Род Комаришкина - Мрак Сергеевич

— Оставайтесь тут, я схожу узнаю, что происходит. — отдал я указание.

— Сказали «не покидать кают»! — попыталась остановить меня сестра.

— Вот и не покидайте, а я пошел. — не захотел я с ней соглашаться.

На двери мигала надпись, но я не обратил на нее внимание. Не та сейчас обстановка, чтобы доверять надписям и информационным сообщениям. Быстро выскользнув за дверь, я проверил, что девушки закрылись на замок. Дверь хорошая, с резиновыми уплотнениями, если коридор разгерметизируется, то она легко выдержит давление.

Сам я разгерметизации не опасался. Регенерация и энергия поступающая из Кармана Души позволят мне активно действовать около часа. А при отсутствии прыжков и других резких движений, это время легко растянется на 3–4 часа. В самом крайнем случае, я всегда могу перейти на анаэробное (*) дыхание.

* Анаэробное дыхание — совокупность биохимических реакций, протекающих в клетках живых организмов при использовании в качестве конечного акцептора электронов не кислорода, а других веществ (например, нитратов) и относится к процессам энергетического обмена (катаболизм, диссимиляция), которые характеризуются окислением углеводов, липидов и аминокислот до низкомолекулярных соединений.

Жуть это дыхание еще та, честно говоря, но мыслить и действовать смогу. Правда, получу потом от сестренки нагоняй, так как такая перестройка требует ресурсов и я сильно похудею, но ничего, успею отъесться до бала.

Подбадривая себя такими мыслями я дошел до выхода из зоны кают пассажиров и первый кто мне попался на глаза оказался заместитель капитана по пассажирам.

— Вы что, горящую надпись на двери не видели? — вызверился он. — Там четко написано «Не выходить»!

— А где-то есть правило, что летать можно только умеющим читать?

Мой ответ заставил его подавиться следующей фразой. Было видно, заместитель отчаянно хочет высказать все, что думает обо мне, но требования компании четко регламентируют общение с пассажирами: необходимо быть вежливыми.

— Что вы здесь забыли? — выдавил из себя заместитель.

— Хочу узнать причину тревоги и, в силу своих возможностей, помочь в ее устранении. — улыбнулся я.

— Вы разбираетесь в дирижаблях? — сарказм заместителя так и лился.

— Нет. — пожал я плечами. — Но угроза может быть и террористического характера, а я хорошо разбираюсь в ликвидации такого рода угроз.

— В таком случае следуйте за мной! — проговорил ЗамПоПас (*) и быстрым шагом продолжил свой путь.

* ЗамПоПас — заместитель капитана по работе с пассажирами.

Идя за заместителем я раздумывал о притягивания приключений к моей личности. Обыватель никогда не поверит, что подобное может происходить в реальности с одним и тем же человеком. Ему подобные выверты судьбы кажутся невозможными. И в чем-то он прав.

Вот сейчас, к примеру, обыватели сидели по своим каютам, молились всем богам и боялись высунуть нос в коридор, не говоря уж о том, чтобы отправиться узнавать причину происходящего. И уж тем более, у них и желания не возникнет участвовать в ее устранении.

Почему я вызвался помогать? Так все просто — я аристократ, сейчас есть угроза мне и моему роду, я иду ее устранять. Дирижабль, это как корабль в море — надеяться можно только на силы тех, кто находится на борту. Даже подав сигнал спасения необходимо с максимальными силами бороться за живучесть судна и не важно — воздушное оно или морское. Не факт, что спасатели успеют придти вовремя, делай что можешь и будет — что будет!

Наш путь закончился у дверей баллонного отсека, там уже собрался десяток матросов и пара офицеров.

— Что у вас тут? — временно принял командование ЗамПоПас, как старший по званию в данной группе.

— Вооруженные числом около 10 человек захватили отсек и требуют сменить маршрут на Лондон, в противном случае, через 40 минут, угрожают взорвать баллоны с летучим газом. Так же сообщили, что взрыв произойдет при снижении, бомбы оборудованы взрывателями на повышение давления.

— Какие меры приняты?

— Отправлены матросы за кислородными масками, к сожалению стратосферные костюмы угонщики забрали с собой, в мастерских обещают изготовить пару герметичных костюмов противостоящих низкому давлению за час, не раньше.

Заместитель командира задумался, я его понимал. За переборкой отсек не герметичен, температура около −50 градусов, из-за крайне низкого атмосферного давления вода закипает при температуре тела. И это означает, что слюна, глазная влага и легочная жидкость просто испарятся. Также, низкое давление приведет к потере сознания и нарушениям в работе сердечно-сосудистой и нервной систем.

Фактически, каждый, кто зайдет без высотного костюма будет обречен на смерть в пределах 10–15 минут.

— Газ взрывоопасен? — я решил вступить в разговор.

Отвечающий взглянул на ЗамПоПаса, как бы спрашивая, имею ли я право задавать вопросы, тот слегка кивнул давая разрешение.

— Абсолютно инертен. А почему вы спрашиваете?

— Предоставьте мне герметичные очки и я пойду и перестреляю этих мерзавцев! — меня начало раздражать количество проблем появившихся в одном полете.

— Вы так уверены в себе? — удивился заместитель капитана. — Вы знаете что там…

— Знаю! — перебил я его. — Отрицательная температура, низкое давление и все такое. Я магооператор и у нашего рода есть кое-какие приемы не для всех.

Дальнейший диалог прервало появление капитана. ЗамПоПас доложил ему текущую ситуацию, а так же мое предложение.

— Курс не меняем. — объявил капитан, а потом пояснил специально для меня: — Все равно собьют при несанкционированном пересечении границы.

— Разрешите пойти и зачистить отсек? — обратился к капитану.

— Вы уверены что справитесь?

— Разумеется! — я заметил, что принесли кислородные маски и защитные очки. — Мне нужно пара минут на подготовку и я могу отправляться.

— В связи с боевой ситуацией рекуртирую вас на временную должность боевого офицера. — был его ответ. — Ваша задача не допустить взрыва и ликвидировать захватчиков.

Это было круто! Теперь всю ответственность за мои действия в отсеке капитан брал на себя.

— Благодарю! — ответил я слегка склонив голову.

Первым делом я взял кислородную маску и начал глубоко дышать устраивая гипервентиляцию легких и насыщая кровь чистым кислородом. Не то, чтобы мне это было нужно, но по результатам много народу будут писать отчеты, использование запасенного в крови кислорода плюс родовые способности — это более понятное объяснение, чем просто способности.

Так же, в это время я напряг метаморфизм и сделал кожу газонепроницаемой и очень плотной. Фактически, я создавал персональный скафандр для действий в стратосфере из своего организма.

Одев гермоочки я так же укрепил склеры глаз и подавил работу слезных желез. Уши и ноздри закрыли плотные внутренние вставки, а рот я и не собирался открывать. Проверив пистолеты, я зашел в шлюз.

Основной выход был заблокирован, но в таких дирижаблях всегда есть технический лаз для проверки магистралей газопровода, кабелей управления и прочей