Космическая сага: Восхождение из пепла колоний 2 - Максим Шаравин

в этом мире выживают только те, кто умеет забывать о жалости и следовать железной воле власти. Его план работал: враги падали один за другим, союзники становились пешками, а те, кто сомневался, — исчезали.

Но где‑то в глубине души, за толстыми стенами железной логики, шевельнулось едва уловимое сомнение. Цукито был слишком эффективен и жесток. Безымянный — слишком проницателен. А Миядзаки… Миядзаки был первым, кто осмелился ему возразить.

«Возможно, я слишком быстро избавляюсь от тех, кто думает иначе», — мелькнула мысль. Но Дайсукэ тут же отбросил её. Слабость — это роскошь, которую он не может себе позволить. Дом Сато‑Дзё должен стать сильнее любой ценой. Ведь рядом набирал силу его пока ещё союзник — но кто знает, как долго продлится этот союз?

Он сделал глоток чая и открыл глаза. На голографическом экране уже высвечивались данные по флоту Хаяси Рё — новые цели, новые битвы, новые жертвы. Война только начиналась.

Дайсукэ снова вызвал Юко. Девушка вошла в кабинет и, как всегда, поклонилась, замерев возле стола господина. Её движения были отточены до автоматизма — ни лишнего жеста, ни дрогнувшей мышцы.

Глава Дома внимательно посмотрел на неё:

— Сколько лет твоей сестре, Юко?

— Один год, господин. Исполнилось две недели назад, — ответила Юко, не поднимая головы. Её голос звучал ровно, без тени эмоций.

— У меня скоро родится сын. Кэнсин Сато‑Дзё. Она станет его наложницей, — произнёс Дайсукэ бесстрастно. — Передай это родителям. Пусть дадут тебе список, что вам необходимо для воспитания дочери. Я возьму все расходы на себя.

— Слушаюсь, господин, — ответила Юко, продолжая стоять, склонившись перед ним.

— И прикажи установить связь с флот‑адмиралом Цукито Кагами. Я буду ждать, — добавил Дайсукэ и, сделав глоток чая, продолжил: — После того, как я закончу говорить с Цукито, придёшь ко мне. А сейчас подойди.

Юко выпрямилась и подошла к Дайсукэ. Он протянул руку и засунул её ей под кимоно.

— Мои прикосновения должны тебя радовать, Юко, — нахмурился Дайсукэ, когда посмотрел на лицо девушки. В её глазах он уловил тень отстранённости.

Она тут же расплылась в улыбке — широкой, но какой‑то неживой, словно маска:

— Мой господин, это великая честь для меня.

— Ладно, иди исполнять приказ, — Дайсукэ убрал руку. — Жду тебя после моего разговора с Кагами.

Юко поклонилась и быстро пошла к выходу из кабинета. Её шаги были бесшумны, как у тени. Дверь бесшумно закрылась за ней.

Дайсукэ остался один. Он провёл ладонью по лицу, пытаясь стряхнуть наваждение. В голове снова всплыли слова: «Слишком быстро избавляюсь…»

«Нет, — твёрдо оборвал он себя. — Это не слабость. Это стратегия. Дом должен быть монолитом. Никаких сомнений, никаких колебаний».

Через пару минут голографический экран мигнул — на нём появилось изображение Цукито Кагами. Флот‑адмирал стоял на одном колене, склонив голову.

— Флот‑адмирал, — начал Дайсукэ без предисловий, — я посмотрел ваш отчёт… — Дайсукэ замолчал, внимательно смотря на реакцию Цукито. Но тот продолжал стоять, склонив голову, — неподвижный, словно изваяние. Дайсукэ улыбнулся. — Вы всё сделали правильно, Кагами. Но в следующий раз постарайтесь обходиться меньшими разрушениями. Не забывайте, что вы разрушаете будущую собственность нашего Дома.

— Я всё понял, Дайсукэ‑сама, — произнёс флот‑адмирал, не поднимая головы. — В следующих операциях я буду беречь вашу будущую собственность.

— Я рад, что вы меня понимаете. Теперь перейдём к делу. Встаньте, — приказал Дайсукэ.

Цукито моментально поднялся и посмотрел на Дайсукэ — взгляд твёрдый, исполненный преданности.

— Сегодня выйдет приказ о полном подчинении всех флотов Дома Сато‑Дзё под ваше командование. Ваша задача — уничтожить Дом Хаяси Рё и захватить все его звёздные системы в кратчайшие сроки. Вы наделяетесь полным правом поступать так, как считаете нужным. Адмиралы, которые не будут исполнять приказы, должны быть заменены на других. Но не забывайте про мою собственность, Кагами, — сказал Дайсукэ и улыбнулся.

— Будет исполнено, мой господин, — Цукито склонил голову.

— Сделай это, Цукито. И я подарю тебе звёздную систему, — добавил Дайсукэ и заметил, как губы Кагами дрогнули в лёгкой улыбке — едва уловимой, почти незаметной. — А после этого ты займёшься Домом Ямамото Кай.

— Я всё сделаю, Дайсукэ‑сама, — Кагами поднял голову и посмотрел на главу Дома прямым, уверенным взглядом. — Вы можете не сомневаться во мне.

— Прекрасно. Когда проведёшь ревизию флотов, предоставь мне список, что тебе необходимо для быстрой и убедительной победы. Ты получишь всё, что попросишь, Цукито, — сказал глава Дома. — Я жду твоих побед, Кагами. Не затягивай. Моё доверие сложно заслужить, но потерять можно мгновенно, — добавил Дайсукэ, и в его голосе прозвучала недвусмысленная угроза.

— Я не подведу вас, мой господин, — Кагами опустился на одно колено. — Вы можете быть уверены: весь восточный звёздный сектор падёт к вашим ногам, Дайсукэ‑сама.

Глава Дома Сато‑Дзё улыбнулся и отключил связь. Изображение Цукито исчезло с экрана, оставив после себя лёгкое мерцание разрядов. Дайсукэ откинулся на спинку кресла, провёл ладонью по подлокотнику — полированному дереву с инкрустацией в виде фамильного герба Дома.

Спустя десяток секунд в кабинет вошла Юко. Она подошла к Дайсукэ и, скинув кимоно, опустилась перед ним на колени. Её движения были плавными, отточенными — годами выработанная покорность. Взгляд опущен, дыхание ровное, но пальцы чуть заметно дрожали, когда она складывала ткань кимоно у своих ног.

Дайсукэ посмотрел на неё сверху вниз. В его глазах не было ни страсти, ни теплоты — только холодный расчёт. Он знал цену каждой душе в своём дворце: кто готов служить, кто затаил обиду, кто станет угрозой. Юко была верна — пока её семья зависела от милости Дома.

— Подойди ближе, — произнёс он ровным голосом.

Юко подчинилась, не поднимаясь с колен пододвинулась ближе. Она подняла глаза лишь на мгновение — и тут же опустила их, заметив выражение лица господина. В этом взгляде она прочла то, что знала давно: её судьба, как и судьба её сестры, была решена без её участия. Она была пешкой, инструментом, частью большой игры власти.

Дайсукэ протянул руку и коснулся её подбородка, заставляя поднять лицо.

— Помни, Юко, — тихо произнёс он, — твоя преданность и покорность принесут благо твоей семье. А непослушание… — он сделал паузу, — уничтожит всё, что тебе дорого.

— Я понимаю, господин, — прошептала Юко, и её голос прозвучал едва слышно.