Шата - Ри Гува

Я снова посмотрела на спину своего спутника. Смогу ли я убить его, голыми руками, без оружия? Пока не поняла и поэтому не рисковала. У меня был лишь один шанс.

Я не знала, отличаемся ли мы по силе и скорости. Если да, то, скорее всего, он сильнее меня, потому что был мужчиной. Если нет, то я все равно не до конца понимала свои возможности. Знай я их, попыталась бы вырубить его сразу, но действовать вслепую равносильно смерти. С кнарком второго боя не будет. Поэтому сперва я должна понять, на что он способен. И на что по сравнению с ним способна я.

Как бы там ни было, кое-что я узнала наверняка. Во-первых, я была выше по рангу, чем Другой. Когда он спрыгнул с крыши, то поклонился мне. Когда мы выходили из города, он сказал: «В путь. К нашему Отцу» – и снова поклонился. Он не ждал встречного уважения, а значит, его не должно быть. Какая-то иерархия у них… нас все-таки была. И я стояла выше, чем он.

Во-вторых, между кнарками было полное доверие. Не получив ответа, где я была и что произошло, Другой не заподозрил неладное. Если я промолчала, значит, на то была весомая причина. Кнарк не врет и не умалчивает без причины. Ему доверяют.

Могла ли я воспользоваться этим и сказать, чтобы он шел дальше, а мне еще нужно кое-что завершить? Я быстро узнала ответ. Не могла. Потому что в первые же мгновения нашей лесной прогулки я попыталась бесшумно подкрасться к Другому, чтобы посмотреть, как он отреагирует.

Кнарк уставился на меня с полнейшим безразличием и спросил:

– Ты что-то хотела, Шата?

Он спросил это без всякого намека. Искренне. Услышал шорох моих шагов и повернулся уточнить, что мне понадобилось. В тот момент я и решила, что если как-то не использую эту наивность, то грош мне цена.

– Я должна наведаться в столицу, – холодно уведомила я, вспомнив, что до нее всего день пути.

– Зачем? – равнодушно спросил Другой.

Я не менее спокойно ответила:

– Не могу сказать. У меня особое задание от нашего Отца. И оно ждет своего завершения в столице.

Кнарк тут же сбросил мешок на землю. Не успела я поднять руки, как он, не глядя на меня, припал на одно колено.

– Конечно, Шата. Твое слово – закон. И я буду рад помочь тебе исполнить волю Отца.

Я выдохнула и почувствовала, как долгожданная надежда щекочет ноздри. Даже если Другой пойдет со мной, в огромном городе точно найду способ сбежать от него.

Кнарк поднялся и склонил голову.

– Как только ты встретишься с Отцом, мы вместе направимся куда он прикажет. И, конечно, первым делом закончим наши дела в столице, если они еще будут важны для Отца.

Звон, с которым разбилась моя надежда, заполнил уши. Странно, что кнарк не услышал его: он был душераздирающе громким.

Тогда-то я и поняла: Другой не просто оберегал меня, потому что я исчезла из видений Бадзун-Гра. У него приказ.

– Наш Отец велел тебе найти меня и привести к нему? – собрав все хладнокровие, спросила я.

– Да, Шата. Нам всем приказано разыскать тебя, вытащить из заточения и вернуть в родной дом.

Родной дом…

– Это первостепенный приказ, Шата. Наш Отец, он…

Похоже, Другой не мог подобрать нужного слова. Или не знал его. Он забыл это слово, присущее лишь людям.

– Волнуется за меня? – подсказала я, и мой голос незаметно дрогнул.

Кнарк почтительно кивнул и поднял мешок.

– Верно. Отец волнуется. Ты должна предстать перед ним. Все остальное подождет.

Я молчала и думала. Другой смотрел на меня, ожидая согласия. Как каменное изваяние.

Что делать? Потянуть удачу за хвост еще раз? Сказать «нет»? Ударить первой, а дальше будь что будет? Насколько он сильнее меня? Насколько быстрее?

– Что-то еще, Шата? – все так же безразлично спросил Другой.

– Нет, – с трудом выдавила я.

– Мы можем идти дальше?

Миг раздумья.

– Да.

И после этого слова наше молчаливое шествие возобновилось.

Он ничего не заподозрил, но я была уверена, это лишь вопрос времени. Если ему приказано привести меня к хозяину, то он притащит меня туда несмотря ни на что. Никакой высокий ранг его не остановит. Слово Отца гораздо выше, чем мое, кем бы там кнарки меня ни считали.

Больше я не предпринимала попыток к бегству. Это бессмысленно. Нужен хороший план, а не истеричные метания.

Пока единственной отдушиной было лишь то, что лошадь Другого издохла на пути в Таццен, а я сказала, что у меня своей нет. Это дало мне время. Насколько далек наш путь, я не знала, но пешая прогулка втрое замедляла нас.

Мой вороной. Он остался в Городе Мудрости. Ждет, когда я заберу его из хлева и мы снова пустимся в путь. Как скоро хозяин трактира поймет, что я не вернусь, и продаст мою лошадь на торгах? Будет ли новый владелец уважать мое горделивое животное? Или станет стегать его плетью и гонять до изнеможения?

Я сжала кулаки до болезненного хруста. Это мой конь. Мой друг. Единственный, который у меня есть. Я вернусь за ним. Я заберу его. А другой кнарк дойдет до Отца либо один, либо не дойдет вовсе. Осталось лишь придумать как. Или дождаться, когда он решит заночевать.

Будь у меня оружие, шансы бы непременно сравнялись. Но оно так и осталось в проклятом хранилище королей. И если бы они лично вручали дань кнарку, то без слов поняли бы, что лучше вернуть мне все сейчас, но ни Аркина, ни Анцеля не было, а мешок с сапфирами выволокли их дрожащие от страха слуги.

Солнце стекало с неба все ниже и ниже. Мы огибали крутую гору, которая устремлялась к облакам и будто не имела конца. Поэтому крохотный водопад, юрко струящийся по склону, словно лился с самих небес. Набрав в ладони искристую воду, Другой умыл лицо и сделал пару глотков. Пока это были единственные человеческие повадки за весь день. Вслед за ним я тоже вымыла лицо, провела рукой по волосам, распустив каштановую косу, и позволила себе на мгновение закрыть глаза.

Стоило это сделать, и хаотичные обломки памяти засверкали яркими вспышками.

Я видела призрачные лица сестры и матери. Видела, как мы смеялись, а значит, у нас были хорошие дни. Мама была очень красивая, когда улыбалась.

Я вспомнила, как кухарка Рея незаметно