Другая Сторона. Том-27. Вторая Фаза - Родион Кораблев

— Это все врата Бесформенного, Боув. Кстати, если хочешь, я открою их тебе по дружбе. Много времени это не займет. После этого твои возможности резко возрастут.

— Ммм… я, пожалуй, пока воздержусь, — промычал мастер.

— Хочешь дождаться отработки технологии? — хохотнул Хемет. — Понимаю и одобряю! Но в этом случае ты так и будешь зависеть от меня.

— Я знаю. Так в чем ваша идея, уважаемый Хемет?

— Не так быстро, Боув. Тем более это только идея. Я могу изменить эликсир, но мне нужно на ком-то его проверить. Причем я должен наблюдать весь процесс от начала до конца.

— Боюсь, что это невозможно.

— Тогда мы в тупике. Я не могу сейчас покинуть Ферму, — улыбнулся Хемет.

Он явно наслаждался ситуацией, рассчитывая, что союзник будет вынужден пойти навстречу. К сожалению, в этот момент в голове раздался голос Феста:

— Надо поговорить!

— Слушаю.

— Не здесь! — быстро произнес босс и отключился.

По его тону Хемет догадался, что дело плохо.

«Наверное, Разрушитель сбежал, — решил он. — Вот Фест и бесится. Но это не мое дело».

Однако босса надо было выслушать со всем уважением, поэтому Хемет кивнул Боуву и быстро вышел из лаборатории. Снаружи туман сжался и Фест произнес сухим тоном, в котором, впрочем, угадывалась ярость:

— Алекс сбежал!

— Во Второй Радиус, — понимающе кивнул Хемет.

— Нет, он сейчас в серой зоне. Собственно, Алекс сейчас рядом с тобой…

— Что⁈ — от таких новостей Хемет аж подпрыгнул. — Разрушитель здесь? Где⁈

— Не дергайся, — оборвал его Фест. — Он снаружи левиафана. Тебе ничего не угрожает.

— Но… но что он тут делает? Пытается добраться до меня?

— Если бы… — вздохнул Фест. — Тогда я бы не так переживал. Но этот ублюдок сейчас пилит левиафана!

— Как это пилит левиафана? — еще больше удивился Хемет.

При этом от его внимания не укрылся тот факт, что им только что пытались пожертвовать. Точнее, сочли неважным активом. Он отбросил эту мысль, но запомнил.

— Алекс… подобрал особую технику. Ты должен его остановить, — приказал Фест.

— Разве не титаны должны были его остановить?

— Они не могут подойти к левиафану.

— Гм… а что произошло с отрядом, который мы собрали? — осторожно спросил Хемет, не желая признаваться, что боится. — Там было двести тысяч Измененных.

— Захвачен.

— Ммм… тогда, боюсь, я вряд ли что-то смогу сделать. Разрушитель очень силен…

— Не волнуйся! Твоей жалкой жизни ничего не угрожает. Тебе не придется покидать левиафана, — терпеливо объяснил Фест. — Ты станешь моими глазами и волей.

— Это возможно⁈

— С моей помощью. А теперь хватит испытывать мое терпение! Иди к ближайшим вратам. Там я объясню, что делать.

— А когда левиафан проснется?

— Не скоро. Я его слишком… Не задавай лишних вопросов! Двигайся!

Несмотря на чрезвычайные обстоятельства, Хемет почувствовал возбуждение — ему сейчас откроют секрет управления Фермой. А это стоило любого риска… Через несколько минут туман помог добраться до ближайших врат. Правда, дальше начались сложности — нужно было встроиться в поток, как объяснил Фест.

Если бы не пять врат Бесформенного, ничего бы не вышло. Но даже с ними у Хемета ушло несколько часов. Правда, попутно он получил награду — стал Эмиссаром Бесформенного!

Событие произошло неожиданно. Кстати, Фест никак не отреагировал на новый ранг подчиненного.

«Не заметил? — удивился Хемет. — Но так даже лучше».

Сразу после этого поток поддался его усилиям.

— Надеюсь, теперь ты справишься, — буркнул Фест. — Только действуй осторожно. Иначе сгоришь.

— Хорошо…

Подключившись к левиафану, Хемет словно открыл третий глаз — он увидел, как адепты снаружи ловко пилят левиафана. Легион действовал словно огромная машина, вырезая плиту за плитой.

На каждую уходило всего несколько минут.

«Какая наглость! — мысленно присвистнул он. — Разрушитель действительно не такой, как другие адепты. Интересно, как он до этого додумался?»

Озвучивать мысли Хемет не стал. Вместо этого спросил:

— Что мне делать дальше?

— Я не могу пробудить всего левиафана, — с сожалением произнес Фест. — Но могу дать тебе энергию. Используй ее и врата. Атакуй паразитов.

— Понял, — покорно произнес Хемет.

Разумеется, он не контролировал всего левиафана, зато мог осознанно выплеснуть океан энергии в нужную точку. Это было даже эффективнее, так как левиафан обычно бил большими волнами.

Но видимо противник что-то заподозрил, так как быстро собрался и отчалил прочь.

— Да бей же! — заорал Фест.

«Какие эмоции! — удивился Хемет. — Фест действительно в ярости…»

Наконец поток поддался, и обрушился на адептов. Однако корабль, нагруженный награбленными плитами, лишь покачнулся и спокойно полетел дальше.

Фест еще что-то кричал, но Хемет не слушал. Было понятно, что адепты ушли. Так или иначе, он был благодарен Разрушителю, потому что лишь благодаря его диверсии Хемет стал чуть ближе к своей цели.

Снова…

Глава 13

Сектор

Сектор Корвус. Алекс.

Миссия «во Второй Радиус и обратно» закончилась чуть больше недели назад, а Алекс до сих пор затруднялся дать ей оценку. Ведь изначально он хотел связаться со Смоком, чтобы выяснить обстановку снаружи. И вроде бы эта цель была достигнута… вот только старейшина сейчас сидел внутри Пузыря вместе со своей армией. И, скорее всего, руководство школы считало Смока пропавшим без вести. В условиях конкуренции за сектор это означало, что Смока уже списали и похоронили, а сектор благополучно передали альянсу Феникс.

По крайней мере, именно так считали оба старейшины. Впрочем, Алекс разделял это мнение.

— Хорошо, если они хотя бы обо мне иногда вспоминают, — усмехнулся Фогот при очередном обсуждении планов. — Меня же тоже сначала считали пропавшим.

— Друг мой, боюсь тебя расстраивать, но тебя давно списали, — фыркнул Смок.

— Не могут они меня так просто списать! Ты же сообщил им, что я жив.

— Ну и что? А даже если не списали, Хирк стал Столпом, поэтому жив ты или нет — не играет роли. Так что забудь о секторе.

— Думаешь, сектор у нас отняли?

— Хуже! — тяжело вздохнул Смок. — Школа Корвус наверняка уже присоединилась к альянсу Феникс. И сейчас хозяйничает наверху.

— И что ты предлагаешь с этим делать? — поинтересовался Фогот.

— Идти дальше своим путем. Это единственное, что мы вообще