Ужасающие Странствия Темного Владыки - Guiltythree

«Тогда моя работа здесь закончена. Пожалуй, я пойду».

Другое его воплощение посмотрело на него без всякого сострадания.

«Тогда проваливай».

Санни уставился на себя так, словно был предан.

«Вау. Как бессердечно. Неужели тебе не жалко беднягу себя? Я буду там совсем один… в окружении сногсшибательных принцесс и тусуясь с Каем…»

Его второе воплощение усмехнулось.

«Ублюдок. Уходи, пока я не передумал и не вызвался сам».

Санни озорно улыбнулся.

«Ладно, ладно! Боги… можешь хотя бы одолжить мне Тень? Я точно не могу забрать Святую, а Изверг привлечёт слишком много внимания. Как насчёт Кошмара?»

Второе воплощение холодно посмотрело на него.

«Ты можешь взять ту одичавшую».

Санни почесал затылок.

«Убийцу? Ну… полагаю, это вариант. Будет похоже на экскурсию… или на оплачиваемый отпуск?»

С этими словами он усмехнулся и направился к далёким курганам.

Когда Санни уходил, он помахал себе рукой.

«Ты будешь скучать по мне, когда я уйду!»

Затем он уставился себе в спину и прорычал:

«Ага, конечно! И зачем ты идёшь, идиот? Просто превратись обратно в тень!»

Вскоре одно из воплощений исчезло из виду. Второе изучало жуткие курганы, а затем вздохнуло и повернулось обратно к обугленным просторам Выжженого Леса.

«Передай привет Каю, когда доберёшься, идиот. Удачи».

Несмотря на тихое ворчание… он не мог дождаться.

Глава 2290

Ложная тревога

Далеко в Бастионе утренняя встреча подходила к концу. Эффи бросила последний взгляд на Санни и ушла, а Кэсси увела Нефис, чтобы та занялась своими императорскими обязанностями.

На этот раз он не последовал за ней.

Вместо этого Санни закрыл глаза и сделал глубокий вдох, сосредоточившись на своём ощущении теней.

«Итак, я наконец-то отправляюсь в Рэйвенхарт…»

Ему не придётся снова пересекать Полые Горы, чтобы добраться туда, но путешествие всё равно займёт некоторое время и будет неприятным. В конце концов, ему придётся вернуться в мир бодрствования и вытерпеть, как тот его отвергает.

Тем не менее Санни пребывал в хорошем настроении.

Ему не терпелось наконец исследовать Нефритовый Дворец, да и сам город был ему любопытен.

Рэйвенхарт не ощущался как дом, но Санни провёл там почти четыре года, прячась в тени Рейн. В этом мрачном городе было много мест, по которым он испытывал ностальгию. Ему также было интересно посмотреть, как изменился Рэйвенхарт после падения Королевы Воронов.

Но больше всего он скучал по Каю.

Санни воссоединился с Нефис и Кэсси после того, как был стёрт из памяти мира, а также сблизился с Эффи — сначала как Мастер Санлесс, а затем как теневой консорт Неф.

А вот с Джет и Каем он почти не общался за последние два года. Они знали его только как холодного и зловещего Повелителя Теней — таинственного союзника, присоединившегося к их делу незадолго до начала войны.

«Интересно, как у него идут дела».

Санни знал, что Кай сумел завоевать Рэйвенхарт, не пролив ни капли крови. Местное население его очень любило — ну, разумеется! — но всё равно это было непросто — иметь дело с сёстрами Сонг после распада Домена их матери.

«Что ж, скоро увидим».

Переключив внимание, Санни почувствовал, как далеко под ним кипит жизнью Бастион. Ощущение теней охватывало большую часть города, позволяя ему следить за различными вещами и заранее узнавать о возможных опасностях — не то чтобы здесь в данный момент были какие-то опасности.

За исключением ночей, когда луна была полной. Но эту опасность они держали под контролем.

В городе было слишком много людей и слишком много движения, чтобы осознать всё целиком — Санни мог бы попытаться, но его ощущения были бы быстро переполнены.

Однако за прошедшие годы его разум стал гораздо мощнее — и потому, что он высоко поднялся по Пути Вознесения, и потому, что у него было много практики в одновременном решении бесчисленных задач. Он был уже не тем человеком, который едва не упал в обморок после того, как распространил своё ощущение теней по окраинам ОССК.

Санни даже испытывал искушение призвать Маску Ткача и активировать зачарование [Где мой глаз?]. В последний раз оно едва не убило его, но кто знал? Возможно, на этот раз ему удастся выжить под его смертоносным бременем.

Что он увидит в бесконечно огромном, невероятном, ужасающем гобелене судьбы? Увидит ли он себя оторванным от его бесконечной сложности, существующим отдельно от всего, что было, есть и когда-либо будет? Сможет ли он распознать события будущего и прошлого в сложном переплетении нитей судьбы?

Или его ждёт жалкая смерть, когда все семь его голов одновременно превратятся в кровавое месиво?

Санни не знал, и был слишком осторожен, чтобы пытаться пробовать… пока что.

Где-то там его ждала одна из четырёх оставшихся частей родословной Ткача — Плетение Разума.

Санни решил не искушать судьбу, пока не получит его.

А сейчас…

Хотя он и не мог активно следить за всем, что происходит в Бастионе, он мог пассивно ощущать его и обращать внимание на любые необычные нарушения. Кроме того, он мог выборочно фокусироваться на определённых местах и людях.

В данный момент он искал Рейн.

Его сестру было особенно легко обнаружить благодаря Метке Теней. Из-за метки он почти всегда знал, где находится Рейн — до тех пор, пока она оставалась в обширной области, которую охватывало его ощущение теней.

Однако большую часть времени Санни не следил за Рейн, предпочитая оставлять её наедине с собой.

В конце концов, он не был слишком уж заботливым братом…

И даже если бы и был, то кто мог его винить?

Его сестра имела привычку участвовать в самоубийственных войнах и драться со смертоносными Кошмарными Существами!

И если какой-то мерзкий распутник досаждал ей, она даже не могла его убить!

Она не могла обидеть и мухи.

Ну, на самом деле, она могла довольно жестоко ранить муху. Но она не могла покончить с её мерзкой, развратной жизнью!

Кто бы не стал защищать такую милую, добрую сестру?

«Где она? Подождите… почему она так одета?»

Санни широко раскрыл глаза.

Далеко внизу Рейн пробиралась по переполненным улицам Бастиона. Должно быть, она проработала всю ночь с Бет и её командой, но вместо привычной практичной одежды или Савана Кукловода на ней было красивое чёрное платье, подол которого едва доходил до колен.

На ней также были серьги — даже не зачарованные — и совершенно непрактичные, милые туфли. Её волосы были красиво уложены и скреплены ониксовой