Пампа - Антон Юрьевич Перунов

— Шарик из кабины штурмовика? Так ты же говорил, он бесценный?

— Посмотрел я, как вы воюете, и понял, что внуки мне дороже всех тайн Запределья. Так, я его на тебя настроил, связь если что через комм твой по закрытому каналу. Он и дронами может управлять без потери эффективности. Многопоточный процессор какой-то феноменальной скорости и мощности, ети его в качель. Чудо техники. Ни Ганзейские умельцы, ни имперцы о таком и мечтать не могут пока. Я в него для обучения залил много всякого, включая все ваши недавние прохождения. Но все же надо обкатать на практике. Без этого никуда.

— Вот так подгон, пришла красная конница… Ну спасибо, старый Лис, опять ты меня выручаешь.

— Я ведь, внучек, эту колобродь затеял, мне и ответ держать. А теперь, шабаш, хватит болтать, пора за дело. Разве что имя надо ему дать.

— Назову Громозекой, — немного подумав, ответил Март.

— А что, хорошо звучит, грозно, — одобрил оружейник.

Теперь, с новым усилением, парней взял азарт. Обязательно надо справиться с такой толпой! Унывать и опускать руки никому и в голову не пришло. И спустя еще два десятка быстрых атак они смогли вшестером разобрать всю эту армию фрагов. Чисто и красиво, так что самим стало приятно. Схема теперь вышла иная. Первыми летели дроны, управляемые боевым андроидом, дальше шли Март с Громозекой, оснащенным укороченным штурмовым пулеметом с упакованной в контейнере за спиной «бесконечной лентой», дальше Сашка с Мишкой прикрывали фланги, а Коля и Денис обеспечивали тылы. Вот таким катком они и смогли вынести все, что пыталось оказать сопротивление. Правда, пока виртуально.

— Все. Хватит учебы. До конца войны остается десять часов. Сейчас все ужинать и спать. А Громозеке надо подзарядиться. К трем часам ночи — сбор в полной боевой. И выдвигаемся.

Глава 12

Лисья нора

Шел третий и последний день войны. В «Гадком Койоте» остались самые любопытные, ведь все это время на предполагаемом поле боя не происходило ровным счетом ничего. Камеры показывали все те же надоевшие всем ворота бронеангара. Некоторые горячие головы предлагали взять крепость штурмом, но другие крутили у виска: мол, зачем, если парень не выйдет, победа у Баран-аги будет чистой.

— Вахрамеев слил, — сказал довольный Барсук, обращаясь к Панто, сидевшему у стойки бара. — Баранбай — опытный барыга и прохвост, в хитрости и чутье ему не откажешь, он точно знал, с кем зарубиться. А ты на кого поставил? — толкнул он приятеля, погруженного в задумчивость, локтем.

— Думаю пока. Время еще есть, — медленно протянул зверолов.

— А чего тут рассуждать? — хлопнул приватир охотника по спине, — Молокосос испугался и забился в угол. Сидит там и трясется от страха. Тут уже в одни ворота игра. Мы ставку со 100 до 500 золотых увеличили. А что, куш верный. Недолго ждать осталось, — и одним длинным, жадным глотком, так что только кадык ходил по горлу, выдул полкружки пива, вытерев затем тыльной ладонью пенные усы.

— Подвинься, э! — кто-то толкнул Барсука в бок так, что следующий глоток прошелся мимо рта, запачкав куртку.

Летун, совершенно не ожидавший такого поворота событий, немного запоздало повернулся к обидчику и увидел рядом с собой ухмыляющегося азиата, на лоб которого была повязана черная бандана с изображением белой головы волка в лазоревом круге. Будучи на свой лад вежливым и даже на пиратский лад куртуазным, рейдер ответил на грубость взаимностью, двинув нарушителя спокойствия так, что тот с грохотом полетел на пол, по пути зацепив еще и стул, оказавшийся на его пути.

— Ты, утырок, совсем страх потерял? — сопроводил Барсук вопросом короткий полет бесстрашного члена боевого братства «Волков».

Тут же на приватира навалились дружки обидчика, с такими же повязками на лбах и рукавах курток. Одни, мгновенно, так, что никто из посетителей не успел среагировать, сбили того со стула и принялись с особой жестокостью пинать лежачего ногами, особенно стараясь попасть в голову. Тот только и смог, что обхватить ее разбитыми в кровь руками, защищая от ударов жестких подошв ботинок, и прижать колени к животу. Другие же, скалясь и бранясь, заняли позиции вокруг свалки, обнажив клинки и не пуская никого на помощь.

Вот так бы и пришел конец опрометчивому летуну, если бы не Делчев. Встав во весь свой двухметровый рост, он вломился в драку, разметав нападавших, как медведь стаю шакалов. И принялся наносить жесткие, акцентированные удары огромными кулаками, наглухо вырубая турок одного за другим.

— Будете помнить, басурмане, доброту болгар, — приговаривал он, пинками отшвыривая со своего пути обмякшие тела.

Раскидав в несколько секунд живой заслон, Панто взялся за тех, кто избивали Барсука. Те же, войдя в раж, словно упиваясь кровью кяфира, далеко не сразу осознали, что происходит. Так что двух самых резвых и несчастливых Делчев просто ухватил за шеи и столкнул головами с таким треском, что сразу стало ясно — без пробитых черепов тут не обошлось.

Остатки бозкуртов кинулись на охотника, позабыв про Барсука. Но тут подключились и остальные летуны, вооружившись кто чем, хоть оторванными ножками стульев, и навалились на турок. Впрочем, те тоже были крепкими парнями, да и ножами умели пользоваться. Тот самый зачинщик драки без колебаний выхватил клинок и всадил его под ребра огромному болгарину, верно определив в нем главную угрозу. Но острие лишь скользнуло по надетому под куртку легкому бронежилету.

Панто развернулся к противнику, взревев, перехватил его вооруженное запястье, а второй рукой вцепился медвежьей хваткой в горло, встряхнул как тряпку, разом сломав и шею, и предплечье противника.

— Надо было драться честно, крыса.

В это время к месту побоища подоспела и охрана «Койота». Они, не особо заморачиваясь, принялись палить из станнеров по всем участникам конфликта, но Делчев и тут всех обошел, прикрывшись от разрядов тушкой убитого им турка как щитом.

— Тихо-тихо, харош палить. Под протокол заявляю, зачинщики беспорядков бозкурты. И вот этот дохлый крысеныш. Проверьте запись с камер.

Через несколько минут разбирательство закончилось. Мертвых оттащили, уцелевших заковали и увезли в каталажку, где им предстояло провести в раздумьях ночь или больше, до тех пор, пока не смогут выплатить штрафы заведению, пострадавшим, шерифу и даже рассчитаться за нахождение в камере, сутки в которой обходились дороже, чем номер-люкс в пятизвездочном отеле.

Барсука перевязали и усадили на диван, обложив голову льдом. Когда старшего