"Фантастика 2026-160". Компиляция. Книги 1-28 - Вахтанг Глурджидзе

— Ты в семье рос, — добавила Яра. — Дед тебя, как родного любит. И считает родным, я уверена.

— Да, все так, — согласился Матвей. — Яра…

— Не надо, — оборвала его она. — Жалеть меня не надо. Я не делилась этим с тобой и Савой лишь потому, что боялась впутывать вас… в свою войну. Меня тоже любили. Просто мне не повезло, мои опекуны рано умерли. А мать я ищу не для того, чтобы воссоединиться с семьей. Я вытрясу из нее все, что она знает о деле отца. Любым способом.

— Вам нельзя…

Матвей малодушно ухватился за последние слова. Эсперам запрещалось читать чужие мысли без особого разрешения. Правда, и поймать их на этом сложно. Обычный человек не почувствует ничего, кроме головной боли. С другой стороны, есть защита от эсперов. Маги создали амулет, предупреждающий о вмешательстве. Ими пользовались нечасто, да и заблокировать сигнал при желании возможно. Но у матери такой амулет был, очень мощный, и у Савы не хватило сил, чтобы обойти защиту.

У Яры дар сильнее. И от нее никто не ждет подвоха.

— Плевать, — ответила Яра. — Кстати, если хочешь знать имя отца, я могу попробовать.

— Я не уверен, что хочу, — поморщился Матвей. — Сава пытался, но не смог. В первый момент хотелось знать.

— Я смогу, — уверенно сказала Яра. — Я никогда не сделаю этого с тобой или с Савой. И никого другого не трону, если это не будет касаться дела моего отца. Но тебе помогу.

Матвей коротко кивнул. Чего теперь в благородство играть, если сам напросился? Он откажется, потому что не хочет подставлять Яру. Но это предложение, само желание помочь… оказалось неожиданно приятным.

Они вместе купили цветы — белые и красные розы. Яра сказала, что Николай Петрович всегда дарил жене розы, они им обоим напоминали о юности.

За могилами определенно ухаживали. Памятник из дорогого камня сверкал на солнце искрами. В цветнике буйно разрослись календула и космея.

— Коллеги и ученики, — пояснила Яра, хотя Матвей ни о чем не спрашивал. — Может, и благодарные пациенты.

Она положила букет на могилу и присела на корточки, касаясь ладонью нагретого солнцем камня. Матвей постоял рядом — и отошел в сторону, чтобы ей не мешать.

Они собирались уходить, когда увидели смотрителя кладбища, спешащего к ним. Кругленький старичок почти бежал, махал руками и кричал издалека:

— Подождите! Подождите!

— Это нам? — спросил Матвей.

— Ага, — ответила Яра. — Ты кого-нибудь еще тут видишь?

Смотритель остановился, запыхавшись.

— Вы… вы случайно… — Он все никак не мог выговорить фразу до конца. — Вы не Яромила?

— Яромила Михайлова, — представилась Яра.

— А документы имеются? — поинтересовался он.

— Что, собственно, вам от нее нужно? — вмешался Матвей.

— Есть письмо для Яромилы Михайловой, — ответил смотритель. — Но я должен быть уверен, что отдаю его Яромиле.

— Вот только покойники мне писем не писали, — пробормотала Яра.

— Да господь с вами, девушка! — Смотритель перекрестился. — От господина Жидкова письмо, он живехонек. — Он задумался и добавил: — Был. Когда письмо передавал. Так что насчет документов?

Удостоверившись, что перед ним та самая Яра, смотритель вручил ей замусоленный конверт. Похоже, он лежал в кармане его пиджака давно.

Яра вскрыла конверт тут же. Прочла письмо, передала его Матвею. В письме была просьба о встрече. Жидков Тимофей Геннадьевич представился учеником Николая Петровича. Он зачем-то просил Яру подъехать по указанному адресу, в любое время.

— Ты со мной? — спросила Яра.

— Могла бы и не спрашивать, — ответил Матвей. — Но стоит ли ехать? Вдруг это ловушка?

— Вот и узнаем. — Она повела плечом.

— Давай хотя бы Саву позовем.

— И Леню, — подсказала Яра. — Нет уж, хватит нас двоих. У тебя оружие с собой?

— Обижаешь…

— Если что, Карамельку позову, она из Испода выведет. Но мне кажется, это не ловушка.

— Когда кажется, креститься надо, — пробурчал Матвей. — Позвонить все равно надо, сказать, где мы.

Против звонка Яра не возражала.

Глава 22

Савелий понятия не имел, чем занять Леонида. Матвей оставил ключи от квартиры на случай, если они захотят прогуляться, и попросил не оставлять Леонида без присмотра. Савелий и не собирался. Но и адекватных идей в голову не приходило.

Показывать мальчишке Москву? Увольте! Будь он хоть трижды бастард императора, Сава не нанимался ему в няньки. За кружечкой пива он сумел бы разговорить Леонида, узнать о нем что-нибудь новое, но приличные люди ранним утром по барам не шляются. Совместный спарринг — вот что по-настоящему интересно. Только где скрестить клинки?

Размышления о насущном прервал звонок в дверь.

— Забыли чего, что ли, — проворчал Савелий, отправляясь в прихожую.

И остолбенел на пороге, не веря глазам. Даже оглянулся в поисках Леонида, чтобы тот ущипнул.

— Привет! — жизнерадостно произнесла Ася. — А вот и мы!

— Здрасьте… — выдавил Михаил, стоящий за ее спиной.

Савелий подавил порыв захлопнуть перед ними дверь. И даже изобразил улыбку.

— Какими судьбами? — поинтересовался он.

В квартиру не приглашал, но Ася ловко проскользнула мимо него и зацокала каблучками по паркету.

— Эй, обувь сними! — крикнул ей вслед Савелий. — И вообще, это не мой дом.

Михаил аккуратно поставил кроссовки на коврик у двери и двинулся следом за Асей.

— Что происходит? — Из кухни выглянул Леонид.

— Эта — ко мне, — процедил Савелий, ткнув пальцем в Асю. — А этот… — Он указал на Михаила. — К тебе.

— Отнюдь, — возразил Михаил. — Я сопровождаю Анастасию Евгеньевну по поручению Михаила Савельевича.

У Савелия дернулся глаз. Если Миша не врал… А он не врал! Получается, Савелий собственными руками вырыл себе яму.

— Присесть не предложишь? — насмешливо спросила Ася.

Сегодня она нарядилась в дорогой брючный костюм, сделала высокую прическу. И о драгоценностях не забыла: в ушах блестели золотые сережки с брильянтами, на шее — цепочка с таким же камушком.

— Не предложу, — грубо ответил ей Савелий. — Это дом главы рода Шереметевых. Твой визит неуместен.

Ася закусила губу и уселась на