По эту сторону. Дом с секретом и его притяжение. Часть вторая - Ольга Станиславовна Назарова

Иногда очень нужно, чтобы тебя выслушали… Причём не какую-то часть истории, не её безопасный кусочек, обёрнутый в слои удобоваримых дипломатических оговорок, а всё-всё, что было! Чтобы можно рассказывать, не огибая тонкие места, а напрямик!

Варя даже не представляла себе, насколько ей хотелось рассказать хоть кому-нибудь правду – и о том, что с ней случилось, и о том, как она воспринимает людей – обо всём, вот она и рассказывала.

Правда, пришлось прерываться на обед, который принесла Таня – он был такой вкусный, что Варвара аж глаза прикрывала, когда ела, но, Басине тоже предложила.

– Я уже сыта, – покачала головой кошка, подождав, когда трапеза гостьи закончится, а потом закончится и рассказ. – А теперь отдохни! – она боднула Варю головой. – Тебе сегодня досталось переживаний.

– А я спросить хотела… – начала было Варвара, но поняла, что после еды её так разморило, что накатывает такая блаженная усталость и сонность, что легла она на кровать, подтянув на себя покрывало, да и уснула, слушая кошачье мурлыканье.

А Бася, убедившись, что девушка крепко спит, удалилась к Тане:

– Умница, но такая доверчивая дурочка! – вздохнула она, усаживаясь поудобнее. – И вообще-то она сама была отчасти виновата в том, что с ней случилось!

– Бася, ты что? – изумилась Карина, которая уже успела проникнуться переживаниями Варвары. – Да разве же она виновата в том, что её жених оказался таким мерзавцем?

– В этом она безусловно не виновата, – с достоинством отозвалась Басина. – Но… но кто именно сделал его женихом Вари?

– Она, конечно… – кивнула Карина, переглянувшись с Тиной.

– Вот, то-то и оно! А кто её заставлял пускать домой парня, которого она знала без году неделя? Они же только познакомились, этот мерзавец наврал с ходу, что её любит-любит-жить не может, и Варя тут же растаяла, сразу же поверила, пустила его в свой дом, в свою жизнь, осталась перед ним полностью беззащитной! Глупый, доверчивый котёнок…

– Но… но ты же её жалеешь! – пискнула Карина.

– Жалею, конечно, но понимаю, что если котёнку это простительно – он ещё ничегошеньки не знает в жизни, то взрослой девушке уже надо бы хоть немного что-то соображать!

– Но всё равно говорить, что она виновата… – расхрабрилась вороничка.

– Это значит сказать чистую правду – если бы за ней следили её родители, запрещая ей то или это, и говорили, что именно она должна делать или не делать – это было бы уже странно – она взрослая, но родители-то хоть заботились бы о ней, но кто из чужих людей должен переживать о её благополучии?

– Муж? – несмело предположила Тина.

– Муж уже не будет чужим. Но его надо правильно выбирать, чтобы не подпустить к своей уязвимости, к своей спине врага. А она чуть ли не за руки этого врага схватила и домой привела! Сразу же! И что я должна о ней сказать?

Басина глубоко вздохнула:

– Да, к счастью, она везучая – рассыпала чай, оклемалась от него, услышала о заговоре против себя, сумела сбежать и спастись, наконец, про неё узнал Сокол, а это значит, что её вылечат, а то так и жила бы со своей бедой наедине. Надеюсь, что хоть сейчас она не будет такой… доверчивой и глупенькой, хотя, если честно, и сомневаюсь в этом.

Басина пофыркала в знак своего сомнения, а потом придвинула к себе мисочку ряженки и полакала оттуда, аккуратно облизнувшись.

– Она просто молоденькая и неопытная, – Тане понравилась Варвара, так что, несмотря на ощущение, что Басина вообще-то в чём-то права, она попыталась её защитить.

– А злодей не будет ждать, пока жертва вырастет и опыта наберётся, поэтому думать надо всегда! Думать, наблюдать и опять думать, а не кидаться навстречу первому, кто сказал «кис-кис»! – фыркнула Бася, которая много раз видела глупышек, которые как раз кидались на зов… И кошек, и девушек. Некоторых даже успевала спасти, но увы, не всех. – Ладно, будем надеяться, что она поумнеет.

– Да она же и так умница, вон как хорошо выбралась из западни! – напомнила Шушана, поймав взгляд Тани, которая явно была с ней согласна.

– Умнее было туда не попадать, – парировала Басина, которая периодически становилась довольно вредной – характер такой, что тут поделать.

С этим заявлением поспорить было сложно, так что последнее слово осталось за Басей.

А она сама после еды отправилась к Соколовскому.