Хочу быть злодейкой - Ива Лебедева

И чтобы дно у пропасти хотя бы обозначилось, я сняла с полки книгу «Основы магии простыми словами», написанную выпускником академии, название которой мне ни о чем не сказало, точнее сказало, что это не то учебное заведение, из которого мне грозит отчисление. На учебник книжечка не тянула, с первой же страницы автор принялся сыпать шутками, сравнивать руны с закорюками из детской прописи, магическую силу — с закипающей в котелке бурдой, конструкты заклинаний — с карточными домиками. Объяснял он весело и с огоньком, так что я втянулась. Свербевшая на краю сознания мысль, что вся моя учеба, как только я очнусь в реанимации, в нормальном мире живых людей, а не картонных декораций и плоских персонажей, потеряет всякий смысл, растворилась.

Время пролетело незаметно.

— Идем к твоей тетушке. — На страницу книги упала тень.

Глава 31

Подпрыгнув от неожиданности, я секунду тупила, вспоминая, о какой еще тетушке идет речь, потом закивала и радостно поскакала переодеваться: не в домашнем же платье выходить, хватит с меня конфузов.

— Ты читала эту вульгарщину? — бросил вслед Юрой. — Ужасно!

— Ты эту вульгарщину рекомендовал, — фыркнула я, скрываясь.

Юрой ждал меня внизу, на плечах неизменный плащ, на сей раз не черный и не синий, а темно-изумрудный с легким отливом.

В лучах солнечного света Юрой не походил на злодея, напротив, его фигура, подсвеченная золотым сиянием, казалась героической. Я так впечатлилась, что даже встала посреди холла, глядя на своего жениха с приоткрытым ртом.

Если наша помолвка из фиктивной станет реальной, если мы поженимся… может, тогда не стоит торопиться в реанимацию? Очнусь, когда через долго и счастливо помрем с Юроем в один день?

— Ты идешь или передумала?

— Бегу, — спохватилась я.

Однако первым в карету запрыгнул Лисик. И сразу спрятался под сиденье от свирепого взгляда некроманта. А оттуда перебрался сначала мне под подол, а потом и на ручки.

Зеленная лавка тетушки Муриль располагалась на восточной окраине. Судя по тому, что мы в карете ехали почти целый час, понятно, как Кайли оказалась в общежитии при академии. Отсюда на занятия не набегаешься!

А вот драгоценные братец с сестричкой парадоксальным образом прекрасно успевали пакостить именно возле академии. На метле прилетали? Силой сюжета перемещаться научились? Загадка.

— Тетушка Муриль! — Я взяла из рук Юроя корзинку с подарками, за которыми мы заглянули на ближайший рынок. — Вы дома?

— Кого там ненастным ветром принесло? — Сварливый голос тетки мне был уже знаком, доносился он со стороны огорода. Через пару секунд и сама хозяйка показалась.

Муриль на секунду застыла в арке увитого зеленью прохода возле курятника, потом хмыкнула и велела:

— Не стойте в воротах, заходите, родственники дорогие. Наконец-то хоть одна девка из всего семейства за ум взялась, мужика себе нашла стоящего, честь по чести привела знакомиться.

Юрой чуть надменнее, чем обычно, приподнял бровь, искоса поглядывая на меня. Я только улыбнулась, подмигнула ему и устремилась к хозяйке:

— Тетушка, я тут гостинцев захватила. Куда поставить?

— А про братца с сестрой с порога не спросишь? — ехидно уточнила Муриль, кивнув на лавку возле крыльца: мол, ставь свои гостинцы.

— Случись с детками что, вы бы мне сразу сказали, — рассудительно заметила я. — Надо сперва дела порешать. Сколько я задолжала за комнату?

Достав кошелек, я выложила несколько золотых.

Тетка хмыкнула, к деньгам не притронулась, посмотрела на некроманта, на меня и, склонив голову к плечу, возразила:

— Так мне и сдачу нечем дать.

— Не надо сдачи, пусть вперед будет оплачено.

— Хорошо. — Денежки тотчас исчезли в кармашке передника.

— Вот еще. — Я выставила бумажный пакет с бутылочками и баночками. — Это из аптеки, там долг я тоже закрыла.

Тетушка не стала спорить, подхватила и корзинку, и пакет и позвала нас из лавки вглубь дома.

— Братец твой, — между делом бросила она, — сперва грозился, что будет жить не в моей норе, а в приличном доме, потом злой вернулся и очень сетовал, что тебе голову заморочили и тебя надо срочно… спасать. С утра ушел спасением заниматься.

— А сестренка? — Я нахмурилась, прикусив внутреннюю часть щеки.

— Так за братом увязалась, — пожала плечами Муриль.

— То есть опять вдвоем где-то шлендрают, вместо того чтобы вам помочь и за бабушкой присмотреть? — Я нахмурилась еще сильнее. — Так… Тетушка, не подскажете, где у вас тут можно хорошую хворостину выломать? А лучше две!

— Правда? — Муриль, вслед за которой мы прошли в большую полуподвальную кухню с чисто побеленными стенами и вышитыми полотенцами над единственным окном в сад, резко развернулась ко мне. — А я думала, показалось мне в прошлый-то раз.

— Не показалось, — зловеще прищурилась я. — Дорогой… — это было обращено уже к Юрою.

Он, правда, вздрогнул от такого обращения, но больше ничем себя не выдал.

— Дорогой, могу я попросить тебя о помощи? Мне бы два сторожевых амулета для братца и сестрицы. С функцией отслеживания и почасовой программой жалящего пониже спины, если с тетушкиного огорода, или куда она их работать поставит, раньше времени попробуют смыться!

А что, по сюжету нечто подобное мелькало, как раз таки некромант делал для каких-то неприятных личностей, посягающих на чужую свободу воли. Я тоже хочу посягнуть, прямо сейчас!

— Мне нравится твоя мысль. — Юрой ухмыльнулся настолько многообещающе, что я сразу поняла: такую же приблуду он захочет повесить и на меня, что-то вроде охранительного амулета, который будет жалиться и кусаться, если приближусь на недозволенное расстояние. Тьфу! А фиг ему, у меня кактус на окошке и информация о сюжете в голове. Обломается!

Пока мы разговаривали, на кухне появилась… Седые до белизны, но густые волосы рассыпаны по плечам, в ярко-голубых глазах ни единого проблеска сознания, выражение лица отстраненное, зато ни намека на немощность, тело выглядит подтянутым и крепким, как у женщины лет пятидесяти-шестидесяти, но уж точно не старушечье.

Из одежды рваная сорочка, на грудь свисают концы измусоленного платка, на левой ноге носок, правая босая.

При этом сама женщина чистая, опрятная. Тетушка позаботилась? Точно не мои братец с сестрицей.

— Внученька пришла… Внуча…

— Ба? — вырвалось у меня. В носу защипало, а в горле встал ком. И это вовсе не тело Кайли так реагировало. Это я сама.

— Она все твердила, что ты ее бросила, — заметила тетушка. — Без лекарств неспокойная такая стала. Но болтает временами вполне разумно.

Да?

В истории говорилось, что бабушка героини погрузилась в старческий маразм: то проваливалась в свое прошлое и считала себя юной девушкой, то садилась за стол и двигала рукой так, будто пишет, хотя ни карандаша, ни ручки