Бывает и хуже? Том 2 - Игорь Алмазов

частную клинику, на Московской. Завёл с тобой разговор, чтобы потом и тебя туда пристроить. А ты отказался. Да мало того, сказал, что здоровьем людей не торгуют и что частная медицина — это обман пациентов.

Надо же! У прошлого Сани были принципы. Которые он потом похерил, когда начал работать в аткарской больнице.

— Я говорил ему, что ты просто молодой, и сгоряча так сказал, — добавил отец. — Но с тех пор вы вообще стараетесь не пересекаться.

— Понятно, — ответил я. — Но знаешь, хватит уже нам друг от друга бегать, надо решить этот вопрос. Так что я всё-таки приеду, а ты просто заранее не говори дяде Андрею, что я буду, идёт?

В трубке снова повисло молчание.

— Ты серьёзно? — протянул отец. — Решил помириться с дядей?

— Конечно, — ответил я. — Не собираюсь я больше бегать от проблем. Уверен, мы разрулим эту ситуацию.

— Саша, ты меня удивляешь, — в голосе отца явно была слышна радость. — Тогда приезжай, конечно! Будем тебя ждать.

Мы попрощались, и я положил телефон. Так, интересно, а где мои родители живут? Спрашивать это у отца было бы максимально странно.

Полез в телефон, и в «картах» нашёл сохранившийся адрес дома. Тоже частный дом, на окраине Саратова. Найду.

— Неужели ты правда забыл про свою ссору с дядей? — внезапно подал голос со своей раскладушки Гриша. — Сорян, я подслушал чуток. Но просто странно, что ты такое забыл!

— А ты тоже про это знаешь? — в свою очередь удивился я.

— А как же! — усмехнулся друг. — Ты тогда так бесился! Заявил, что твой дядя — продажная шкура. Что ты никогда до такого не опустишься. Что ты врач, а не торгаш. Да вообще жесть, как ты злился.

Я вздохнул. У Сани, который учился на первых курсах медицинского университета, были категоричные идеалы. Но потом, судя по всему, он столкнулся с жестокими реалиями Аткарска. И те его сломали почти окончательно.

— Понятно, — протянул я. — Ничего, разберусь.

Снова залез в телефон, и тут мне как раз попалось на глаза приложение «ВКонтакте». Я вспомнил, что только сегодня про него слышал.

Вообще я видел его в телефоне и раньше, даже заходил разок. Ничего там не понял и отложил на потом.

— Гриш, — снова окликнул я друга. — А что такое «Дайвинчик»?

— Приложение для знакомств в ВК, — мгновенно ответил тот. — Туда можно чисто порофлить заходить. Нормально там вряд ли получится познакомиться, сам сколько раз пробовал.

А вот Сане, видимо, повезло. Он там смог познакомиться с Леной.

— Спасибо, — кивнул я. — Буду знать.

— Не ври, ты по-любому там тоже сидел, — хмыкнул Гриша. — Хоть и не признаёшься.

Я отмахнулся от него и решил изучить «ВКонтакте». Прошлый Саня явно туда заходил, раз познакомился с Леной через Дайвинчик.

Может, узнаю о Сане что-то ещё.

Решительно нажал на приложение, и оно открылось. Так, разобраться бы тут ещё… Ага, в углу кружок с изображением мужчины в костюме летучей мыши. Что это вообще?

Я нажал на этот кружок и перешёл на другую страницу. Видимо, это страница Сани, или как тут подобное называется…

Полное отсутствие фотографий, только вот этот мужик в костюме мыши. Приколы в этом мире такие? У Гриши спрашивать не буду, вдруг этот вопрос покажется ему странным. У меня ощущение, что друг и так начал периодически смотреть на меня с подозрением.

Вот «музыка». Ну, тут полторы тысячи наименований, это мне точно не нужно. Что тут ещё есть…

«Друзья». Сорок семь человек, но заходить и смотреть каждого я не хочу. Вряд ли их можно назвать друзьями, в жизни у Сани вообще было мало друзей.

«Подписки». О, здесь интереснее. Судя по всему, это какие-то объединения людей по интересам. «Подслушано в Аткарске», «Мемы для медиков», «Пикабу», «Горячие цыпочки»… Стоп, что?

Нашёл, как отписаться от групп непристойного содержания, а их здесь было больше сотни.

Ну всё, хватит с меня Саниного ВК. Не готов я разбираться ещё и с этим. Ибо уверен, что там меня будет ждать ещё не один сюрприз. Закрыл приложение, поставил будильник и пошёл спать.

Утро пятницы началось как обычно. Подъём, зарядка, душ, завтрак, спящий Гриша. Не забыл оставить ему традиционную записку: «Ищи работу», затем пошёл на работу сам.

Ночью прошёл снегопад, так что идти было трудно. Уборка снега в городе по-прежнему практически отсутствовала. Предвкушаю, как сегодня «здорово» будет кататься по вызовам.

Дорога заняла больше времени, чем обычно. Ещё и два раза пришлось ингалятором пользоваться.

Хорошо, что привычка выходить из дома пораньше сохранилась, и пришёл я за десять минут до начала утреннего приёма.

В регистратуре меня поймала Виолетта.

— Александр Александрович, я хотела извиниться, — смущённо сказала она. — Моя тётя… Она… Она бывает бестактной.

— Всё в порядке, — успокоил я девушку. — Я всё понимаю.

— Спасибо, — выдохнула Виолетта. — И спасибо ещё раз за всю помощь.

Она ненароком коснулась моей руки и убежала вглубь регистратуры. Я заглянул в коробку для карт, с удивлением ничего там не нашёл.

— Ваша медсестра уже забрала, доктор, — ехидно сказала Ирина, которая снова с интересом слушала наш с Витой разговор.

— Повезло мне с медсестрой, — улыбнулся я.

Ирина поджала губы и уткнулась в свой журнал. А я поспешил к себе в кабинет.

Лена уже сидела там, рассматривая паспорт участка и что-то там записывая.

— Доброе утро! — бодро поздоровалась она. — А я пришла пораньше, вот с документами сижу.

— Доброе, — кивнул я. — Очень рад это слышать.

Повесил куртку в шкаф, где уже висел пуховик Лены, и сел за свой компьютер.

— Десять лет никто даже учёт не вёл, работы уйма! — покачала Лена головой. — Слушай, ещё на диспансеризацию ты кого-то отправлял?

— У нас план: двенадцать человек в неделю, — ответил я. — Я вот по спискам прозванивал, ну и с приёма и вызовов тоже отправлял.

— Можешь мне прям точно сказать, кого именно? — уточнила Лена. — Это в ещё одном журнале подавать надо.

Да сколько же участковому терапевту надо вести журналов?

Дверь в кабинет резко открылась, и без стука вошла Татьяна Александровна.

— Доброе утро, — поджав губы, поздоровалась она. — Пришла узнать, как ты справляешься, Лена.

—