Выживший. Том 2 - Павел Барчук

В тот миг мир для меня сузился до щели в грубой кладке, сквозь которую доносился разговор. Всё внутри застыло, а потом взорвалось ледяным, сжигающим нутро пламенем.

Ярость, которая отравляла меня прежде, обрела цель. У нее теперь было имя. Горст.

Не Риус, не Хозяин Теней, не отец-ублюдок. А ничтожный, подлый мудак-тренер. Это он нажал спусковой крючок. Он пустил пулю, которая убила Иллиану.

Я не выдал себя. Отступил в тень, тихо, как призрак. Месть должна быть иной. Не быстрой. Не горячей. Холодной. Методичной. И показательной. Чтобы он понял. Чтобы все поняли.

Я выжидал почти месяц. Время, необходимое для того, чтобы ярость осела, кристаллизовалась в твёрдый, неумолимый план. Я наблюдал. Изучал его распорядок. Привычки. Страхи.

Горст оказался тем еще ссыкуном. У него было несколько «болевых точек».

Он до одури боялся Живчиков. Это — крошечные паразиты, живущие на границе Изначального града и Пустоши. Маленькие насекомые на самом деле слыли извращенными убийцами. Стоило им попасть на тело жертвы, они начинали прогрызать в нем узкие тоннели. Поедали тело изнутри.

Поэтому Горст каждый раз, когда привозили очередную Тварь для Арены, истерично требовал, чтоб ее обработали специальным раствором.

Еще Горст боялся высоты. Но больше всего он боялся того, что не укладывалось в границы его мудаческого мышления. Например — меня.

Я подготовился основательно. Для начала раздобыл несколько малозначительных артефактов из кладовой Диксона. Тех, о которых уже не помнил он сам. «Нить Паука» — невероятно прочную липкую хрень. Ее невозможно разорвать. И «Фантом боли». Камешек, способный в разы усилить любое физическое страдание.

Затем, в одну из ночей, с помощью Ключа наведался к границе с Пустошью. Чего мне стоило набрать в коробку десяток Живчиков, даже вспоминать не хочу. Пришлось приманивать паразитов падалью.

Ну а потом наступил тот самый момент. Ночью, когда Горст возвращался домой через самую короткую, но мрачную дорогу — узкий карниз над пропастью старого вентиляционного колодца, — Выродок нанёс удар.

Горст даже не успел вскрикнуть. Я материализовался из тени, пережал шею старшего тренера внутренним сгибом локтя и заткнул рот тряпкой. Горст забился, захрипел, но через несколько секунд обмяк. После того, как мой кулак ударил его ровно в темечко.

Я связал урода «Нитью Паука». Так туго, что она впивалась в плоть. И понёс, как мешок дерьма, в сердце Изначального града. На самую высокую точку Запретного Квартала, к тем самым остроконечным шпилям, где нашли Иллиану.

Он пришёл в себя, когда я уже закреплял последние петли. Мы находились на крыше старой обсерватории, на скользком от дождя уступе. Внизу тускло светились огни города магов. Ветер выл и рвал одежду.

— Что… что ты делаешь? — голос Горста был хриплым от ужаса. Он дёрнулся, но нити лишь глубже впились в кожу.

— Восстанавливаю порядок, — ответил я голосом, лишённым всяких эмоций. — Твой порядок. Ты любил, чтобы у каждого было своё место. Сейчас я покажу тебе твоё.

На крыше обсерватории было два шпиля. Их я использовал как основу. Привязал левую руку и левую ногу урода к одному, правые конечности — к другому. Растянул тело между ними в неестественной, мучительной позе, почти повторяющей ту, в которой нашли Иллиану.

К обнажённой груди Горста прилепил десять Живчиков. Они моментально впились в его плоть. На спину прицепил «Фантом боли». Артефакт многократно приумножил то, что делали паразиты.

— Ты будешь висеть здесь, — сказал я, глядя в расширенные от ужаса глаза Горста. — Ветер будет тебя раскачивать. Боль — съедать изнутри. Ты почувствуешь, как твоё тело медленно жрут эти маленькие, симпатичные существа. Как они добираются до внутренностей. Ты будешь видеть огни города и знать, что именно привело тебя сюда. Наслаждайся.

Я оставил его там. Сдавленный, полный нечеловеческого ужаса стон долго преследовал меня, пока спускался по стенам обратно в город.

Горста нашли на рассвете. Ещё живым. Его вопли услышала ночная стража. Снять не решились — боялись добить. Тело старшего тренера пронзали десятки крохотных тоннелей, по которым, жадно чавкая, ползали Живчики. Стражники послали за Хозяином Теней.

Лорд Шэдоу вызвал меня в свой кабинет через несколько часов. Перед боем.

Он стоял у огромного окна, смотрел на Арену. Когда я вошел, даже не обернулся.

— Горст, — произнёс маг. Голос был ровным, без эмоций. — Интересная работа. Почти художественная. Пожалуй, должен похвалить креативный подход. И место казни… Оно выбрано со вкусом.

Я стоял молча. Пялился в пол.

— Его сняли. Он жив. — Продолжил Лорд Шэдоу, — Пока что. Но очень скоро умрет. Знаешь, я решил не проявлять милость. Горст не получил от меня шанса оборвать эти мучения. Ты знаешь, что Живчиков невозможно убить чарами? Никому. Их можно только выловить по одному. Они прогрызли себе сотню тоннелей в теле моего тренера. Я мог бы остановить его сердце. Или перерезать ему глотку. Но… Мне понравился подход, с которым все было организовано. Горст не смог назвать имя палача. Он ничего не говорит. Уже не может. Только смотрит. В его взгляде… многое. — Хозяин Теней медленно повернулся. Серебряная маска отражала тусклое мерцание светильников. — Ты ненавидел его.

Это был не вопрос. Констатация.

— Он был мудаком, — ответил я, продолжая пялиться в пол, — Его многие ненавидели.

— Он был ничтожеством, — поправил меня Хозяин Теней. — Но ничтожеством полезным. Горст делал из таких, как ты, неплохое оружие. А теперь оно обратилось против мастера. Это… неэффективно. И опасно.

Хозяин Теней сделал шаг ко мне. Воздух стал гуще, холоднее.

— Я не спрашиваю, ты ли совершил это. Мне известен ответ. Вопрос в другом. Зачем? Судя по месту, это была месть за дочь Валериуса?

Я поднял взгляд на Хозяина Теней. Мое нутро корчилось и орало благим матом. Требовало схватить ублюдка за горло, вырвать ему кадык.

— Не понимаю, о чём вы говорите, Лорд Шэдоу, — произнёс я равнодушным голосом.

Хозяин Теней замер. Его взгляд стал тяжелее, острее.

— Не понимаешь, — повторил он. — Интересно. Ты становишься сложнее, Выродок. И, как следствие, непредсказуемее. Большой Совет считает, что тебя надо сломать, пока ты не превратился в угрозу для нас. Я считаю, что ты уже ею стал. Но… Мне нравится отличная сталь, заточенная для убийства. Уничтожать такое великолепное оружие… расточительно. Однако помни — я позволил тебе эту маленькую месть. Ради баланса. Ради того, чтобы все помнили, даже у тени есть своя воля. Но лишь до тех пор, пока эта воля не пересечётся с моими интересами.

Лорд Шэдоу отвернулся к окну. Дал понять, что разговор окончен.

Я вышел. Внутри была лишь пустота. Пустота и