Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

– Мне тут тоже хорошо помогли. Любой мир не 6ез добрых людей. Жители Киманы маумитов терпеть не могут, поэтому помогли мне с явным удовольствием. Племена тут живут замкнуто, и люди редко зна­ют, что творится в других городах. Мне повезло. Один киманский во­ин побывал у маумитов в плену. Семья с большим трудом его выкупи­ла, а случилось всё это незадолго до того, как я пришёл в Киману. Я знал, что это город мирный и там можно передохнуть, а заодно и что-нибудь выяснить. Этот молодой воин рассказал мне, что в Та­-Маури собираются принести в жертву колдунью – одну из трёх чужеземок, которых поймали маумитские охотники. Одну – с волосами, как пепел, – правитель взял себе в жёны, её служанку поселили среди ей подобных – темноволосых. Ну а третью решили отдать богу. Как раз праздник солнцестояния на носу, и лучше избавиться от чужезем­ной колдуньи, которая уже успела там кое-кому задать жару. Естественно, я сразу понял, о ком речь и кому из вас какая уготована участь. Кого ещё могли испугаться, кроме моей дорогой жёнушки – колдуньи и сорванца? Киманцы сказали, что Та-Маури очень хорошо охраняется, и проникнуть туда, а тем более в Солнечный Дворец, не­возможно даже ночью. И даже по воздуху. Эти летающие штуковины ­– сканды – есть тут во многих городах, так что дозорные смотрят в небо не реже, чем по сторонам. Киманцы ненавидят маумитов. Навер­ное, я бы даже сумел уговорить воинов Киманы напасть на Та-Маури. Но я знал, что тебе это не понравится. Пострадало бы много невинных. К тому же, если затеваешь драку, ещё не значит, что не доста­нется тому, ради кого ты всё это затеял. Я боялся сделать тебе ху­же, разозлив этих дикарей… Они действительно дикари, дорогая, и ты это прекрасно знаешь. Киманцы сказали мне, что маумиты очень боятся дурных знаков и никогда не продолжат священный обряд, если увидят какое-нибудь плохое знамение. А особенно они боятся зловещих знаков, связанных с солнцем и огнём. Жители Киманы не один день мастерили вместе со мной огненный шнур. Они заверили меня, что пожар, начавшийся во время совершения обряда, заставит мауми­тов отменить жертвоприношение. И лучше, если жители Та-Маури не поймут, откуда взялся огонь. Шнур сгорит очень быстро, а кусочки марахи… Пламя они дают мощное, а сами маленькие. Когда огонь на­конец утихнет, никто и не поймёт, из-за чего так полыхало. Пусть маумиты считают, что огонь вспыхнул по воле божества. Тогда они ­не заподозрят в поджоге кого-нибудь из своих соседей и ни на кого не пойдут войной. Ещё киманцы сказали, что во время жертвоприноше­ния все жители Та-Маури собираются на площади, и снаружи город по­чти не охраняется. Правда, протягивать шнур всё равно пришлось но­чью, скрываясь от маумитских патрулей. Место там довольно откры­тое, днём вообще трудно спрятаться. Когда маумиты собрались на площади, я пробрался в город – перелетел через северную стену. Парни из Киманы, которые вызвались мне помочь, подожгли шнур. А я ещё разбросал кусочки горящей марахи по всему городу. Надо было напустить побольше дыма. По-моему, когда все увидели огонь, вождь уже собирался отменить жертвоприношение, но эта тварь Хэда… Я видел, как она его отговаривала. И ведь добилась своего! Пришлось подстрелить этих парней. Ничего, это неопасные раны… Началась паника, и я стал подбираться к тебе поближе. Я держал наготове ариллин, чтобы ты сразу окутала нас облаком из огня и тумана. Огня вокруг хватало… Но туман вдруг повалил от Хэды… А почему ты сразу не отняла у неё кулон?

– Она солгала, что потеряла её. Да ещё прикинулась такой рас­строенной… Я случайно увидела паука у неё на шее, когда на неё упал солнечный луч… То есть, это, конечно не случайно было. Мау помог мне. Несмотря на то, что я не захотела стать его супругой.

– Мау – понятливый парень! – рассмеялся Тамран. – Смекнул, что не стоит зажигать с чужой женой на глазах у разъярённого мужа…

– Пожалуйста, поаккуратней, когда говоришь о богах.

– Да я ничего такого и не говорю. Я всегда буду чтить солнечного бога. Можно изобразить солнце на парусах всех димилонских кораблей. У нас же скоро будет своя флотилия. И на нашем фамильном гербе. Или хотя бы украсим солнечным диском наши ворота…

– Сначала нам надо до них добраться. Именно этим я сейчас и займусь.

Ариэна вызвала на магическое полотно картину, которую сделала пару месяцев назад. Она изобразила на ней один из залов Гиамары – с фонтаном, украшенным фигурой мальчика на рыбе. Ей очень нравилась эта статуя. Картина-дверь на Гиамару оказалась неиспорченной. Она открылась сразу. 3накомый интерьер ожил, картина обрела глубину и тут же изменилась. Статуя в центре фонтана светилась зловещей мертвенной голубизной. Здесь было темней, чем обычно. Впрочем, освещение на Гиамаре менялось посто­янно. 3начит, в данный момент там было так. Полутёмный зал манил своей хрустальной сумрачной прохладой.

– Хвала Аранхе! – воскликнул Тамран. – А также Найяре, Гиамаре и всем другим божествам Энны. Хоть одна целая дверь нашлась… И вовремя. Пора уходить из этого гостеприимного города. Тут уже другие гости нагрянули, а что у них на уме, мы не знаем. Великая Нить! Сколько их!

Ариэна посмотрела в окно. На город словно надвинулась огромная туча. В небе кружило целое полчище косматых летунов.

– Неужели маумиты?

– Вряд ли, – прищурился Тамран. – Тут почти все летают на этих скандах. Они их вечно друг у друга воруют. Одно племя у другого…

Летуны явно собирались здесь приземлиться.

– Насколько я понял, – продолжал Taмpaн, – на Талефе кипит бо­рьба за города. Племена разрастаются, им нужна территория. И жела­тельно уже застроенная. Тут, конечно, все города разрушены, но всё же это города. Хорошо спланированные, с благоустроенными дома­ми, которые можно починить. Это проще, чем строить. Тем более что нынешним строителям далеко до имперских… Знаешь, не нравится мне эта компания. И вообще надоела эта планета… Ты скоро?

– Да. Ещё немного…

Магическая дверь открылась сразу. Так, как открывается дверь, сделанная недавно. А значит, от родного мира Ариэну и Тамрана от­деляло только расстояние и они должны были попасть в своё время. Это радовало. Но в данный момент картина вела на Гиамару, а им на­до было на Ди-Милон. Отворив магическую дверь, можно попасть и в то место, которое на ней изображено, и туда, где