"Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-30 - Наталья Владимировна Игнатова

сама смерть. Удар саблей, который Шиаюн ощутила раньше, чем пальцы вампира сомкнулись на сабельной рукояти. Тогда она успела стать невидимой, но сейчас он будет готов к встрече, и если он захочет убить ее — сделает это.

Койот мог бы ее защитить. Койот-Голем. Он был сильнее и быстрее любого из вампиров, и, главное, был неуязвим. Но для всех, кто знал его, Койот был мертв, а Голем — уничтожен. Он стал оружием, о котором никому не известно. По-настоящему секретным, а значит, по-настоящему могущественным. Покажись он вампиру, и тайна перестанет быть тайной. Шиаюн взвешивала «за» и «против». Оценивала свой страх перед вампиром. Был ли он страхом перед смертью? Да. Но могла ли она бояться смерти? Нет. В том-то и дело, что нет. Ни вампиру, ни человеку не под силу убить ее. Даже если ее тело будет уничтожено, рано или поздно она найдет другое.

Значит, страх был из тех необъяснимых и необоснованных, которые свойственны людям. Не демонам. Шиаюн ненавидела все человеческое в себе. Ненавидела слабость. И этот страх тоже начала ненавидеть.

Она пойдет на встречу без Койота. Одна. Вампир не убьет ее, даже если захочет. Но он и не захочет — он хочет стать демоном, и он прав, это достойное желание, прекрасное устремление, великая цель. Которой не достичь без ее помощи.

А Койот останется на верхних этажах Адмиралтейства. И в этот раз, уходя, Шиаюн запрет двери снаружи. Просто на всякий случай. Секретное оружие должно оставаться секретным. Можно приказать Койоту не выходить, но куда надежнее — просто закрыть его на замок. Заодно это избавит от лишних вопросов. Койот, вернувшись из Хаоса, слишком много думает и слишком о многом спрашивает. Как будто забыл, кому принадлежит его сердце.  

*  *  *

Палома навсегда отправлял демонов в ад. Не уничтожал — демона невозможно уничтожить — но лишал плоти и изгонял из тварного мира. Без возможности вернуться. Хасана это устраивало. Какая разница, окажется Шиаюн в аду или умрет? Главное, что ее не станет.

Проблема была в том, что Палома изгонял именно демонов. А пока Шиаюн не демон, лишь полукровка, результат непредсказуем. Значит, с ней нужно было дойти до Ядра, нужно было дождаться, пока она присвоит демоническую силу, и только после этого убивать. Досадно. Мало того, что придется прорубаться через призраков, так еще и Палому нужно взять с собой так, чтобы он не привлекал внимания.

Когда нельзя спрятать что-то, что не хочешь никому показывать, нужно держать это на самом виду. Старое правило. Почти безотказное. Если увешаться оружием с головы до ног, как большинство мужчин, которых довелось увидеть в Порту, то Палома просто потеряется на фоне всего остального. Пока он в ножнах, в нем нет ничего особенного — обычный меч, не интересный ни для духов, ни для демонов. Ну, а если уж Шиаюн все-таки заинтересуется им, придется объяснить ей, что один клинок хорошо, а два — надежней.

И, кстати, оружие в левую руку может понадобиться. Не Палома, конечно, Паломе нужно оставаться в ножнах до конца, до единственного удара, который отнимет жизнь у Шиаюн. Выбрать есть из чего, но Хасан предпочел бы не оказываться в ситуации, когда придется вести бой двумя мечами. Еще свежа была память о походе на Тарвуд по Серым путям, о вуджорах, о призрачных воинах в «Красном кабане». Обо всей пролитой и потерянной крови. Это Заноза всегда рад подраться, и чем серьезней бой, тем ему веселее. А нормальные вампиры, взрослые, разумные вампиры предпочитают покой и безопасность.

Да. Лучше бы обойтись одной саблей. Но кроме нее и Паломы стоит взять с собой еще один клинок. Неизвестно, сколько призраков ожидает в заколдованных катакомбах.  

Заноза говорил о сотнях неупокоенных душ. Говорил со слов Мартина, а тот повторял слова Шиаюн, которые то ли были, то ли не были сказаны во время аудиенции у правительницы Тарвуда. Старый колдун, лорд Харвин, спрятавший Ядро в глубинах острова, заклял катакомбы на смерть. Это обычное дело для любого колдуна, оставить на охране клада какую-нибудь свирепую дрянь. Призраки еще ничего, случается, что клады охраняют джинны, и вот с ними-то без колдовства никакого сладу. Так сколько призраков мог оставить Хартвин? Он был колдуном, он был некромантом, у него не было недостатка в людях, которых можно замучить до смерти и превратить в озлобленных духов.

Nasihat tutmayanı musibet tutar[87]. И хорошо, когда есть у кого спросить совета.

Магистр Мадхав, которому Хасан позвонил, чтобы проконсультироваться об особенностях поведения охранных призраков, сначала спросил, какого рода этот интерес, практический или теоретический. А услышав, что интерес практический, попросил дать ему время. На то, чтобы добраться до Алаатира.

Не так-то просто старым сильным вампирам путешествовать между тийрами. Дело не в том, чтобы рассчитать время и не попасть под солнце, а в том, что визит могущественного некроманта — это событие, чреватое последствиями посерьезней, чем визит главы какого-нибудь небольшого государства.

Чтобы обойтись без последствий, нужно или дружить с тийрмастером, или провести подготовку и получить разрешение на приезд.  Можно, конечно, ехать тайком. Без предупреждения. Поставив себе цель, никому не попадаться на глаза.

Заноза именно так ездил в Европу, и каждый раз это заканчивалось скандалом. Порой — со стрельбой и пожарами.

В случае с магистром Мадхавом, обошлось без стрельбы. Едва узнав, что некромант хочет приехать в гости, Заноза тут же отправил за ним самолет, а сам умчался к мистеру Алаа — договариваться об условиях пребывания Мадхава в Алаатире. Вламываться на аудиенцию к тийрмастеру даже без звонка было его фирменным стилем. Да, чем-то вроде тайных поездок в Европу.

Все решилось за несколько часов. Все — включая перелет Мадхава из Юнгбладтира. Решилось благополучно — Заноза, при желании, мог Второе Пришествие организовать так, чтоб обошлось без неприятных последствий. Но когда Хасан встретился с магистром, тот выглядел ошеломленным, несмотря на то, что у него было время поесть и отдохнуть.

— Знаете, мистер Намик-Карасар, — сказал Мадхав, — когда мы в Юнгбладтире поняли, что Заноза останется с вами не на годы, а на десятилетия, если не навсегда, мы… были рады. Я имею в виду, Рональд, Иоахим, и ваш покорный слуга — те, кто помнил Занозу еще по временам войны за тийр. Вы спасли его от очень больших неприятностей в Англии, и ваша репутация говорит сама