"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

Я задумался. В словах Марии был смысл, но тогда, почему я не получал уровни? Времени для проверки моей теории оставалось мало.

— Не отвлекайся, соси! — Вогнав ей член в глотку, начинаю жёстко наяривать, двигать бёдрами, стараясь как можно скорее кончить. Если Мария права и уровень мой набирается от женских экстазов, то сейчас у меня в пунктах примерно 4–5 балов, оргазмов. В прошлый раз для повышения я заставил девушек кончить раз 5–6. В то же время, я взял новый уровень, когда сам кончил трижды; возможно, сейчас, преодолев это число, получится выйти на новый уровень! Теория требовала проверки, а для проверки…

— Лёша… стой не так грубо… — Когда я понял, что рта мало, и пристроился сзади, едва оставаясь в сознании, так же, с помутневшими глазами, устало просит Мария.

— Потерпи немножко, скоро станет хорошо… — Прошу я, и она, улыбаясь, не без труда пытается оттопырить попку, хоть немного раздвинуть свои красивые, стройные ножки.

Глава 25

Необходимые условия выполнены, Алексей получает 3 уровень. Поздравляем!

Получен пассивный навык: Ура##///#/№1…

— Агтулх, — что-то влажное и шершавое коснулось щеки, прервало сон, голос в моей голове. — Просыпайся, соня… — настойчиво требовала кошечка. В тот момент, когда я пытался хоть как-то воспроизвести воспоминания о навыке, Ура… что? Что это было, что я не услышал⁈ Почему очередной уровень поднялся только когда я спал?

— Если не встанешь, я начну кусаться, — прошептала кошка, её руки поползли по животу и вниз. Кисунь, эта двуххвостая… Я, мать твою, в кино водил! Не могла прийти позже⁈

— Кисунь, что ты здесь делаешь, где Рабнир? — открыв глаза, вижу рядом лишь двуххвостую, как всегда, голую. Ни стражи, ни Марии, ни медоеда. Похоже, уже день, но почему меня никто не разбудил?

Двуххвостая, опечаленная тем, что первым делом я заговорил о медоеде, с злостью шикнула, убрала руки, положив голову свою мне на грудь.

— Воин Добрыня назвал это экстренными сборами, — говорит кошка. — Мама тоже сказала, чтобы я на время дня и ночи, Агохлу и Онохо осталась с вами, приглядывала за тобой и твоими сёстрами.

Указательный пальчик кошки, выпустив коготок, выписывал на моём животе круги. Она рассказывала что-то о собрании, тренировочном лагере, подготовке Добрыни, при этом с обидой в голосе. Старейшина деревни строго-настрого запретила ей приближаться к лагерю воительниц Кетти. Потребовала подчинения, велела ей учиться управлять человеческими самками, так как отныне именно Кисунь станет в нашем поселении главной, пройдёт подготовку и обучение на будущий пост старейшины.

В общем и целом это было логичным решением, так как мне казалось, их вождь Олай Дав-Вай пытается удержать власть в своих руках, а после и своей ближайшей по крови двуххвостой дочери. Все монархи и политики в чём-то похожи, она не стала исключением. Пока сама решает проблемы Кетти с теми же Чав-Чав, на мелкую скинула поселение, с самыми миролюбивыми, слабыми жителями. Олай позарез нужно, чтобы дочка залетела, продолжила род… Логично, я бы сказал, очень даже логично.

Хорошо, в её теперешнем положении, где заботливая мамочка в мои руки послала чадо, следует постараться. Извлечь максимальную выгоду, через Кисунь продолжить налаживать отношения двух видов, любыми методами уравняв нас в правах.

Взяв в руку шаловливый пальчик двуххвостой, направляю его вниз. Она удивлена, а я… не готов, но в принципе:

— Тебе придётся поработать ртом, чтобы получить желаемое, — говорю я, и грусть тут же сходит с миленького личика. Покорно, мурча и улыбаясь, она собирает волосы за спину.

Эх, Лёха-Лёха, и на что только не пойдёшь ради всеобщего светлого будущего.

Два часа спустя. Кафе Тёти Веры: «Под открытым небом».

Выполнив свой долг ночью, затем утром, восполняя потраченную энергию, активно работал челюстью. Отказавшись от дальнейших игрищ с более выносливой Кисунь, я буквально сбежал от неё к воде. Слишком дикая, слишком активная. Будь у той возможность, только ела, спала да трахалась, ей вообще по барабану, что вокруг происходит. Лишь бы не кричали, баловали, хвалили. Очень избалованная девка, нужно брать на перевоспитание, менять.

Начать решил с занятий. Дошкольное учреждение работало каждый день. Наш визит с местной принцессой сотворил очередное чудо: почти что показательная тишина и порядок царили на уроке математики, не долго. В игровой форме Оки и Катя, играя роли Торговца и покупательницы, пытались друг дружку надурить при помощи цифр, спрашивая у детей, «а не дурит ли их Покупатель или Торговец». Детям игра зашла. Крик стоял сумасшедший, когда мелкие ошибались, те, что постарше, шипя зубами, позабыв, что это игра, чуть ли не кляли торговца или же оскорбляли «тупорылого» покупателя с криками:

— Тебя обманывают!

В общем, интеллект местной фауны оставлял желать лучшего. Поэтому занятия в виде игр оказались невероятно продуктивными. Сначала мы выучили цифры и первые буквы, играя в морской бой. Затем перешли к новым играм, театральным постановкам и представлениям, в которых наигранная глупость и жадность выдуманных персонажей заставили публику сопереживать.

За первым занятием шла физкультура, или же, как оговаривалось для местных, «Соревнования в скорости, гибкости и силе». Тут всё просто: растущее в постоянной конкуренции женское общество бегало по кругу на перегонки со своими одноклассницами, далее — растяжка, пресс, отжимания, прыжки на одном месте… Именно во время физкультуры, когда спортом занималось племя нудисток, моё присутствие очень бесило наших женщин. А я, собственно, и не настаивал — там же дети блин… В образовавшуюся временную форточку я предложил Кисунь пообсуждать будущее поселения. Хотел узнать, каким она его видит.

— Хочу, чтобы в нём было много наших с тобой Кетти, чтобы они улыбались и растили брата самца, которого ты обязан за свою жизнь подарить Кетти, — обнимая и лащась, мурчит на ухо Кисунь. Впрочем, ничего нового. После её ответа я и поднял тему важности защиты, силы воинов, их подготовки, слаженности действий, которые налаживал Добрыня. Кетти не имели войска, они не имели армии, а вся их боевая мощь — это сугубо индивидуальные навыки охотников. Да, в одиночку матёрый охотник всю жизнь проведший на ногах в поиске дичи, сражающийся со зверем, победит простого солдата. Однако, как показывала история, племенам охотников никогда не победить армию, за которой стоит страна. Ведь охотники взращиваются и обучаются всю жизнь, а солдаты —