Академия проклятых: Кровь отверженных 2 - Александра Сергеевна Ермакова

– А в этом помощь не требуется, – поспешно заверила я. – Наоборот, мне самой интересно с этим повозиться. А ты бы мог поубивать время, изучая книгу по зельям в поиске какого-нибудь интересного и подходящего нашей ситуации, – ловко подхватила нужный учебник, лежащий на самом верху стопки, и бросила в Шепса.

Он проворно поймал книгу.

– Да не вопрос!

Вновь кривенько хмыкнул. Нагло завалился на мою постель, – она его приняла со слегка возмущённым скрипом, – и распахнул самое начало.

– Полистаем-с… с чем чёрт не шутит?!

Хоть и провозилась до позднего вечера, но в этот раз зелье собиралось быстрее, несмотря на более тщательное взвешивание каждого ингредиента. Радовало уже то, что не пришлось идти в лабораторию: как оказалось, с приготовлением можно справиться и в «домашних» условиях.

Шепс пробовать мою заготовку отказался наотрез, но поведя носом, резюмировал:

– Норма!

– Тогда пошли! – обрадовалась я. Ждать до завтра не хотела, поэтому взяв «напитка», в компании Шепса пошла искать препода по «Зельям».

– Весьма и весьма недурственно, – промычал Аверий Дюмерь, пойманный в собственном кабинете, где окопался в книгах и манускриптах. – Это точно ты приготовила? – подозрительно прищурился и метнул короткий взгляд на Грознича, со скучающим видом подпирающего стену у выхода из кабинета.

– Сама, – осторожно кивнула я.

– И никто?.. Ничем?.. – медленно с расстановкой настаивал препод, пристально смотря на меня, будто надеялся в моей реакции найти ответ на свой размазанный, но оттого не менее чёткий вопрос.

Я замялась, вспоминая, может что-то пропустила?

– Мне нужна правда, – вкрадчиво продолжал мистер Дрюмерь, явно надеясь на моё чистосердечное.

– Ладно, – сдалась я, – готовила сама, но это уже вторая попытка, – решила разложить всё как была по полочкам.

– И что было не так с первой? – воодушевился препод по зельям.

– Я переборщила с… – как на духу выложила правду.

– А кто подсказал? – упирался мистер Дрюмерь, теперь с сомнением посмотрев на Шепса.

– Кром… Войр, – с ещё большей неохотой призналась я.

– А где взяла растения? – не унимался препод.

– Вы же сами велели искать…

– Хочешь сказать, что сама? – удивлённо вскинул брови препод. Но в голосе сквозили нотки плохо скрытого недоверия. Словно он знал что-то, о чём не догадывалась я. И если бы я посмела настаивать, он бы вытащил этот козырь.

Я опять пожевала губу, и опущенная ниже некуда, призналась:

– Это тоже… Грознич… то есть Войр, – мотнула головой, поправляя сама себя.

– Так Грознич или Войр? – вот теперь насмехался мистер Дрюмерь.

Я тоже покосилась, только… виновато, на Шепса, всё это время стоящего рядом, но как бы в сторонке, и тяжко вздохнула:

– Кром нашёл, но передал мне через Шепса… потому что мы не очень…

– Ага, – перебил меня мистер Дрюмерь и задумчиво покивал мыслям. – То есть львиную долю задания выполнил… Кром? – уточнил очевидное.

– Получается так, – было неприятно такое признавать, но раз сказала «а».

– Что ж, – к моему недоумению улыбнулся препод. – Полагаю, я ошибся насчёт бездарей этого курса, и так как ты единственная с потока, кто принёс зелье, сделаю тебе поблажку. За честность и качество – зачёт поставляю! Но в следующий раз, если принимаешь помощь, проси, чтобы показывали места обитания растений, иначе учёба не задастся. Знать, где искать ингредиенты необходимо! Это важный элемент предмета…

– Да, – от счастья ни то мотнула головой, ни то кивнула. – Конечно, – заверила горячо.

– Что ж… – протянул мистер Дрюмерь. – Тогда для закрепления материала…

Он прошёлся до своего стола, заваленного книгами и манускриптами, несколько секунд ковырялся, пока не выудил один из учебников. Пару секунд листал:

– Приготовь-ка мне вот это зелье… – повернул ко мне раскрытую книгу, тыча пальцем в какой-то рецепт. – Лёгкое, и если ты действительно предрасположена к «зельеварению» справишься быстро.

Мистер Дрюмерь позволил взять учебник себе, дал неделю на приготовление, и я, воодушевлённая зачётом и новым заданием, поспешила прочь.

– Не понимаю, – ворчал Шепс, следуя за мной, – как может нравиться этот предмет?

– Не знаю, – дёрнула плечом. – Наверное, дело в моей силе… близкой этому предмету… И надеждам, которые на него возлагаю.

– Лишь бы не ошиблась ни с одним, ни с другим, – усмехнулся Шепс. – Пошли, – схватил за руку и потащил куда-то в сторону, углядев кого-то из знакомых.

И как бы не мечтала приступить к приготовлению нового «зелья», в комнату вернулась не сразу. Грознич утянул меня на улицу, прогуляться перед сном… Мы болтали о всякой ерунде, шутили, делились мыслями о будущем бале. А потом он всё подрывался помочь с поиском растений, на что я отрезала:

– Не хочу злить мистера Дрюмеря. Попробую сама… потом.

А провожая меня, Шепс мягко поцеловал, на прощания шепнув, если я только захочу, он у меня останется.

Я даже немного смутилась. Одно дело шутить на такие темы, а другое…

– Я пока не готова, – была честна, захлопывая перед его носом дверь.

А ночью проснулась в холодном поту и ознобом в теле.

Сон был настолько реальный, что я какое-то время не могла прийти в себя. Забилась в угол на постели, натянула одеяло под самый подбородок и вздрагивала от каждого шороха…

Меня не отпускало чувство безысходности… опасности… смерти…

Сегодня я чётко, как никогда, увидела «своё» убийство…

Именно убийство! Жестокое, кровавое… Проклятыми.

И пусть я была в другом теле, весь животный страх перед смертью, дикую боль… ощутила сполна. И что до сих пор меня тревожило сильнее остального – именно оборотень рвал меня на части так яростно, что я осознала ясно, как никогда причину своего страха перед ним.

Да, я его боюсь!

И вот почему сторонюсь и отвергаю!

Из-за первобытного страха!

Он сидел глубоко во мне. И никакие «шутки» Природы, «связь» Истинных – не могли его перебороть или хоть как-то притупить.

Я БОЯЛАСЬ Войра!

Он – моя смерть!

Как бы нас Луна не призывала – я себя не его парой видела и ощущала, а своим убийцей!

Глава 22

Елисия

Сердце отстукивало яростный ритм, грудь по-прежнему сдавливало. Я лежала и слушала тишину, боясь уснуть.

А потом, словно зверь ощутила – ОН БЛИЗКО!

– Уйди! – шёпотом бросила в никуда, но ему. От шелестения собственного голоса по коже высыпали мурашки. Я замерла в ужасе и ожидании: метнула затравленный взгляд в темноту, на дверь и дышала через раз, будто пыталась его услышать, точно искала подтверждение – ошибаюсь или нет.

Но чутьё орало: ОН ЗДЕСЬ! Каждой клеточкой своего тела чувствовала Войра и его боль. И даже верила ему, потому что самой было и тошно и больно.

А затем разозлилась: вот зачем он