сложился.

Мне важно, чтобы информация была передана на КРИ. Кто бы её ни получил, донесите это сообщение до адмирала'.

Антон сначала слушал расслабленно, но на этом моменте напрягся, сел ровнее и сосредоточился на голосе Эмилии.

' Начать нужно с того дня, когда в старших классах средней школы я познакомилась с пятёркой лучших друзей. Павлом Чеховым, Джеймсом Томпсоном, Джоном Фармером, Лео Леоновенсом и Кристофером Нейтаном. С Чеховым мы не сошлись сразу, он был как бы выше нас, наследник великой династии, высокомерный, снисходительно-щедрый, мы с ним постоянно спорили и, в конце концов, разбили нашу небольшую группу на два лагеря, в одном из которых была я, Кристофер и Лео, а в другом — Томпсон, Чехов и Фармер.

В военной школе я близко сошлась с Кристофером, мы полюбили друг друга и пообещали, что обязательно поженимся. Я планировала отказаться от распределения после экзаменов, но всё вышло иначе. Командующий Нейтан, отец Кристофера, запретил нам встречаться, я была неподходящей партией для его сына, и Кристофер вынужденно женился на другой.

Я поняла, простила, но выбрала КРИ и покинула «Аврору» на долгих пять лет. До меня доходили слухи, что у Кристофера родился сын, затем я узнала, что погибла семья Чеховых, а после, что по пути на Ригель корабль с женой и годовалым сыном Кристофера потерпел крушение. Жену и ребёнка не нашли.

Я сочувствовала ему, но в увольнение, к сожалению, прилетела не сразу. Лишь годы спустя, когда Кристофер уже отчаялся и перестал искать, мы встретились, и наши чувства вспыхнули снова, будто никогда и не угасали. Кристофер сделал мне предложение, я выслала раппорт на КРИ о возможной отставке или уходе на удалённый план работы, как сделал Лео. Сам Лео и его жена в тот период взяли под опеку младшего Чехова, я в это не лезла и старалась не появляться у них дома без необходимости. Мы начали готовиться к свадьбе, и были счастливы до тех пор, пока Кристофер не отправился на встречу с представителем Торговой Федерации. На обратном пути им пришлось спуститься на союзный планетоид, чтобы переждать космическую бурю. Планетоид оказался населён изгнанниками с разных планет, среди которых оказалась женщина и ребёнок. Кристофер увидел в ребёнке своего сына и забрал их с собой.

Я снова приняла его поступок, надеясь, что мы всё равно будем вместе. Я помогала ему найти врача для ребёнка — мальчик оказался заражён — я помогала женщине освоиться и отойти от пережитого стресса. Она ничего не помнила и первое время вела себя странно, но затем у неё открылись способности к биоинженерии, она нашла общий язык с Томпсоном и перестала со мной общаться. Я всё ещё готовилась к свадьбе, когда узнала, что ребёнка вылечить нельзя, что Совет принял решение отправить женщину и ребёнка с космической станции в Регилианскую колонию, и что Кристофер решил жениться на ней, чтобы этого не случилось.

Второй раз. Второй раз он бросил меня вот так, но я не могла перестать