Идеальный мир для Химеролога 12 - Олег Сапфир

не волнуют абсолютно. Я сконцентрирован исключительно на себе, своём деле и собственном развитии. Эмоции обывателей для меня — пустое место. Я живу только одним: созиданием новых шедевров, способных покорять сердца миллионов, понимаете? Я творец.

— Вот как? Слушай, а ты же понимаешь, что в мире сейчас серьёзные проблемы намечаются? Границы трещат. Прорывы химер участились. Монстры откровенно пытаются нас всех помножить на ноль. И это угрожает лично тебе и твоему модному бизнесу. Тебе совсем плевать?

(Хотя на самом деле я прекрасно понимал: твари никого захватывать не хотят. Просто базовая биология — кормовая база истощается, они прут расширять ареал обитания. Классика. Но зачем ему эти тонкости?).

— Меня это не касается. Мои выставки хорошо защищены. Меня это не волнует.

— Ну хорошо, эгоцентрик, — я чуть склонился над столом и посмотрел в самую глубь его ауры, легко снимая поверхностные щиты. Матрица человека раскрывалась передо мной как детская раскраска. — Примерно в шесть лет ты лежал в глухой отключке. При смерти. Острая недостаточность органов. От безысходности какой-то очень самонадеянный, но откровенно криворукий лекарь-недоучка всадил тебе в позвоночник чистую вытяжку с геном химеры. Экспериментально, на удачу.

Улыбка с лица кутюрье начала медленно, рывками, сползать.

— Эта грязная синтетика должна была гарантированно убить тебя мучительной смертью. Но тебя чудом спасли. Родственники поделились частью своих жизненных сил, вытягивая пацана с того света. Химерологическая зараза мутировала в крови, и побочным эффектом стал прорыв эфирных каналов. И после этого ты стал слышать фон животных, улавливать эмоции химер, резонировать с их состоянием.

Мужик в кресле побледнел. Кожа вокруг рта натянулась.

— Поэтому вся эта твоя показушная «эгоцентрия» и хладнокровие — полнейший, несусветный бред, дружок. Защитная реакция травмированной психики. Ты до одури восприимчив к чужим страданиям, но ты настолько глубоко закостенел в этом искусственном панцире, потому что годами не мог научиться контролировать этот ментальный мусор! Слышал каждую собаку, каждую крысу в подвале! И этот твой хвалёный Модный дом только со стороны выглядит как рафинированное царство шёлка и тряпок. На самом деле…

Я не отрывая взгляда от его лица, показал пальцем в сторону стены, зашитой деревом.

— За той нишей. И вон за теми фальш-панелями… Там оборудованы просторные вольеры, где прямо сейчас тихо сидят боевые химеры. Сидят, дышат и готовы по твоему первому импульсу страха порвать меня на куски. Охрана, которую ты выкормил. Более того, эти звери искренне считают тебя членом своей стаи, своей семьёй. Угадал?

Мастер сглотнул. Кадык дёрнулся.

— А ещё… — я повернул голову вправо, туда, где стена была скрыта бархатной портьерой. — Вон за тем пологом находится ещё одна скрытая комната. Там живёт твоя главная муза. И она — тоже химера. Полноценный партнёр по цеху. Насколько я вижу по узлам энергообмена… её зовут Гертруда, верно? Именно она надиктовывает тебе через ментальный мост твои гениальные образы, а ты просто переносишь эти эфирные слепки на бумагу.

Кутюрье вцепился пальцами в стеклянную столешницу так, что костяшки побелели.

— Да, — безжалостно добил я. — Это ведь Гертруда создала твои последние восемь коллекций, которые принесли тебе мировую славу. Они продиктованы ею. А те самые химеры в стенах? Они ежедневно сцеживают крохи собственной маны, чтобы поддерживать в твоём изломанном генетикой организме нормальный обмен веществ. Благодаря им ты так бодро живёшь и не сыпешься. И напоследок касаемо твоей любви к внезапным переездам… Вся концепция «бродячего бутика» придумана совсем не ради маркетинга. Тебя просто тошнит от толпы, постоянного скрежета чужих амбиций и этой липкой жадности. Терпеть не можешь людей и мечтаешь забиться в какую-нибудь дальнюю пещеру. Знаешь что? Я тебя прекрасно понимаю. Сам частенько хочу отгородиться от орущих придурков, залезть в тихую берлогу и сидеть там безвылазно, чтобы больше никто не смел дергать. Но приходится крутиться.

Мужик тяжело втягивал воздух, таращась на меня побелевшими глазами. Вид у него был такой, точно я только что прилюдно содрал с бедолаги кожу.

— Достаточно, — прохрипел он и выставил перед собой дрожащую ладонь. — Замолчи. Больше ни слова.

— В смысле? А почему? Я же еще даже не начал тебя по-настоящему удивлять. Могу прямо сейчас назвать твой реальный биологический возраст, чтобы оживить нашу беседу. Или во всех подробностях перечислить те конкретные препараты, которыми ты ловко маскируешь старение. А хочешь, заодно растолкую, почему те боевые химеры в нишах до сих пор на меня не кинулись? В них ведь заложен жёсткий рефлекс — рвать любого, кто влезет в ваш секрет. Устранение утечки информации, все дела. У тебя в голове сейчас должна вовсю мигать красная лампочка.

Я присел на край его стола и усмехнулся.

— Сколько грязи тут ещё можно накопать. Что бы тебе ещё рассказать? Например, про особенности симбиоза Гертруды?

— Замолчи! Я сказал, всё!

Он вскочил и в сердцах пнул кресло — мебель отлетела назад и врезалась в стойку с манекеном. Лицо его покрылось испариной. Мужчина судорожно нащупал кнопку интеркома на столе и заорал:

— Лидия!! Немедленно сюда!

Через секунду в кабинет влетела помощница. Кутюрье набросился на неё скороговоркой, размахивая руками. Он сыпал такими быстрыми, путаными командами о каких-то коробках, сейфах и витринах, что я даже не разобрал половину сказанного.

Девчонка в ужасе развернулась на каблуках и умчалась обратно в коридор.

Мы постояли в тишине. Мастер держался левой рукой за грудь в районе сердца, стараясь успокоить дыхание.

Буквально через пару минут помощница ворвалась обратно. Она тащила в охапке огромный, переливающийся перламутром фирменный пакет. Едва не споткнувшись о ковёр, она всучила его кутюрье. Тот перехватил пакет за ручки и вытянул его мне.

— Забирай! — рявкнул он, отступая на безопасное расстояние. — Всё, что ты хотел. Шляпу, шарф, сумку — там целый комплект из новой коллекции! А теперь выходи отсюда! И я искренне надеюсь, что мы с тобой больше никогда, слышишь, никогда в жизни не пересечёмся!

Девушка-помощница снова скрылась в дверях.

— Понял, спасибо за скидочку, — я подмигнул и забросил пакет на плечо. Развернулся, чтобы спокойно покинуть этот дом высокой моды, но на пороге притормозил.

— Слушай… А я всё-таки задержусь буквально на секундочку.

Я щёлкнул пальцами в воздухе, активируя слабый импульс. Деревянная створка ниши дрогнула и плавно отъехала в стену. Из полумрака осторожно и бесшумно выбралась химера.

Она походила на лисицу, но была чуть крупнее обычных размеров. Её роскошная пушистая шерсть переливалась глубоким, почти сапфировым синим цветом,