Последняя схватка. Мир героев - Николай Андреев

— Пора уходить, — произнес русич. — Больше мы ничего не найдем. Соул работала профессионально. Я почти уверен, что при перелете она сидела в дальнем углу десантного бота. Ни солдаты, ни пилоты, ни техники звездного крейсера ее не запомнили. Женщин в тасконской армии немало.

— А сержант? — вымолвил англичанин.

— Стечение обстоятельств, — проговорил Храбров. — Согласно рапорту, парня насторожило близкое знакомство Лизы с Таунсеном. Торн ведь и тогда занимал очень высокий пост.

— Да… — протяжно сказал Саттон. — Соул провела рискованную операцию. Путешествие с Тасконы на космическую базу, оттуда на корабле до Алана, высадка в Чанкоке, штурм информационного центра и затем возвращение обратно. И все это меньше, чем за сутки. Удивительная женщина.

— Цель оправдывает средства, — философски заметил Олесь. — Кроме того, разоблачения Лиза не боялась. У нее наверняка была подготовлена отличная легенда. Таунсен — надежное прикрытие. Главная опасность — воздушная схватка в небе над городом. Однако флайеры расчистили путь ботам. Оборона же важнейшего объекта планеты — сплошной фарс. Посвященные первой степени, фанатики до мозга костей сдались практически без боя. Диктатор торопился передать сведения своей преемнице.

— Звучит логично, — согласился Крис. — Но стопроцентной уверенности у меня до сих пор нет. Слишком много домыслов. Хотелось бы неопровержимых фактов.

— И не надейся, — возразил русич. — Создавая образ благодетельницы, тасконка потрудилась на славу. Она полностью изменила свою биографию. В Елании ее боготворят. Еще бы! Бескорыстная защитница бедных и обездоленных. Так же, как и большинство аланцев, женщина пережила ужасное горе. Гибель мужа и сына позволила Лизе завоевать доверие простых граждан.

— Неужели Соул настолько цинична? — недоверчиво произнес англичанин.

— Не знаю, — пожал плечами Храбров. — Чужая душа — потемки.

— Господи, что же движет этой женщиной? — вздохнул Саттон. — Жажда власти, богатства?

— Вряд ли, — проговорил Олесь. — Мы столкнулись с особым случаем. В обычные рамки он не вписывается.

Поставив папку на полку, русич быстро зашагал к выходу. Англичанин следовал чуть позади. Вскоре друзья повстречали Гринвила. Майор увлеченно перелистывал какой-то документ. Увидев чужаков, мужчина вежливо улыбнулся и спросил:

— Уже закончили?

— Да, — кивнул головой Храбров. — Вы нам очень помогли. Теперь мерзавцам не избежать наказания.

— Искренне рад, — вымолвил тасконец. — Я провожу вас. Здесь немудрено и заблудиться.

Возражать Олесь не стал. Через пару минут земляне достигли лифта. Они попрощались с Гринвилом, поднялись наверх и без приключений покинули здание архива. На мгновение русич остановился и осмотрелся по сторонам. Аято Храбров заметил сразу. Самурай расположился в маленьком кафе. Крис и Олесь не спеша направились к платформе монопоезда. Вскоре Тино их догнал.

— Как успехи? — негромко произнес русич.

— Ничего, — с горечью сказал японец. — Все усилия напрасны. Судя по данным главного компьютера службы контрразведки, мы имеем дело с абсолютно безгрешным человеком. Во что лично я мало верю.

— Значит, Лиза проникла и туда, — проговорил Храбров. — Тасконка сработала на опережение.

— А вы что-нибудь нашли? — спросил Аято.

— Прямых улик нет, но косвенных более чем достаточно, — ответил Олесь. — Досье Суол основательно подчищено. Кроме того, Лиза подделала ряд документов, касающихся чанкокской операции. Однако один интересный рапорт мы все же обнаружили. Во время штурма информационного центра рядом с Таунсеном постоянно была какая-то подозрительная женщина. Забрало шлема она не подняла ни разу.

— Молодец, — восхищенно вымолвил самурай. — Ловко Соул оставила нас в дураках. Подобный маневр ни Аргусу, ни мне даже в голову не приходил. Балансирование на грани…

Неожиданно Тино замер. Взглянув на товарищей, японец изумленно произнес:

— Стоп! Ты сказал, что тасконка покопалась в секретных папках. Но каким образом? Я проверял, ни она сама, ни ее сотрудники управление контрразведки не посещали.

— Ты ошибаешься, — возразил русич. — Четыре года назад, в разгар мятежа, Лиза вместе с группой специалистов была в архиве. Мерзавцы принесли массу аппаратуры и на месте копировали бумаги.

— И кто же выдал Соул такое удивительное разрешение? — возмущенно сказал Аято.

— Догадайся, — бесстрастно проговорил Храбров.

— Прайлот, — обреченно выдохнул самурай. — И, разумеется, все упоминания о данном факте в журнале и компьютере тасконка стерла. Потрясающая женщина! Я начинаю ее бояться.

— Настала наша очередь нанести удар, — вымолвил Олесь.

— Не сомневайся, — жестко произнес Тино. — Мы ответим достойно. Скоро волна массовых выступлений захлестнет Алан. Ближайшие десять дней покажутся членам Совета сущим адом.

— Пора выбираться на поверхность, — вставил Саттон. — Вы не забыли, что мы — государственные преступники?

— Справедливое замечание, — согласился японец. — Поезд будет через семнадцать минут. Надо поторопиться.

Друзья прекратили обсуждение и ускорили шаг.

Уже на платформе Аято подошел вплотную к русичу и тихо сказал:

— Олесь, а как вы узнали, что Лиза поработала в управлении?

— Крис напрямую спросил об этом служащего архива, — проговорил Храбров. — Майор оказался довольно словоохотливым. Выложил все подробности. Память у Гринвила прекрасная.

— Невысокий, сгорбленный, светловолосый мужчина? — уточнил самурай.

— Да, — подтвердил русич.

— Проклятье! — выругался Тино. — Я даже не обратил на него внимание.

— На то и делался расчет, — вымолвил Олесь. — Соул не рискнула устранять свидетеля. Расследование могло вскрыть детали ее проникновения. Хотя, думаю, рано или поздно она убрал бы майора.

— Я допустил непростительную оплошность, — покачал головой японец. — Ведь давно известно, самые осведомленные люди — мелкие невзрачные чиновники. Гордыня — тяжкий грех.

— Не казни себя, — произнес Храбров. — Предусмотреть все нельзя. Ошибки — неотъемлемая часть человеческой жизни. Надо просто уметь их исправлять.

Земляне без особых проблем доехали до лифта и поднялись в Морсвил. На операцию по выявлению воина Тьмы ушло шесть с половиной часов. С поставленной задачей друзья справились гораздо раньше намеченного срока. К счастью, никто из охранников не заподозрил в аланских офицерах беглых наемников.

Поздно вечером, приняв душ, русич удобно расположился в кресле и включил голограф. По общественному каналу передавали сводки новостей. Загорелая темноволосая женщина лет двадцати пяти демонстрировала перед камерой какие-то документы и активно жестикулировала руками. Олесь прибавил звук.

— «…В наше распоряжение попали счета и накладные ведомости правительственного социального фонда», — вещала аланка. — «А вот перечень доставленных в зону бедствия медикаментов, продовольствия и вещей… Цифры явно не совпадают. Налицо подлог и казнокрадство. Без сомнения, в мошенничестве замешаны весьма высокопоставленные люди. Нити преступления тянутся в правительство…»

Сидевший на диване Аято закрыл книгу и злорадно заметил:

— Это лишь начало. Мы переходим в наступление. За убийство Байлота посвященные дорого заплатят.

Самурай не ошибся. События на Алане развивались стремительно. Журналисты буквально ежедневно публиковали компрометирующие материалы на чиновников различных ведомств. Полиция и служба контрразведки приступили к арестам. Совет пытался замять скандал, но ситуация уже вышла из-под контроля. Руководство страны стало жертвой собственной политики. Демократия без границ. Ни Прайлот, ни его коллеги не решились ввести цензуру.

Между