"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

А ещё он умеет превращаться в демоническую руку.

Мощное оружие, которое неоднократно выручало меня в схватках с резидентами Шестой колонны. И пригодилось бы в этом мире.

Кстати, нерешённым остаётся вопрос о моих откатах, наступающих как расплата за способности анимансера. Проблемы будут только накапливаться, и я захочу найти допинг в виде энергии толпы или ещё чего-нибудь подобного. Если этим злоупотреблять, есть риск превратиться в энергетического вампира. Или тронуться кукушкой. Ничто не даётся бесплатно… В общем, питомец поможет мне сбросить скопившееся напряжение.

Решено.

Остаток дня потрачу на взращивание Чупакабры.

Глава 21

Прежде всего, мне требовалось уединение. Комната для этого не подходила. Завалится какой-нибудь Булкин и собьёт концентрацию. Потапова тоже шастает, как к себе домой. Проходной двор, а не комната.

Беседка в лесу?

Вариант, но и здесь меня могут случайно заметить. Те же Мясниковы, которые нет-нет, да и пробегутся по территории в звериных обличиях.

Пораскинув мозгами, я решил играть нестандартно. Сделав вид, что решил погулять за пределами академии, покинул периметр. Лесопарковая зона продолжалась и за высоким забором, но там вероятность столкнуться с куратором, наставником или соседом была ничтожной. Главное — не подцепить какого-нибудь клеща. А уж погода стояла чудесная. Я изучил по специальному приложению планы климатологов и расслабился — в ближайшие сутки дождь на меня не обрушат.

Устроившись на тихой полянке в окружении сосен, приступил к выполнению поставленной задачи. Закрыл глаза, активировал астральное видение, но вместо улавливания чужих эмоциональных потоков, заглянул в себя. В прошлой жизни я такое проделывал тысячу раз, но не был уверен, что справлюсь в этом теле.

Справился.

Вместо сопричастности — ощущение абсолютной гармонии. Единение с миром. Я начал погружаться в глубины подсознания, разменивая психические и эмоциональные слои, пока не увидел то, что искал.

Зародыш.

Нераскрытый питомец выглядел комком загустевшей тьмы, впавшим в некое безвременье. Не сущность, не проекция. Чтобы его раскрыть, мне требовалось войти в потусторонний мир. Я привык называть это измерение подпространством, взяв термин из фантастических книг, которые читал в детстве. Человеческий разум не готов к неведомому и вечно всё упрощает, знаете ли. Измерение мёртвых ни на что не похоже. Это транзитная зона, через которую сущности шастают туда-сюда. Но есть там и обитаемые слои, в которых развиваются призрачные цивилизации. Я не шучу. Подавляющее большинство душ во что-то трансформируется, перерождается, но происходит это не со всеми. И надо ли говорить, что человеческие души — лишь малая часть населения подпространства?

Я влил в зародыш ровно столько пси-энергии, сколько требовалось для разрыва межпространственной мембраны. Сделав это, нащупал канал связи и скользнул по нему…

В самый настоящий тоннель.

Тот самый, что любят описывать пережившие кому.

Серая труба, словно сплетённая из паутины, небрежный штрихованный набросок. Разогнавшись, я устремился вперёд. Время перестало существовать. Труба вывела меня в некое подобие норы, где сидел гигантский хомяк с надутыми щеками. Хомяк сидел в кресле, пил пиво и смотрел футбольный матч чемпионата СССР 1985 года. Играли московский «Спартак» и киевское «Динамо».

— Прекрати, — хмыкнул я. — Вот он я.

— Ну, конечно! — буркнул Чупакабра, не отрываясь от экрана. — Явился не запылился! Думаешь, я считать не умею? Сколько времени прошло с твоего перевоплощения?

— Извини, брат. Но мне некогда. Да, я не пришёл за тобой сразу, потому что решал свои проблемы. И за эти проблемы особая благодарность.

— Ты чего? — обиделся хомяк.

— А кто меня запихнул в пацана, имеющего контакты с криминалом?

— Что подвернулось! — отрезал Чупакабра. — Я торопился.

— Вот и не быкуй, Чу. Разрулил всё — пришёл за тобой. И не делай вид, что размышляешь. Мы с тобой связаны навек. Разорвёшь нить — и растворишься в Нирване.

Хомяк забросил в пасть бутылку с тархуном.

Посмотрел на меня красными глазищами.

— Ты меня призываешь, смертный?

— Призываю, — я выдержал взгляд.

Прошлое у Чупакабры насыщенное. Он был то ли демоном, то ли злым духом, но потом его «разжаловали» и пустили на переработку. Так что встреча с анимансером оказалась для фамильяра знаковой. И да, он был умным, но не умнее меня. Я так подозреваю. В противном случае подчинить его не удалось бы.

— Ты это сказал, — хомяк выбрался из кресла и щелчком когтистой лапки отправил в небытие телевизор. — Я услышал.

Через меня пролетел шквал энергии.

Настоящее, мать его, торнадо!

Очнувшись рядом с зародышем, я увидел, что тьма пульсирует и покрывается ярко-оранжевыми прожилками. Меня приятно согревало чувство единения.

Процесс пошёл.

* * *

Утром я едва успел позавтракать, как в столовую заявился один из сотрудников академии — безликий, в комбинезоне, смахивающий на специально выведенного для этого лагеря клона. Окинул помещение взглядом и уверенно направился к нашему столику, не сводя с меня глаз.

Я отставил недопитый чай с лимоном.

— Товарищ Громов, вас ожидают, — проговорил сотрудник негромко. — Прошу следовать со мной.

Пришлось подняться. Кивнув на прощанье сидевшим со мной Булкину и Грековой, я двинулся за ним. Выйдя из столовой, мы двинулись через территорию академии, пока не достигли жилого корпуса, перед которым грелась на солнышке не кто иная, как Соколова. Приложив козырьком ко лбу ладонь, она окинула меня критичным взглядом и сказала:

— Привет, Владлен. На сегодня я тебя забираю. Есть важное дело. Возьми, что нужно, и поедем.

— Нужно для чего? — поинтересовался я.

Майор пожала плечами.

— Ну, что ты там обычно с собой таскаешь.

Я не стал больше ничего спрашивать. Просто зашёл к себе, прихватил документы и вернулся. Мы сели в машину на заднее сиденье.

— Вот держи, — сказала Соколова, протянув мне несколько листков. — Выучишь по пути.

— Что, прямо наизусть? — спросил я.

— Ну, ты же у нас ментор. Значит, память у тебя хорошая. Вот и тренируй.

— А что это такое? И куда мы едем?

— На выставку народного хозяйства. ВДНХ. Слыхал о таком?

— Ещё бы! Кто не слыхал?

Моя спутница кивнула.

— Ну, вот. Туда и направляемся. А это твоя речь. Будешь выступать на церемонии открытия.

— Что, сходу? — нахмурился я.

— Ага. Ты читай, читай. Запоминай.

— Почему нельзя было раньше-то сказать?

— Потому что агент должен