Смерть шпионам - Вадим Владимирович Чинцов

А Гитлер в то время колебался, и отборные штурмовые части вермахта — вооружённых сил фашистской Германии, — всё ещё стояли на берегах пролива Ла — Манш, рассматривая туманный Альбион, как называли Англию, — в свои стереотрубы. Операция «Морской лев» ещё не была окончательно отменена и хватило одного продуманного толчка, чтобы склонить чашу весов в пользу Англии, направив Гитлера на Восток, на советские земли. «Морской лев» — кодовое название планировавшейся Адольфом Гитлером операции по высадке на Британские острова. План был утверждён 16 июля 1940 года.

Сейчас, после вынужденного отступления Германии с Балкан и отложенной войны с Советами, Ино был направлен англичанами для переговоров с Канарисом:

— Адмирал, вы должны повлиять на вашего фюрера, убедить его не идти в Африку!

— Барон! После преподанного урока на Балканах, фюрер без запасов нефти ни за что не начнет войну с Советами. В Европе нет доступных для Германии нефтяных месторождений. Советы в два раза сократили поставку нефти, объясняя это диверсиями на их нефтевышках. Нет, без африканской нефти Гитлер не двинется на Восток.

— А если нефть в Германию будет поставляться тайно? Тогда не нужно будет отправлять ваши войска в Африку.

— Этот вопрос мне нужно обсудить с фюрером при наличии каких-то конкретных предложений. Пока это только ваши слова, барон.

Вилли косился на беседующих адмирала и загадочного барона и пытался найти решение «подсветить» этого Ино.

— Дружище, ты извини, но мне срочно нужно отдать распоряжения по службе. Я совсем это упустил из виду. — попрощавшись, Леман поспешил наружу и, найдя ближайшую к особняку Канариса телефонную будку, набрал номер топтунов из наружки. Дозвонившись, вызвал сюда три бригады топтунов на автомобилях. Как только они появились, Леман дождался пока из особняка выйдет барон и указал на него как на цель, за которой должны проследить топтуны, выявив место проживания и по возможности контакты. Строго настрого приказав не засветиться и постоянно менять машины во время слежки, Леман поспешил на службу, предварительно опять же из телефонной будки позвонив на квартиру, где под видом прибывших в отпуск офицеров вермахта на полном пансионе проживала группа ликвидаторов ОСНАЗа под командованием Николая Кузнецова.

Пригласив выпить чашку кофе, Леман повесил трубку.

На следующий день после получения отчета от топтунов он приказал снять наблюдение с барона. В определенное время он посетил кофейню, сев за соседний столик с Кузнецовым. Допив кофе, тот выждал момент и повернулся, чтобы попросить прикурить. Кузнецов, одетый в форму капитана, с ловкостью фокусника подменил коробок спичек и, поблагодарив, покинул заведение.

В переданном Леманом сообщении были адрес и описание барона Ино и предложение его похитить как личного агента Канариса.

Пару дней за домом по вечерам велось наблюдение и в одно из поздних возвращений барона, отпустившего авто и шагнувшего в подъезд дома, где для него Абвер держал конспиративную роскошно обставленную квартиру, навстречу барону по лестнице спускался капитан, рассеянным взглядом окинувший вошедшего с улицы штатского. Барон чуть посторонился, пропуская капитана, нагло шагающего прямо посредине пролета и тут же получил удар в печень, за которым последовало нажатие на сонную артерию.

Поддержав обмякшее тело барона, Кузнецов забросил его руку себе на шею и потащил тело к выходу. Напротив уже стоял тот же авто, что доставило его сюда — водитель со свернутой шеей лежал в багажнике. Двое ОСНАЗовцев в форме капитана и обер-лейтенанта закинули тело на заднее сидение и все моментально заняли в ней места. Взревев мотором, автомобиль покатил в сторону пригорода.

Барон очнулся связанный за городом с кляпом во рту, лежащий на траве. Минут пять его молча пытали, причиняя дикую боль. И только потом начали задавать вопросы. Пытки продолжались еще сорок минут и барон исповедовался полностью, признавшись на работу в английской разведке. После того как барон стал повторять все что знал по третьему кругу, пытаясь продлить жизнь оставшимися секретами (да вот только все, что он знал, он уже рассказал), свернув ему шею, тело прикопали и вернули сверху аккуратно снятый дерн.

Полученные сведения были настолько важными, что Кузнецов принял решение о возвращении группы в Москву, оставив для Лемана часть полученных сведений, которая доказывала связь Канариса с англичанами.

* * *

Мюллер принял Лемана, который сразу после получения в тайнике компромата на шефа Абвера, решил воспользоваться возможностью подставить его под карающий меч гестапо.

Мюллер ознакомился с рапортами сотрудников наружки и заинтересовано взглянул на своего подчиненного:

— Да вы, Вилли, похоже ухватили удачу за хвост! Если вам удастся доказать связь адмирала с английской разведкой, то я представлю вас к Военному ордену Немецкого креста. Что вы собираетесь предпринять? Как я понимаю этот барон пропал и вы не можете обнаружить его следов.

Леман кивнул:

— Так точно! Но я буду разрабатывать связи этого пропавшего барона здесь и в Лондоне. Правда для выполнения второго задания мне понадобится агентура нашего Шестого управления разведки.

Мюллер пожал плечами:

— Я переговорю с Хайнцем Йостом, уверен он не откажется поучаствовать в совместной операции против Абвера. Идите, Вилли. Я жду от вас результатов.

Сразу после разговора Мюллер хотел было поспешить к Гейдриху, ибо разработка шефа Абвера без его ведома была опасна тем, что прознай Канарис о том, что под него «копает» гестапо, он мог пойти прямо к фюреру и Мюллер без прикрытия своим руководством рисковал оказаться в неприятном положении.

Однако припомнив, что обергруппенфюрер СС и генерал полиции Ре́йнхард Три́стан О́йген Ге́йдрих стал начальником Главного управления имперской безопасности, заместителем имперского протектора Богемии и Моравии, президентом Интерпола после того как его карьере начал способствовать будущий адмирал и руководитель абвера Вильгельм Канарис, шеф гестапо задумался. Отношения семьи Канариса с Гейдрихом были весьма тесными — например, Гейдрих часто играл в струнном квартете с женой Канариса. Отношения Гейдриха с сослуживцами не ладились. Ему, как и в своё время отцу, мешали слухи о его еврейских корнях.

Поэтому Мюллер записался на прием к Гиммлеру. Рейхсфюрер когда узнал причину, по которой шаф гестапо к нему пришел, задал вопрос:

— Генрих, а почему вы с этим вопросом пришли ко мне, а не к Гейдриху?

— Боюсь, что о моих подозрениях тут же станет известно Канарису. Я даже могу допустить, что господин начальник Главного управления имперской безопасности вполне может сливать информацию, получаемую нашими управлениями Абверу.

Гиммлер нахмурился. Когда Рейнхард Гейдрих вступил в НСДАП, а затем в СС, Генрих Гиммлер приступил к упорядочиванию деятельности СС. Для лучшей координации действий СС, а также для слежки за политическими противниками