Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

Но делать нечего. Надо сдавать. Кровь из носу — но набрать достаточно баллов. Удастся ли?

Ладно, есть у меня один козырь. Сработает ли он сейчас? Не знаю. Но раньше, всегда, когда я оказывался в тяжелых условиях, приток адреналина позволял мне творить невообразимые вещи. Я находил в себе столько сил, сколько у меня отродясь не было! Я был умен, ловок, быстр и силен! Иначе почему меня постоянно бросали в карцер? Вот поэтому! Мне было страшно среди бывалых уголовников. Каждый день страшно. И всякий раз, когда до меня докапывались, я сражался не на жизнь, а на смерть. Только так от меня отстали, предпочитая не связываться с «этим психом». Да я по сравнению с остальными зэками просто образец воспитания, если что! Но стоило включиться «этому режиму»…

В общем, Рой, надо собраться и сделать. Баллы я терять не хочу. А уж тем более не хочу похерить свой контракт. Я ДОЛЖЕН сдать. Должен. Назад пути нет.

В компании Доусон и четверых эксов из командного состава я прошел в какой-то подвал, наподобие нашего тира. Чуть выше локтя мне приклеили датчик, и я почувствовал легкий прокол кожи. Кажется, он будет тестировать изменения в крови. Что ж… Сейчас он должен показать охрененный приток адреналина!..

Первым делом сдавал такмед. Один из эксов изображал тяжелораненого, а я его «спасал». Руки, естественно, дрожали. Кое-как наложил жгут, ответил на все вопросы Доусон: через сколько часов необходимо пережгутовать, где отметить время наложения, какие виды жгутов бывают, и для чего они используются.

Сделал несколько инъекций себе в бедро. Это были учебные инъекторы, в которых вместо стимуляторов или обезбола был физраствор. В остальном же разницы не было — только содержимое ампулы другое. Получилось довольно нелепо, но все же, получилось. Попутно Доусон потребовала четкие ответы: какое средство, в какой дозе и для какой цели я ввожу.

Далее рассказал состав аптечки с демонстрацией быстрого доступа к каждой вещи. Кажется просто, но вот мне пришлось делать это лежа, в весьма неудобной позе, а еще меня обдавали мощной струей воздуха из приточной вентиляции.

Показал, как зафиксировать сломанную конечность. Как аккуратно перенести раненого — в этом мне помог второй экс. Доусон не давала никаких комментариев и только что-то помечала в планшете по ходу экзамена.

После она стала засыпать меня вопросами о лагере. Я отвечал довольно сносно — на свой взгляд. Возможно, допустил пару неточностей, ноооо….

— А откуда вы, юниор, знаете, каким боеприпасом убивать тулма, и чем именно он опасен?

Упс… Заговорился. Хотел произвести впечатление, да и вырулил на ту тему, на которую было интересно рассказывать!

Я что-то промямлил про то, как доставал соседей по куполу вопросами, они сдались и рассказали мне парочку фактов. М-да… Не очень-то похоже, что Доусон мне поверила, но придираться вроде как не стала.

Пришло время показать свою огневую подготовку. Мы переместились вглубь подвала, где мне было выдано десять патронов, и уже стояли разнообразные препятствия и мишени. О-о! Это я люблю!

Вдохнул, выдохнул. Дождался сигнала таймера. Зарядил патроны, примкнул магазин, снял с предохранителя, дослал патрон. Два шага вперед, прыжок — перескочил препятствие. Присесть. Выстрел. Перекатился в сторону. Лечь. Выстрел. Встать, пробежать по прямой. Встать на колено. Выстрел — влево, вправо, прямо. Кувырок. Встать. Выстрел. Выстрел. Выстрел. Мишени падают, обнажая следующие. Кувырок вправо. Лечь. Выстрел. Повернуться вокруг своей оси. Выстрел.

Выдохнул. Проверил патронник. Контрольный спуск. Показываю пустой патронник Доусон. Руки дрожат.

Она поднимает бровь и что-то пишет в планшете.

— Ну, время боевого задания, — сказала она и начала отступать назад.

Мне выдали «Терру-1» вместо обычной «Терры» и два полных магазина патронов. Эксы тоже попятились, держа оружие наготове. Из пола выросли решетки. Таким образом я оказался внутри огромной клетки с низким потолком. Эксы выстроились по периметру снаружи клетки и прокричали мне, чтобы я надел бронежилет и шлем. Я повертелся — действительно, снаряга была для меня подготовлена. Но что происходит? Я отчего-то думал, что боевое задание — это и есть огневая подготовка…

— Если все пойдет не по плану, вернись в красный квадрат, автоматические турели его изрешетят, — крикнул один из эксов.

Кого — его? Что значит — «не по плану»? У меня и плана-то никакого нет. Я же не понимаю, к чему готовиться!

Я недоуменно повертелся по сторонам, ища красный квадрат, но Доусон прикрикнула на меня.

— Если не хочешь сдохнуть юниором, приведи оружие в боеготовность!

— Сейчас вон там откроется решетка, — прокричал один из эксов, указывая в дальний угол подвала, — тебе нужно замочить цель. Готов?

Я вздохнул. Пульс, наверное, зашкаливал… Дослал патрон, снял с предохранителя, перевел в режим автоогня. Ну, не готов, конечно. Но кого это волнует.

В следующую секунду я услышал скрежет опускаемой решетки. Глухое порыкивание. У меня сжались кишки. Кажется, я понял.

Я вскинул Терру, готовясь стрелять. Едва мутантская обезьяновыдра показалась в проеме, я уже лупил по ней очередью. Не сдохла! Только патроны просрал.

Отомкнул, примкнул новый магазин. Арп сделал два прыжка и уже рядом. Время замедляется. Я делаю выстрел в глаз. Выстрел в другой глаз. Еще. Еще…

Очнулся я от того, что планомерно расстреливал месиво из крови и мозгов примерно по одному выстрелу в несколько секунд.

— Да прекрати ты! — крикнула на меня Доусон.

Она дождалась, пока решетки опустятся, и подбежала. Эксы — с ней. У меня аккуратно отняли карабин. Пока они этого не сделали, я продолжал методично производить выстрелы в труп арпа.

— Все, все, — раздраженно пробурчал экс, — патроны только тратишь. Арп мертв. Ты смог! Гуляй!

На дрожащих ногах я пошел прочь из подвала, не снимая броник и шлем.

— Эй, а физуха? — осведомилась Доусон.

Физуха! Какая уж тут физуха… Но пришлось остаться. Как я все выдержал? Не знаю. Но после всплеска адреналина меня накрыла волна безразличия. Плохо помню, что делал.

Подтягивался. Пыхтел. Делал до упора, до темноты в глазах, до рези в мышцах. Когда спрыгивал с турника, рук уже не чувствовал. Теперь пресс. Он тоже взрывается болью. В висках стучит. Плохо дело.

О, Танзиформ, умоляю! Впитайся в мой организм и дай ему силу! Жаль, нельзя выдуть еще бутылочку прямо сейчас…

Как сделал отжимания — сам не помню. На последнем подходе просто упал носом в пол и так и остался лежать. Доусон потормошила меня за плечо,