Часовщик – 1 - Константин Вайт

— Благодарю, — я кивнул женщине, понимая, что перечить не стоит. Одно дело — скидка из жалости, и совсем другое — из уважения.

Вернувшись в интернат, я быстро закинул свои вещи в комнату и отправился на ужин, где меня поймал Ким.

— На гонки пойдёшь с нами? — Он возник у стола, стоило мне только начать есть.

— Конечно! — Я и сам собирался сходить на них. Развлечений здесь не много, да и интересно было бы посмотреть. Так что предложение принял радостно. С компанией веселее. — Кто идёт?

— Да все, кто был на свалке. Леший сам попросил позвать тебя.

— Когда выходим, куда идти?

— Я зайду за тобой часов в десять вечера. Начало гонок в одиннадцать. Именно в это время перекрывают проспект, но народ собирается пораньше.

— Буду ждать!

Когда время приближалось к десяти, я начал одеваться. Как раз пришёл Савва, который с удивлением наблюдал за мной.

— Круто выглядишь! — одобрил он. — Тебе бы ещё аксессуаров добавить. Не отличили бы от аристократа.

— Аксессуары? — Я повернулся к Савве. — Золотую цепочку или перстень?

— Перстень нельзя, — покачал он головой, — часы. Дорогие механические часы. Вот это стиль! Некоторые стоят не один десяток тысяч рублей. С такими часами не важно, во что ты одет, — знающие люди сразу понимают!

— Это иллюзия, — я недовольно поморщился, — не вещи делают человека. Будь ты весь одет в золото, если внутри ты никто — так никем и будешь!

Глава 11

Глава 11

Я стоял у дороги в окружении ребят из интерната и думал, что, возможно, Савва не так уж и не прав.

Вдоль проспекта кучковались зрители, пришедшие, судя по всему, не столько посмотреть на гонки, сколько показать себя. На многих были и часы, о которых твердил Савва, и массивные цепи на шее, и браслеты из золота на запястьях. Даже Леший одел сегодня пиджак, который его плечи просто распирали. Похоже, он давно вырос из него, но это парня нисколько не смущало, и он гордо выхаживал вдоль дороги.

— К нам сюда и москвичи гоняться приезжают, — важно заявил Леший, — в городе с гонками плохо. Князь Долгорукий не любит это дело.

— Выглядит опасно, — я смотрел, как два автомобиля на огромной скорости проносятся вдоль толпы, — могли бы ограду какую-нибудь придумать!

— А, — махнул рукой Леший, — тут частенько гибнут зрители. Никакая ограда не поможет!

— Так зачем продолжают ходить? — Мне это всё было совершенно непонятно. Подвергать свою жизнь подобной опасности, да ещё и добровольно? Я стоял, прикрываясь столбом дорожного освещения. Надеюсь, в случае чего мне это поможет.

— Так вдоль дорог, в основном, чернь стоит, люди поважнее в безопасности, — Леший кивнул на кафешки, перед которыми были установлены бетонные тумбы с цветами.

— Так пойдём туда! — не выдержал я. Трусом я не был, но и бесславно погибнуть от несущейся на тебя тонны железа не хотелось. Леший же, бахвалясь, ходил по самому краю дороги. Многие поступали так же.

— Ну… — Парень окинул меня внимательный взглядом, — пойдём, но постарайся не нарываться. В кафе собираются люди не самые простые.

— Не понял, ты что, боишься? — Не ожидал подобных фраз от уверенного в себе Лешего.

— Просто опасаюсь, — он недовольно поморщился, — ты пойми, я парень из интерната, с заводского района. Ты, похоже, ещё мало знаешь жизнь. На районе и на свалке я имею некоторый авторитет, но это не значит, что в других местах меня будут уважать.

Подобные рассуждения, выданные шестнадцатилетним парнем, меня удивили и заставили взглянуть на него более уважительно. Признаться, тут он прав.

— Не беспокойся, — я хлопнул его по плечу, — если не выглядывать из своего болота, то так и не познаешь мир.

Мы небольшой компанией дошли до кафе и заняли один из свободных столиков. К нам мгновенно подбежал официант и принял заказ. Заказали несколько пицц и газировку. Спиртное нам в силу возраста не подавали, да у меня и не было желания выпивать. Глядя на то, как Леший с завистью поглядывал на соседний столик, уставленный бокалами с пивом, я лишь улыбался.

У всех подростков почему-то завышенные ожидания от спиртных напитков. Так было и со мной. К счастью, я быстро понял, что ощущение взрослости, когда ты покупаешь себе спиртное в кабаке, — лишь иллюзия. Да и серьёзно напиваться мне не нравилось. Я люблю контроль, а не трясущиеся руки и кружащийся мир. Я уж молчу о незабываемых ощущениях похмелья!

Покончив с пиццей, мы поднялись и подошли к дороге, как и многие другие посетители кафе. Перерыв в гонках закончился, начинался новый раунд.

— Трасса десять километров. Пять в одну сторону, потом разворот на перекрёстке и пять километров обратно, — начал объяснять вездесущий Ким, — стараются гонять на машинах схожего класса. Сейчас поедут «Лады», — он указал рукой на старт, где выстроились машины, — едут по две машины, с перерывом между заездами в три минуты. Всего сегодня восемь «Лад». Семь заездов получается. Сначала четыре заезда выявят четырёх победителей, затем ещё два заезда — появятся два финалиста, и они уже сразятся между собой.

— После них будет заезд самых богатых, — Леший кивнул на большую группу автомобилей, стоявших вдоль обочины неподалёку от места от старта, — там иномарки. Денег в них вбухали прилично.

— Получается, гонки выявляют не мастерство пилота, а толщину его кошелька? — решил уточнить я.

— Мастерство тоже важно! — заявил Ким.

— Боюсь, что ты прав, — Леший был более сдержан в своих суждениях, — если мы берём заезд, который сейчас готовится, на «Ладах», там машины плюс-минус одинаковые, и мастерство пилота играет важную роль, но следующие заезды уже о деньгах, а не о мастерстве!

В это время как раз стартовали две «Лады». С громким рёвом они промчались мимо нас, идя практически нос к носу. Взвизгнув тормозами, развернулись на перекрёстке, один из водителей зазевался, и второй получил преимущество, которое и сыграло решающую роль на финише.

Честно признаюсь, наблюдать за гонками оказалось интересно. Рядом с нами собралась большая компания, подбадривающая гонщиков громкими криками.

В следующем заезде я увидел знакомую машину — «Ладу Гранту», на которую сегодня устанавливал руну.