В городе, где родилась луна - Эдона Даас

Кармине не смог отказаться, но и ехать к Чинции не хотел. Его тяготила их тайна, тяготило то, что он так и не сознался Ноа, что подосланная им девка вовсе не цветочница, а Чинция. Еще его гложило и то, что Чинция не вернула деньги и сказала, что выполнила порученную ей миссию. Кармине сомневался, что вожак поверит, что вампир решил все отменить сразу после знакомства с ним. И все же если бы Кармине сознался сам, доверия ему было бы больше. Вампир пообещал себе набраться храбрости и рассказать оборотню о своем заговоре с Чинцией.

Глава 30

Маленькое поместье, скорее даже вилла семьи Пелоси, где обитал Сильвано, находилась совсем близко к городу, вампиры и оборотни добрались до нее быстро на автомобилях Ноа и Чезаре. Кармине за всю жизнь не ездил столько в автомобиле как в последние недели. Поездка с ветерком немного развеяла его мрачные мысли.

Тяжелые ворота виллы отпер сурового вида бета, правда, при виде вожака его жесткий взгляд сразу же сменился на заискивающий. На вампиров он взглянул лишь искоса, прямо старался не смотреть. Хотя от Кармине не укрылось, что Кьяру тот разглядывал чуть дольше. Как и другие встречающиеся им оборотни, что заглядывали в автомобили, медленно едущие по грунтовым дорожкам виллы. Вампиру даже на какой-то момент показалось, что рев мотора автомобиля Чезаре перекрывается его рыком.

Кармине про себя улыбнулся, это немного разряжало напряженную атмосферу, что царила на вилле Пелоси. Все мужчины были вооружены, проскользнула даже парочка с томпсонами М1921. А парень на мышастом мерине явно патрулировал территорию.

В холле вопреки ожиданиям встретил их не Сильвано, а оборотница с полотенцем наперевес. Кармине даже сначала подумал, что перед ним ребенок, настолько та была невысокой, едва ли достигала ста пятидесяти сантиметров, однако по повадкам сразу стало понятно, что синьора перед ними далеко не молода.

- Члена голоооовка, - потянула она на сицилийский манер и стеганула Ноа полотенцем по груди. - Ты первый оборотень, что я встречала со времен Империи, который развязал такую бойню со своими же.

- Синьора Пелоси, это Кьяра Риццо и Кармине Бруно, синьора Пелоси троюродная пра-пра-пра и далее бабушка Сильвано, - проигнорировал атаку полотенцем Ноа.

- Ну с девкой пересекались сотенку лет назад. А это брат нашего кровососа? - кивнула синьора на Кармине и сморщилась.

Кармине возмущенно посмотрел на брата, тот, похоже, и с семьей Пелоси общался настолько тесно, что они считали его своим.

- А где Сильвано? Нужно с ним срочно увидеться.

- В патруле, Ноа. Ты, придурок, не понимаешь что на нас не ровен час нападут вампиры, чтобы отбить твою ненаглядную?

- Не решаться, они не в том положении, чтобы идти на столкновение в лоб.

- За мной! - скомандовала синьора Пелоси и решительно взмахнула полотенцем.

- Куда?

- В столовую.

Удивительно, но Ноа, смело бросившийся в бой с шестью альфами, перед этой синьорой вот спасовал и покорно поплелся следом. А Джино с Чезаре, казалось, вообще хвосты поджали. Оборотница привела гостей в старомодную столовую и велела другой, высунувшейся дверь, что вела на кухню, накрывать на стол.

Кармине не завтракал, и запах мясного пирога, потянувшийся с кухни, заставил слюну обильно выделяться.

- Не ссы, все без чеснока, - бросила ему хозяйка, усаживаясь за стол.

- Просто мы не голодны, - пробормотала Кьяра.

- А ты что, костлявая, боишься растолстеешь, в гробу будет вертеться неудобно? - проворчала синьора Пелоси.

- Лучше подчиниться, - прохохотала оборотница, вновь пришедшая из кухни.

Она прикатила столик, на котором стоял кофейник, мясной пирог, пирог с грушевым вареньем и салатник с первой клубникой.

Когда девушка накрыла на стол и вышла, Пелоси кивнула на захлопнувшуюся за ней дверь.

- София редко покидает виллу.

- И понятно почему, - горько усмехнулся Джино.

Кармине, конечно, тоже понял. Рыжая! У девушки были ярко рыжие длинные волосы. Их, конечно можно было красить, вот только к волосам прилагались зеленые глаза, какого-то даже неестественного для человека оттенка, россыпь ярких веснушек и небольшая хромота. Слишком много отличительных черт. В этом плане даже Джино было гораздо проще. Нужно было всего лишь красить волосы.

- А этот ваш вампир, - кивнула на Кармине, - знает, как нам всем выбраться из нор. Как забрать мир себе.

- Я?! - кусок пирога застрял у Кармине в горле.

- Мне доложили про россказни пизды-Бернадетты. Тварь та еще, - сплюнула оборотница. - Но говорит порой дело. Она вещала, что Кармине тот, кто приведет в мир деву, что сделает мир нашим, и тот, кто достанет вторую луну, что дарует нам магию.

- Она ошиблась, - отмахнулся Ноа, - Чинцию нашел я. Кармине с ней даже не знаком. Лучше скажи, как она там?

- Плохо. А как иначе? Оборотни, которых она ненавидит, похитили и держат взаперти. Одна надежда на то, что доблестные добрые вампиры прибегут ее спасать.

- Разговор с ней начну я, - соблазнительно укусила клубнику Кьяра, - как доблестная вампирша и женщина попробую убедить ее, что синьор Амато серый, но пушистый.

- Мудак ты, - синьора Пелоси вдруг укоризненно посмотрела на Чезаре, - с ног до головы! Ну, спасибо, что не обоссал.

Тут Кармине понял, в чем было дело. Он-то думал, что Кьяра совершила налет на магазинчик «Розы Болгарии» на улице Аркимеде и выплеснула на себя весь имеющийся там парфюм, еще и мылом натерлась для верности. А оказалось, что Чезаре Джиротти «облил» ее запахом своего аромакода. Вампир вспомнил, что при стычке в ресторане аромакод Чезаре пах розами, просто на коже Кьяры он раскрылся несколько иначе.

- Синьорина Риццо, в смысле Кьяра, - покраснел Чезаре, - простите… прости. Я там тебя немного покрыл. Не в том смысле! - попытался перекрыть разразившийся ржач. - Я слегка нанес на тебя свой аромат… Для твоей безопасности. Тут много мужчин...

- Слегка! - ржал развалившийся на стуле Джино. - Синьорина Риццо пахнет как розарий в Орто Ботанико.

- Ноа, - Кьяру, похоже, не смутил поступок Чезаре. - А что если ты Чинцию «убаюкаешь» своим ароматом? Метить вот так не надо… Но, насколько я понимаю, ваши аромакоды способны нести особый настрой? Я сама не очень различаю ваши запахи, - понюхала свое запястье. - Ладно, роза - это благородно.

- Нет, лучше ты убаюкай ее своими словами, - Ноа вдруг посерьезнел