Газлайтер. Том 39 - Григорий Володин

Гвиневра коротко кивает и послушно пересказывает всё, что произошло, своими словами, без прикрас, чётко и по существу. Она не оправдывается, не сглаживает углы и не пытается смягчить формулировки.

Король Данила завладел Кузней-Горой и растоптал гордость Организации, без боя одолев и осмеяв Высшего друида, у которого был мандат самого Председателя. Стоит заметить, что к рангам в Организации относились особенно трепетно. Вся иерархия держалась на том, что огромный аппарат Мастеров и Грандмастеров подчиняется горстке Высших Грандмастеров, а потому последним следовало вести себя безупречно и не позволять пятнать своё имя.

Филинов уже давно побеждал Высших рангов — того же Странника или Лорда Тень, — но те были изгнанниками. А вчера он уделал одним тычком пальцев действующего старшего члена Организации.

Хоттабыч молча слушает, постукивая пальцами по столу. Гвиневра подозревает, что старик уже в курсе подробностей произошедшего, а сейчас поручил пересказ именно ей лишь затем, чтобы обозначить: теперь, девочка, тебе предстоит делать больше работы, потому что я возлагаю на тебя надежды, и отчитываешься ты напрямую передо мной.

— Ну, так я и думал, — заключает Хоттабыч без всякого удивления, что лишь подтверждает подозрения блондинки. — После такого позора Ясен годится только на то, чтобы растопить мой камин.

Раздаётся стук в дверь, и без слов заходит Масаса — значит, Хоттабыч вызвал магиню Тьмы по мыслеречи. Темнокожая магиня встаёт рядом с Целительницей, ничуть не уступая ей в пышности форм в нужных местах.

— Филинов совсем оборзел, — бросает Хоттабыч. — А потом нянчиться с ним я прекращаю. Вы обе отправляетесь немедленно в Кузню-Гору и предупредите Филинова о начале действия протокола «Равновесие».

Масаса застывает. Она вместе с Гвиневрой не ожидала такого развития. На долю секунды темнокожая магиня теряет привычную невозмутимость.

— Председатель, разве есть основания для «Равновесия»? — спрашивает Масаса, осторожно выбирая слова.

Хоттабыч смотрит на неё холодно и отвечает раздражённо:

— Конечно, есть. Разве не видно? Один человек владеет Багровыми Землями и Кузней-Горой одновременно. Я, конечно, велю аналитикам собирать доказательства, но даже без них ясно: коэффициент правителя по Филинову превысил допустимый порог. Он слишком силён!

Гвиневра отмечает, что даже тёмное лицо Масасы побледнело:

— Неужели?..

На её памяти этот коэффициент превышал лишь Принц Кровавой Луны, и его судьба была плачевной. Согласно архивам, были и другие, которых неизменно брали к ногтю или уничтожали. Ну, если не считать, конечно, дампира Морвейна ещё задолго до Принца. Но дампиров заперли в закрытом мире, и, считай, проблема решилась.

А вот Багровый Властелин по этому коэффициенту вообще не индексировался: у Организации просто кишка тонка была с ним разбираться, и все это знали, пусть и не произносили вслух.

Теперь, по словам Хоттабыча, коэффициент превысил король Данила, и если это так, то Организация либо его подчинит, либо уничтожит.

Масаса, как истинный педант, возражает, цепляясь за формальности:

— Но без подтверждённого расчёта службы аналитиков и решения членов Правящего Совета требовать исполнения протокола «Равновесие» — это прямое нарушение устава Организации! Только Правящий Совет вправе принимать подобные решения!

Хоттабыч усмехается, почти добродушно:

— Ой, кто бы говорил о нарушениях. Или ты думаешь, я не знаю про твою секту, леди?

Масаса замирает. На мгновение она теряет способность сразу ответить.

— Ясен? — выдавливает магиня.

— Ага, — спокойно подтверждает Хоттабыч. — Друид тебя сдал.

Он делает короткий жест рукой, явно завершая разговор:

— Идите к Филинову. А насчёт сбора доказательств не волнуйтесь, крошка. Мои аналитики уже работают.

Масаса покидает кабинет на негнущихся ногах. Гвиневра молча следует за ней, украдкой глядя на коллегу с сочувствием. За главенство в секте предусмотрена только одна кара — смертная казнь, и Хоттабыч сейчас держит Масасу за глотку.

Старик использует её как инструмент, чтобы напугать конунга Данилу. Заставить того действовать на «добровольном исполнении» протокола «Равновесие», без формального запуска и без решения Совета.

А Данила, конечно, маг сильный, умный и смелый, и свой крепкий дух он уже не раз доказал. Но сможет ли он обхитрить самого бессменного Председателя Организации — вот это вопрос.

* * *

На следующий день снова я спускаюсь к нашему бронепоезду. Хотя конечно технически это не поезд а одиночиный локомотив, но очень уж здоровый. Он занимает почти весь зал склада. Да и в рельсах этот красавец не нуждается. Рядом выныривает из-под локомотива Гумалин. Трезвенник уже успел всё облазить, залезть куда только можно и куда нельзя, и теперь вылезает из-под поезда, отряхиваясь от сажи и грязи.

— Ну что, посмотрел? — спрашиваю я.

Гумалин довольный, раскрасневшийся, явно на адреналине, вытирает вспотевшее лицо тряпкой и с энтузиазмом кивает:

— Да, излазил вдоль и поперёк, шеф. Прямо вдумчиво, без спешки. Хорошая новость — это настоящий железный зверь! Пробить его почти невозможно!

К этому моменту все уже собрались. Светка с Машей и Настей с откровенным, почти детским удивлением разглядывают пушки — уж слишком они похожи на корабельные, будто их сняли с линкора и просто прикрутили сюда. Тут же находится и Принцесса Шипов с Грандбомжом на пару.

Гумалин продолжает, уже войдя во вкус:

— Ход у него особый. У Сокрушителя нет колёс в привычном смысле. Под каждым модулем массивные опорные плиты из живой стали. Судя по всему, когда эти плиты начинают двигаться, они не просто толкают конструкцию, а преобразуют почву под ним и делают её каменной. Причём мгновенно. Каменная магия, чудовищно затратная. Кроме того, броня выше всяких похвал — этот красавец вообще целиком из Живого металла. И он ещё и стреляет. Пушки способны сносить магическое поле.

Ледзор присвистывает, не скрывая одобрения:

— Неплохо- неплохо, хо-хо. Вещь серьёзная.

Я прищуриваюсь, глядя на махину:

— Ну и сколько он жрёт?

Гумалин кривится, словно только сейчас вспомнил самое неприятное:

— Очень много. Прямо неприлично много. Как тридцать дней магического поля вокруг Багрового дворца — и это всего на один десятиминутный выезд.

Принцесса Шипов говорит спокойно и невозмутимо:

— Оно того стоит. Ни одна крепость не устоит против Сокрушителя Стен, владыка. С ним ты сможешь взять Лунный Диск.

Настя искренне удивляется:

— Лунный Диск же летает.

Принцесса Шипов невозмутимо отвечает:

— Значит, надо его посадить.

Я думаю о другом. Бронепоезд — дело, конечно, хорошее, но пушки у него на самом деле не такие уж и сильные. Да, мощные, но это не наша Имба-пушка. И фишка здесь как раз в том, что бронепоезд можно использовать как отвлекающий манёвр.

И вот Имба-пушка, как будто бы стреляющая из Сокрушителя, на самом деле все так же будет