Куница. Том 6 - Вадим Александрович Оришин

— А другие? — заинтересовался Максим. — Дмитрий вообще оставлял какие-то документы, записи, исследования? На случай, ну, чтобы мы могли продолжать без него?

Курпатов с неохотой, но признал.

— Да, оставлял. Вроде целые инструкции писал. В первую очередь по развитию, как набирать силу. Безопасный путь, ну и экстренный, на случай войны. Кое-что прислал уже с Кюсю. Но там были пометки. Что-то для Славяны, чтобы для Владимира, что для Михаила с Ларисой. Для Данко. В общем…

— Я понял. Для тех, кого уже нет в живых. Глупо мы подставились. Бездарно и глупо, — Максим поднялся, прошёлся до окна и обратно. — Но этого не должно повториться. Времени, судя по всему, у нас не слишком много. Мой род Романовы однозначно записали в ряды предателей, род Мартен, очевидно, тоже попадёт в опалу. И то, что у Мартенов практически нет сил, не только хоть для какого-то влияния на ход конфликта, но даже на отстаивание собственного мнения, Романовых волновать не будет. По их мнению, вы должны броситься на изменников и отдать свои жизни за императора, даже если это самопожертвование будет бесполезным.

Курпатов за речью Волконского наблюдал внимательно и задумчиво.

— Романовы умеют награждать за верную службу, но карают куда чаще и несопоставимо с тяжестью совершённого. Так что насчёт нависшей опасности я соглашусь, но… Князь, о чём вы? О тех, кого собирал Дмитрий, остались… — Курпатов задумался. — пани Ядвига и та ведьма.

— Команда для Военных игр, Евгений. Я говорю о команде.

— Там одни подростки! — напомнил Курпатов.

Максим развёл руками.

— Время закончить их развитие по методам, оставленным Куницей, у нас есть. Набирать, проверять и обучать новых людей — нет. Я бы с удовольствием пошёл другим путём. Предлагайте, слушаю.

Управляющий хмуро промолчал.

— Мы соберём команду снова, но уже не для игр, — решил Максим. — Конечно, на добровольной основе, принуждение в этом деле недопустимо. Я обеспечу необходимые ресурсы для развития. С тем, как и что развивать, будет сложнее, но… Я надеюсь найти и привлечь к делу Ядвигу. Мы продолжим дело Дмитрия.

Курпатов нервно постучал пальцами по подлокотнику.

— Я не то чтобы против, но как бы не повторить судьбу предшественников?

— Будем думать, — ответил Волконский. — Учиться на ошибках. Остаться в стороне всё равно не выйдет, даже бежать бессмысленно. Поэтому, Евгений, мы будем собирать всех, кто ещё не разбежался. А пока я, с твоего позволения, — Максим улыбнулась, отмечая ироничность фразы, — посмотрю бумаги Дмитрия.

Курпатов какое-то время боролся с внутренними сомнениями, но всё же решился.

— Пройдёмте, князь.

Когда Максим зашёл в кабинет Дмитрия, сразу обратил внимание на обстановку. Прошёл вдоль стен со стеллажами книг. Ничего интересного, общедоступные издания. В основном книги выглядели нетронутыми, но князь нашёл парочку использовавшихся. Открыл, проверив страницы, и нашёл записи Дмитрия. Куница сравнивал свои ложные воспоминания с фактами, проверял, насколько можно себе доверять. В другой книге нашлись вложенные листы, раскрывающие и расширяющие затронутую тему. За проверкой библиотеки в кабинет вошла незнакомая женщина.

— Ваше Высочество, — почтительно склонилась она.

Максим отметил великолепные формы незнакомки. Сначала князь подумал, что она какая-нибудь гимнастка или нечто подобное, но быстро скорректировал оценку. Перед ним стояла убийца.

— Мы не представлены, леди, — Максим вопросительно посмотрел на женщину.

— Кассандра. Я работала с вашим братом, Владимиром. А позже с Дмитрием.

Максим удивился.

— Куница нанял наёмного убийцу?

Кассандра чуть улыбнулась.

— В качестве наставницы, — пояснила Кассандра. — Работы там ещё много, и Дмитрий мне всё оплатил, но в связи с новыми обстоятельствами я предположила, что могут быть новые вводные.

— А расскажи мне, Кассандра, над чем ты работала?

И Кассандра рассказала о двух случайных девочках, порученных её заботам. Много времени рассказ о судьбе девочек не занял, больше Кассандра говорила о том, чему уже успела научить подопечных. Максим, занявший стол хозяина кабинета, внимательно слушал. Когда Кассандра закончила, Максим покачал головой.

— Надо же. А Дмитрий-то, оказывается, сентиментален. Из попавших в руки двух девочек, с которым он мог делать всё что угодно, решил воспитать двух девушек, рассудительных и свободных, насколько это вообще возможно. Какая удивительная мягкость.

Кассандра чуть наклонила голову, следя за князем.

— Я не думаю, что это мягкость?

— М? — удивился Максим. — Почему?

— Я подсматривала за тренировками Дмитрия и госпожи Кудрявцевой. А ещё наслышана о том, что Дмитрий творил на поле боя.

— Я тоже слышал, и что? — не понял Максим.

— Для него тренировать девушек для столь… хм… низких методов всё равно что расписываться в собственной слабости. Признавать, что не может решить проблему сам.

Максим кивнул:

— Я понял, о чём ты. Избирательность методов, щепетильность, — Волконский отвернулся в сторону. — Да, это у него… было. Демон показал ему, что такое война без правил, и Куница не хотел снова на ней оказаться. Только вот наши враги, и Романовы в первую очередь, щепетильностью не страдают, Кассандра. Нам нужны все доступные ресурсы, потому что мы боремся за своё будущее. Проиграем — и не будет ни меня, ни этих девочек.

Он вздохнул.

— Пока я не буду никаких изменений в ваш учебный процесс вносить. Это надо хорошо обдумать, а пока хватает других дел. Вот… — Волконский обвёл кабинет взглядом. — С этим ещё работать. Дмитрий здесь свои заметки оставлял, в том числе по теории. Он искренне считал, что теоретические знания — не его стезя. Практика и опыт, полученный в битвах, или в ритуалах, удачных и не очень — да, это у него не отнять. А теоретических знаний маловато, много пробелов. И хотя кое-кто скажет что-то вроде: мне бы такие проблемы, но для Высшего Боевого Мага он действительно знал маловато.

Покачав головой на какие-то свои мысли, Максим снова взглянул на Кассандру.

— А ты сама что думаешь делать? Пока у тебя ещё есть шанс сказать, что это не твоя война.

— Я, может быть, и рассмотрела бы вариант сбежать и где-нибудь спрятаться, но я не глухая и не слепая. События приобретают такой поворот, что прятаться, очень можно быть, станет негде. Так что я в команде.

— Рад это слышать, — одобрил Максим и демонстративно скользнул по телу Кассандры взглядом. — И видеть тоже рад. Как бы мне ни хотелось