Не беги от меня - Лана Шеган

— Здравствуй, — услышал холодный голос, — жду тебя дома через час.

Я еще пару секунд слушал громкие гудки, потом кинул телефон на соседнее сидение, скрежетнул зубами. Нужно успокоиться, я уже забыл, как сильны бывают эмоции, как легко можно выйти из себя, но наслаждался чувствами, даже отрицательными. Сразу вспоминаю Милу, ее сверкающие желтизной глаза, когда она хочет укусить. Запах ее тела, дурманящий сводящий с ума и лишающий сил сопротивляться. И почему она так упряма, нам же хорошо вместе, почему не жить рядом. Зачем ей работать, если я могу дать ей все, что она захочет.

Отец скорей всего узнал о моем отказе жениться на Дригассе. Нужно почитать законы об истинных, что там в нашем уставе сказано. Мила горда, и не захочет быть просто фавориткой. Хочу ли я жениться на ней? Она настоящая заноза в заднице, но я хочу жениться. Да я хочу, чтобы она была моей, чтобы никто не имел право касаться ее, смотреть на нее. А Фальеру я все равно пущу кровь, он не должен поедать глазами мою занозу. Разговаривать с ней, смеяться… Замигал указатель бензина, показывая, что на нуле. Тут же завернул на бензоколонку, до гнезда не дотяну.

Дал карту заправщику, не выходя из машины. Наша заправка, семейный бизнес процветает. Может, мне станет интересно, и я пойду по стопам отца. Пока же в эти битвы в верхах меня не тянет.

— Я, конечно, извиняюсь, — сказал заправщик, и глаза его забегали, — но оплата по вашей карточке не проходит.

Я сначала не понял, о чем говорит этот низший, сердце от взрыва негодования застучало, как сумасшедшее, а когти и клыки сами по себе полезли наружу. Заправщик икнул, побледнел и что было силы побежал прочь в небольшой магазинчик при заправке. Я смотрел ему вслед и рычал. Отец сделал то, о чем всегда грозился, отрубил мне доступ к деньгам семьи, а я, как назло, свою карточку на которой лежали честно мною заработанные на гонках бабки, забыл дома.

— Рос, — сказал я в трубку, когда это засранец соизволили ее взять, — Я на пятой заправке, дуй сюда, захвати денег или карту, старик перекрыл мне доступ.

Рос, не подвел, приехал через полчаса улыбаясь во все клыки:

— Ты попал друг, твой папаша метал и рвал, когда Дригассы стали разрывать с ним все контракты. А чего ты ожидал? — сказал он, кинув мне свою карту, я передал ее подоспевшему заправщику, — Ты столько лет его игнорируешь, а тут еще сделку века срываешь.

— Наших денег хватит, чтобы Морны жили безбедно еще несколько веков. Зачем копить, если не тратить, — я реально был зол.

В нашей семье каждое поколение занимается своим делом. Прадед, насколько я знаю, разрабатывал шахты с золотом, дед занимался жемчугом, отец решил, что нефть даст лучшую прибыль и не прогадал, но я не собирался перенимать его дело. Почему он решил, что мне интересно то же что и ему? Я еще не определился со своим путем и имею право жить как хочу. Отец поступил со мной неправильно. К тому же он мог готовить наследником сына Алисии, как грозился.

У меня, как одного из Морнов есть начальный капитал, который лежал на счету банка, до момента пока я не решу начать свое дело. Это такой закон в нашей семье. Отец всеми силами хотел, чтобы эти деньги я вложил в его бизнес. Мне же это не интересно, поэтому я спокойно жил. Что теперь делать? Воевать с собственным отцом? Я еще не решил, чем заниматься, к чему меня тянет, а без нормального бизнес-плана, разработанного на пару лет, мои деньги из банка не выцапаешь. Предки в этом смысле были щепетильны. Взывать к ним, я тоже не решусь, никогда не знаешь, что у этих старых маразматиков на уме. Могу сделать хуже. Пусть себе дальше будут подальше от меня.

Все семейство собирается лишь тогда, когда рождается новый Морн. Я их видел то один раз, когда Алисия родила своих близнецов. И больше такого желания не имею. Сила в них была огромная, она сминала мою волю, как бумажку и сгибала в поклоне. А я не привык никому кланяться.

Мне кажется, самый старший из дедов даже древнее нашего старейшины Мореро, но это не точно. Я познакомился только с двумя близкими, дедом и прадедом, хватило родственного общения. Я даже стал понимать отца и то, что на семейные праздники мы их не зовем. В связи с тем, что соблюдать тайну из существования вампиров не нужно, теперь каждый из Морнов, если захочет, может жить в семейном гнезде. И слава всем богам, что такого желания у них не возникает. Хотя в усыпальнице стоит немало гробниц с телами предков и ходят слухи, что не все тела в них мертвы окончательной смертью. «Скелеты в шкафу» есть у всех вампирских семей.

— Как твоя заноза? — Рос сел рядом со мной, я очень хотел его послать, но пока решил, что его помощь не помешает.

— Ты со мной? — спросил его, игнорируя вопрос о Миле.

— Конечно, — Рос довольно оскалился в улыбке, — пропустить скандал века, да ни в жизнь. Буду потом своим потомкам рассказывать, как развалилось гнездо Морнов.

— Размечтался, — как всегда, шутки Роса меня веселили и давали взглянуть на мир с другой точки зрения, — я просто его выслушаю и пошлю подальше. — Так как заноза, — не успокаивался Рос, — может, плюнешь на эту истинность и завалимся в «Дикие волшебницы» там новые цыпочки, даже фейри появилась. Если очень постараться, можно купить ее кровь, — Рос облизнулся, глаза его блеснули.

— Ты неисправим, — хмыкнул я, — но мне это не интересно.

— Нужно сходить в темные кварталы и посмотреть тебя на приворот, может это не истинность, — озабоченно сказал Рос, — И как теперь мне жить?! — возмутился он, — Я же буду бояться каждой новой девки. Не дай кровавый бог, она окажется истинной и перекроет мне доступ к другим вкусным телам.

Я усмехнулся, вопли Роса немного успокоили. Я даже перестал злиться на Милу. После разговора с отцом нужно ей позвонить. Она не привыкла быть вампиром и все еще мерит жизнь людскими мерами. А еще она не знает, что такое холод в груди, когда ничего не радует и жизнь становится скучной и гадкой. Она из человека перешла в вампира с истинной связью, и не заметила перехода. Для нее не было бесконечных часов голода, когда кровь кажется безвкусной и не насыщает. Не было желания убить всех,