Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

Хм, принимается. Шанс, что Костон работает на мятежников, предельно низок. Другие причины не брать его с собой? Ха-а… а нет их. Даже лично меня он не так уж и сильно раздражает. В пределах нормы. А вот польза от ещё одного колдуна в отряде просто запредельная.

— Ладно, идём с нами, — согласился я принять его.

Возражений не последовало, однако Каратон коротко на меня покосился, хоть и промолчал. Ресмон лишь нахмурился, однако тоже никак не прокомментировал ситуацию. Люмия едва заметно улыбнулась, а Вивиан фыркнула.

— Так это, — спросил новичок по пути, — куда путь держим?

— Изначально планировался поезд. — Улицы были пусты, но периодически я слышал крики, словно кого-то резали, пусть и в отдалении от нас. Однажды мы наткнулись на нескольких женщин, тихо сидящих в трущобах, за кустами, и молящихся самодельному алтарю Аммы. — Но после известий о том, что железную дорогу подорвали, в планах порт.

— Тем более нужный нам поезд, который направляется в сторону пустыни Сизиан, должен проходить по западному пути, — дополнил Каратон. — А он слишком близко к войскам мятежников. Легко перехватить и всё уничтожить.

— С кораблём такого не случится, — вздохнул я. — Но там тоже есть свои подводные камни.

— Типа возьмёт ли нас капитан? — предположил Костон.

— Не провели ли там диверсию люди Челефи, — неприятно нахмурился я. — Иначе придётся пробираться до границ Морбо пешком.

— Я владею формой, — похвастался новичок. — Дюнный жаворонок. Можно попробовать…

— Ах, если бы твоему примеру следовали все! — не сдержал я раздражения. — Ресмон предпочёл выбрать боевого медведя, Вивиан — кобру…

— Ты просто не видел, какая она красивая, — надуто пробурчала девушка.

— … Каратон и Люмия вообще не стали изучать это великолепное ответвление магических искусств, — закончил я. — Так что остаётся надеяться лишь на корабль.

— Неудачники, — ухмыльнулся Костон, получив парочку неприязненных взглядов. — А ты сам что? — вопрос, очевидно, был адресован мне.

— Ворон, — пояснил ему и замер, когда Вивиан подняла руку.

— Мародёры, — сказала девушка неожиданно серьёзным тоном. — Несколько десятков, вытаскивают вещи из тех богатых домов.

Осторожно выглянув из-за угла, я заметил большую повозку с лошадью и трёх мужчин с ружьями в руках, которые ходили вокруг. Ещё примерно десяток занимался тем, что быстро складировал набитые добром мешки прямо в телегу.

— Вон ещё, — прижавшись ко мне, Вивиан показала в тёмный переулок, между домами, где притаилось ещё несколько человек. Рядом с ними я заметил лежащие на земле тела. Похоже, кого-то уже завалили.

— Барьеры на себя — и вперёд, — думал я не дольше пары ударов сердца. — Это кратчайший путь до порта, — коротко покосился я на рыжую, которая кивнула, подтверждая мои слова, — а значит, мы не имеем права отступать и сворачивать.

Ресмон что-то негромко проворчал, а Костон лишь усмехнулся.

— Ты не против того, что мы убиваем твоих соотечественников? — решил я закрыть для себя этот вопрос.

Кашмирец пожал плечами.

— Они не из моих друзей или родственников, — голос его прозвучал неожиданно глухо, — а потому я не против. И не задавай больше тупых вопросов, Кирин, ладно?

— Ладно, — улыбнулся я.

Быстро распределив роли, двинулись вперёд. Я, Ресмон и Вивиан шли первыми. Причина проста — у нас всех имелась стихийная защита. У меня — вода, у этой парочки — земля. Сам не ожидал, но девушка делала упор именно на ней. Почему-то думал, что будет огонь. Глупый стереотип, что рыжие должны быть огненными…

Следом шли Каратон с Люмией, удерживая аж двойной барьер. Поскольку эта парочка особо в боях не участвовала, я решил перестраховаться — мало ли, вдруг от нервов или ещё чего кто-то не удержит барьер и в них попадёт пуля? А так есть страховка — второй барьер. Пусть это и было чуточку сложнее, имею в виду, что динамичную защиту пришлось ещё и растягивать на второго человека, но ничего запредельно трудного в подобном не имелось.

Последним шёл Костон. Не потому что слабый или я ему не доверял — нет, причина проще. У него из стихий упор шёл на ветер и немного молнию, а потому парень планировал взлететь, как только мы начнём наводить среди мародёров неразбериху, и бить противников сверху.

— Ты умеешь ходить по воздуху⁈ — удивился я. Это считалось одним из высших приёмов пользователей ветра. Ходить по небу, как император Дэсарандес.

— Умею, — гордо выпятил он грудь. — Поддержу вас с высоты — это куда эффективнее, чем в форме птицы, тем более сразу буду с воздушным барьером.

Довольно слабый барьер, ведь не мог что-то отбить, лишь отклонить. А это работало далеко не со всеми атаками, лишь с пулями на излёте и им подобным. Впрочем, я слышал, что мастера ветра умели закручивать его вокруг себя столь плотно и сильно, что создавали натуральную стену. Жаль, что подобное было описано лишь в книгах и вряд ли встретится мне за короткую жизнь.

Нас заметили почти сразу, но было поздно. В телегу уже летело два мощных булыжника, один за другим. Маги земли могли создавать внутри камня некое «напряжение», которое заключалось в нагнетании давления, чем-то похожем на мои удары водой. Такой «заряженный» камень при попадании попросту взрывался, разбрасывая вокруг сотни и тысячи мелких осколков, разрывающих врагов на части. Очень опасный приём, который можно проводить, лишь если уверен в своих союзниках (что они не подставятся под эту шрапнель). Сейчас именно так и было.

За раз полегло более десятка мародёров. Раздались крики раненых. Какой-то парень, чуть старше меня возрастом, судорожно завывал, удерживая окровавленную культю ноги двумя руками. Её срезало острым куском разорвавшегося камня сразу под коленом, отчего он истекал кровью. Чуть в стороне от него стоял мужчина с огромной дырой в животе. Он медленно заваливался, но в последний момент умудрился устоять. Ненадолго, конечно, ещё пара секунд — и его тело беззвучно рухнуло в грязь.

В нас полетели пули, из тёмного переулка выбежало подкрепление, а несколько человек, умудрившихся выжить или отделаться лёгкими ранами, помчались в сторону дома. Не успели — струя воды нагнала их, разрубая пополам. Сверху полетели воздушные серпы, добивая наблюдателей, которые стояли чуть в стороне, а потому не