Мама, я – Игрок! - Ник Вотчер

С другой стороны комнатки, в нише, лежали: шар размером с грейпфрут, выточенный из цельного куска тёмного янтаря. Внутри шара клубился песок. Помимо него, там было несколько слитков странного металла, которые я сперва принял за золото. Оказалось, что это были слитки «Песчаной стали» (Е-). Материал среднего качества для крафта оружия/доспехов. Мешочек с крупными, идеально круглыми жемчужинами, светившимися изнутри мягким светом («Жемчуг ночного песка (Е). Магический компонент/накопитель энергии»).

Кроме этого, была ещё пара небольших, но плотных кристаллов с пульсирующей внутри энергией («Ядро малой песчаной бури (Е+). Одноразовый артефакт»).

И, самое главное, в углу стоял небольшой сундук. В нём лежало то, что заставило меня радостно выдохнуть — сундук с Системными Кредитам. Ровно 2000 монет. Неплохой улов, как по мне.

Я скидал все находки в найденный рюкзак, после чего подошёл к стене и крикнул в щель:

— Отойдите подальше, я выхожу.

Выждав несколько секунд и услышав подтверждение, что ребята отошли на безопасное расстояние, я активировал второй заряд поножей.

— Буэ, — я не сдержался и опорожнил желудок прямо себе под ноги.

Второй переход дался намного тяжелее первого. Я даже чуть не упал, как сильно закружилась голова.

— Держись, сейчас станет полегче, — раздался голос Лены, и я ощутил, как меня накрывает приятная, прохладная волна.

— Спасибо, — поблагодарил я её. —

— Всё? — спросил Саня, с интересом поглядывая на мою новую сумку.

— Всё. Бежим!

Мы рванули к мерцающему, как сломанная неоновая вывеска, порталу. Он действительно постепенно сжимался, его края стали какими-то рваными. Мы прыгнули в него один за другим.

Миг дезориентации, и мы очутились в знакомом карьере, под прохладным ночным небом нашего мира. Свежий воздух, без песка и пыли, показался мне чем-то божественным.

Портал за нами сжался в точку и исчез с тихим хлопком.

Я с интересом огляделся по сторонам.

Была глубокая ночь, но карьер был залит лучами прожекторов. Рядом с местом, где раньше был портал, суетились люди в двух типах униформы: чёрной с нашивками в виде щита и меча и стандартной полицейской. У края стояли две машины скорой помощи, мигающие огни которых отбрасывали тревожные блики на стены карьера.

Как только мы появились, к нам тут же направилась пара в чёрном — мужчина и женщина с невозмутимыми лицами и планшетами в руках, и полицейский в чине сержанта.

— Участники рейда в «Лабиринт Зыбучих Песков»? — спросила женщина, сверяя что-то на экране. — Ваши имена Николай, Елена и Александр?

— Да, — кивнул я, чувствуя, как накатывает дикая усталость. Адреналин отступил, оставив после себя ломоту в мышцах и песок в каждом сгибе тела. — А вы кто?

Завибрировал телефон. Достав его и посмотрев на экран, я увидел, что звонила мама. Вдобавок, было стопятьсот пропущенных от неё. По-хорошему, надо было ответить, но сил на разговор после всего произошедшего не было. Ни моральных, ни физических. Поэтому, я сбросил, написав сообщение, что со мной всё в порядке, жив, сыт и сильно занят, после чего сосредоточился на том, что говорили незнакомцы.

— Мы представители Гильдии Игроков. Меня зовут Анна, это мой коллега — Анатолий.

— Сержант Антонов, — представился и полицейский.

— Очень приятно, — кивнул я. — У вас к нам какие-то вопросы?

— Для начала, позвольте поздравить вас с успешным закрытием Разлома, — сказал гильдеец выдавив из себя вежливую улыбку. А может и не выдавливал, а действительно был рад за нас.

— Спасибо, — ответили мы почти хором.

— Также, мы просим всех троих пройти с нами для краткого осмотра и фиксации результатов. Это стандартная процедура для всех закрытых стабильных Разломов. Государство и Гильдия ведут учёт.

— С каких пор? — с недоумением спросил Саня.

— Уже как три дня. Стандартная процедура, призванная систематизировать информацию и обеспечить безопасность и соблюдение прав всех участников рейда. Пройдёмте?

Нас отвели в сторону, где под большим тентом уже находились другие выжившие участники рейда. Макс, бледный, с перевязанной головой, что-то энергично обсуждал с другим гильдейским командиром. Глеба уже укладывали на носилки медики. Вместо правой руки у него была жуткая культя, перебинтованная у самого плеча. Лицо его было землистого цвета, глаза стеклянными от шока и боли, лоб покрыт испариной.

— Выжил всё-таки, тварь, — беззлобно пробормотал Саня.

Лену, как единственного целителя в группе, тут же попросили проконсультировать медиков по поводу «системных» ран и возможных отравлений. Она кивнула и пошла, бросив на нас усталый взгляд.

Нас с Саней попросили пройти к столу, где представители Гильдии Игроков и полицейский по очереди взяли наши показания. Я честно рассказал всё, как было: про комнату жертвоприношения, про подлый толчок Глеба, про то, как мне чудом удалось выбраться и помочь в битве с боссом.

Про архив, тайник и найденные артефакты я, естественно, умолчал. Саня, к его чести, поддержал мою версию, в красках расписав, как Глеб с приятелями пытался всех убедить, что он сделал это ради всего отряда. Мол, пожертвовал бесполезным Игроком, который и так не факт, что выжил бы. Описал, как все бойцы сражались с монстрами, пока эти уроды стояли в сторонке. Упомянул даже про попытку Артёма напасть на меня, и как тот сам залетел в ловушку, где и получил травму.

Полицейский, толстый мужчина лет пятидесяти с усталыми глазами, записывал всё без особого энтузиазма.

Я с ленивым интересом оглядывался вокруг, пока не наткнулся взглядом на Артёма. Его раздробленную ногу уже замотали в некое подобие шины, и он, бледный как мел, что-то яростно доказывал другому инспектору ГИ и полицейскому, тыча пальцем в мою сторону.

— … он! Это он свою магию чёрную применил! Песок мне в глаза, а потом ловушку активировал! Умышленное причинение вреда! Я требую его задержать!

Я почувствовал, как сжимается желудок. Но тут к ним подошёл Макс. Он выглядел уставшим, но собранным.

— Заткнись, Артём, — голос Макса прозвучал устало, но весомо. — Всё было с точностью до наоборот. Инспектор, я как лидер группы и свидетель готов дать письменные показания. Артём, его сообщник Глеб и ещё трое их приятелей с самого начала вели себя подозрительно. В процессе прохождения Разлома Глеб умышленно столкнул Николая, — он кивнул на меня, — в ловушку, рассчитывая принести его в жертву для прохода. Это