Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих - Юлия Алексеевна Фирсанова

Фаль засмеялся и захлопал крылышками, кувыркаясь в воздухе, остальные – вот чудаки – несколько секунд потратили на возвращение отпавших челюстей на место. Чего они, магии никогда не видели? И это после того, что мы сотворили с троном?!

Я, бодро подсвечивая путь руной, зашагала обратно. Киз оклемался уже достаточно для того, чтобы вместе с Гизом следить не только за окружающей действительностью, способной на преподнесение сюрпризов, но и за ковыляющим Шеллаем. Подхватить дедка там, где надо, или какой-нибудь камень с дороги пнуть, чтобы архивариус носом не клюнул. Риалла шла с совершенно обалделым видом. Наверное, девушке все происходящее казалось сном или сказкой. Пускай! Если так, даже лучше. Ведь во сне мы ничему не удивляемся и просто участвуем в происходящих событиях. Потом же, как проснемся, наступает время анализа, большая часть которого сводится к одной фразе:

– Ну и привидится же такая чушь!

Наша общая чушь продолжала упрямо видеться и в разряд снов переходить категорически не желала. Темный коридор подземелья озарял лишь мерцающий свет кано. Почему-то мне не хотелось яркого света дня в таком месте. Когда мы миновали проход через разобранный завал, я восстановила его в прежнем засыпанном виде, отменив действие рун. И через десяток минут пять человек плюс один великолепный во всех отношениях сильф снова расселись в личном рабочем кабинете архивариуса.

– Каковы будут распоряжения вашего величества? – уважительно осведомился Шеллай, когда Киз в командно-принудительном порядке велел старику не мельтешить. Не пытаться стоять в присутствии монарха, а все-таки сесть.

– Я не король, – снова повторился, цедя слова сквозь зубы, Киз и почти попросил меня, да-да, в интонациях чувствовалось: – Ты не могла бы посмотреть на Аллария? Он должен быть коронован. И чем скорее, тем лучше.

– Тяжела ты, шапка Мономаха? – риторически вопросила я и даже справочно перевела массам присловье: – Царский венец такой был в моей стране когда-то. Весил не так чтобы много, меньше килограмма, но груз прилагающейся к шапке ответственности в «килах» не меряется.

– О да, нет тяжелее бремени, чем бремя власти, – согласился архивариус.

– Тогда для начала на повестке дня вопрос…

– Обеда? – как мне показалось, намеренно-шутливым вопросом разрядил напряженную обстановку Фаль.

– Коронации, обед в расписании стоит следующим пунктом, – внесла я ясность.

– Значит, для начала нам надо поглядеть на официального властителя Артаксара, а потом уже решать, тащить его на трон или искать другой способ сложения полномочий с нашего невластолюбивого спутника, – высказалась я.

– Ты же знаешь, кто я, – с намеком процедил Киз, вскакивая со скамейки и начиная ходить кругами по небольшому кабинету. Сейчас он очень напоминал тигра в вольере, не хватало только полосок, зато оружия, явного и скрытого, у киллера имелось столько, что любой хищник удавился бы со стыдухи за свои маломощные зубы.

– Знаю, знаю, профессия монарха куда более кровава, постыдна и неимоверно занудна, не говоря уже об отсутствии социальных гарантий вроде отпуска, – миролюбиво согласилась я.

– Из моей профессии не уходят, – зашел с другого конца поперхнувшийся было воздухом от моих абсурдно-логичных выводов Киз.

– Ага, оттуда выносят, как правило, вперед ногами, так же, как и из королей, – по-прежнему великодушно не вступая в спор, поддакнула я.

Киллер хмыкнул, оценивая иронию невероятных совпадений, а я закончила свою мысль, многозначительно указав глазами на любимого как на живое доказательство собственных слов:

– Исключения из правил можно пересчитать по пальцам.

Гиз кривовато и почти сочувственно улыбнулся брату. Зависти или тоски по оставленной профессии в серо-голубых глазах моего мужчины не было. А я еще раз мысленно поблагодарила Тэдра Номус за щедрый подарок: убийцу отправляли на заклание, чтобы отвести от организации гнев Сил, но безумная магева решила по-своему – оставила жизнь убийце и не прогадала.

– Вы оружейник? – «сообразила» Риалла и, смутившись под откровенно непонимающими взглядами нашей троицы, пробормотала под нос: – Об этом говорить не положено, но Фегора поведала, что при посвящении мастера клинков дают клятву на древнем камне работы артефских искусников. И только после этого их допускают до сокровенных тайных знаний о силе металлов. Такую клятву почти невозможно снять…

– Оружейник? В некотором смысле – да, – согласилась я за Киза, прекрасно понимая, что он ничего не ответит девушке. – Но раз наш «оружейник» против посиделок на троне, возвращаемся к главной теме, стоящей на повестке дня: Шеллай, как и где найти Аллария?

– Чужим непросто войти во дворец. На тайные проходы в покоях властителя надежды мало, они могут охраняться усерднее обычных дверей, – неуверенно поделился сведениями Шеллай. Старик вяло, без аппетита, отбитого треволнениями дня, пережевывал пирожок, подсунутый заботливой внучкой.

Та в свою очередь вела соревнование с Фалем по уничтожению содержимого корзинки. Телохранители от сдобы воздержались: то ли избегали мучного на работе, чтобы не утратить ни грана бдительности, то ли тесто уличной покупки не прошло ОТК у привередливого Киза. Его пирогов я отведать еще не успела, потому эти, не испорченная лучшим, сочла в меру вкусными, а главное, свежими и годными для пополнения запаса калорий, без счета израсходованных на рунную магию. Крайнего изнеможения, как после полевых работ, включавших восстановление плодородия почвы в деревеньке, не чувствовалось, но подкрепиться и посидеть, банально вытянув ноги, совсем не мешало. В таком положении голова работала лучше. На ходу тоже думается неплохо, но есть особый кайф в спокойном течении мыслей.

Ходить медленно я совершенно не умею, читала когда-то, что самая полезная ходьба та, которая вызывает легкую одышку. Не знаю, наверное, я бракованная, потому как у меня двигаться пехом, чтобы при этом наступила одышка, не получалось. Нет, я вовсе не спортсменка, но с детства мой темп нормального движения по улице вызывал у подружек один-единственный, исторгаемый в виде негодующего вопля, вопрос: «Ты куда несешься?» Так что на групповой прогулке мне приходилось сознательно контролировать темп движения, перемещаясь со скоростью ленивой черепахи, чтобы избежать возмущенных сетований знакомых. О чем я, собственно? Да о том, что в таком моем любимом темпе и думается стремительно, так стремителен росчерк подписи, а если надо решить что-то с чувством, с толком, с расстановкой, то лучше делать это сидя. Мне, во всяком случае.

– Вариант, конечно, разыграть явление служительницы народу, – вслух принялась рассуждать я. – Спецэффектов впечатляющих добавить дело нехитрое, да ведь все равно без помех разобраться во всем не дадут. Или с советами дурацкими, с намеками, с прошениями полезут. – Магевская практика на Вальдине многое дала мне в плане понимания того, чего нужно ждать обладающему магической властью от людей, лишенных