Пленница амулета страсти - Шана Лаут

— Так фарт и т стал достоянием сначала всего Дарстара, а потом пошёл во все миры и страны. Ты ведь видела Врата, они сделаны из них, и с их помощью можно преодолеть огромные расстояния за один шаг. Благо… построенное на крови и жизни, — закончил рассказ мужчина, хмурясь. — И твоя ситуация напомнила мне об этом историческом событии. Всем известно, что королева и княгиня в очень хороших отношениях, а раз, с твоих слов, ещё и твоя мать с ними заодно…

— Тогда возникает вопрос, что им нужно от нагов, чего они не могут получить? — нашла я закономерность.

— Нагов? — приподнял эрв брови.

— Да, тот, кому меня хотели отдать в жертвенные жёны, был чёрный змей Крисар, — я даже вспомнила его имя.

— Он не наг, — покачал головой свёкр и хмуро переглянулся с сыном. — Он — василиск. Один из подвидов, что очень похожи на нагов, ведь имеют промежуточную форму, схожу с полной у полузмеев. Только они куда более ядовиты. Сложный кандидат в их плане, ведь он очень своенравен, а ещё очень осторожен. Единственный сын своих родителей, он унаследовал обширные земли на юге княжества. Видимо, в них есть что-то такое, что княгиня хочет себе с условием, что поделится с подружкой.

— А может хочет все эти земли, — предположил Варс. — Насколько я слышал, чёрный змей отказал всем невестам, которых ему подсылала княгиня, а у них женщины правят семьями. Он не хотел в гарем, видимо, решил найти сам жену по правилам своей расы — найти и похитить. Но его схватили и заставили драться на арене, а он воспользовался этим, чтобы на него посмотрели во всей красе. Потом его бы «выбрала» та, которой он понравится, и он мог спокойно её похитить, сделав женой. За похищение благородной дамы ему бы пришлось немало заплатить, а уж за её «случайную» смерть плата стала бы непомерной.

— Верно, — согласился с ним отец.

— Ужас, — выдохнула эри Дакри и встала со своего места, чтобы подойти ко мне и взять за руки. Она смотрела мне в глаза, и я видела в них сочувствие и поддержку. — Ты умничка, что вырвалась. И за клан не волнуйся, ты теперь часть его, а своих мы не бросаем и в обиду не даём. Да, милый? — посмотрела она на мужа, тот кивнул и улыбнулся.

— И раз наш сын теперь твой муж ещё и старший, то нужно будет быть готовыми к приходу новых мужей на нашу территорию. А главное — проверять каждого от и до, чтобы не упустить тех, кто будет на стороне королевства и его интересов. Значит, усилим проверки и охрану, но так, чтобы не вызывать подозрения, — сразу стал он придумывать план.

А у меня в груди зашевелилось что-то тёплое. Так и хотелось сказать: «Видишь, Нари, выход был! Выход есть! Ты бы справилась и без меня». Но что сделано, то сделано. Теперь на её месте я, и мне жить эту долгую жизнь (многие жители этого мира долгожители с большим жизненным сроком, если верить её памяти. Кто живёт сто лет, кто двести, а есть и триста — но такие уже редкость, как земные столетние старики).

— Остаётся только один вопрос, который мне так и непонятен, — Варс взял меня за руку, когда его матушка отошла, привлекая моё внимание к себе. — Кто тот дракон? Он ведь пытался добраться до тебя, звал по старому имени, значит, знал лично.

Точно! Дракон. Кто-то из жизни Нарейи. Но я ничего такого не помню, точнее не могу найти в закромах памяти. Разве что… Нет, быть не может.

Почему-то вспомнился звонок её отца, который единственный на её памяти звал её сокращённо — Нари. Звал так же, как и тот дракон. А выглядел… Перед внутренним взором предстал высокий мужчина с каштановыми волосами и медовыми глазами, часть внешности которого была у его дочери, но только внешность, в остальном же девушка была в мать — хрупкая и маленькая. Всегда растрёпанный, с многодневной щетиной, в явно не новой одежде, но с таким теплом и любовью в глазах с вертикальным зрачком — единственным напоминанием, что он далеко не человек. Но его расу он своей кровиночки никогда не говорил, даже признаков того, что он — дракон, у него не было. Ни рогов, ни крыльев, ни хвоста. Ничего, что было бы как у того дракона.

Разве что цвет глаз, волос как у чешуи, ну и немного голос. Грусть кольнула сердце, но быстро испарилась. Эх, глупый у тебя папаша, Нари. Мог и раньше обратиться, добраться и улететь подальше от твоей матери. Если, конечно, он был на такое способен. Кто знает, чем она сдерживала его в дали от тебя?

— Ты знаешь, кто он? — муж вернул меня из раздумий и разглядывания чужих воспоминаний.

— Я подозреваю, что мой отец, — поделилась я со всеми этой догадкой. — Он никогда не говорил, кем является, да и внешних признаков я не видела.

— Безродный? Драконы редко покидают свои кланы, значит либо сбежал, либо его просто выгнали, поэтому дракон не показывал себя, предпочитая жить в образе человека, притворяясь безродным. А может он не хотел, чтобы кто-то знал, что он из драконов. Они самый малочисленный народ, да и на драконидов совсем не похожи в человеческом виде. Нет рогов или крыльев с хвостами, когда они в форме людей, — объяснил мне Варс. — Я знаю одного дракона, поверь, он совсем как человек. Не знать, так и не отличишь.

— А тут у него ещё и родилась дочь, — хмуро заметил старший эрв. — У драконов почти всегда рождаются сыновья. Дочери — редкость, они никогда не унаследывают расу отцов, но считаются драгоценностью гнезда. И их мужьями всегда становятся драконы из клана отца или дружественных кланов. И ты могла быть его поводком, удерживающим от возвращения в клан (его бы приняли обратно, явись он с дочерью), а так твоя мать управляла им, если, конечно, знала, кто он. Но скорее всего и она не знала его сути, иначе бы воспользовалась этим и получила огромный выкуп за то, что отдала бы тебя его клану.

— Может ли быть так, что он подготавливал почву, чтобы забрать меня? — поинтересовалась я, вспоминая наш разговор. Он вёл себя так, словно уже давно что-то готовил, но просто не мог подобрать нужное время, чтобы украсть дочь. — Может ему нужно было моё согласие, как совершеннолетней?

— Возможно, — закивал свёкр. — Но твоя мать была осмотрительной и держала тебя взаперти после дня твоего вступления