Ловец знаний 1-11 - Роман Романович

Тара не только рассказывала, но и спрашивала. В любой момент могла это сделать. Подойти на улице, задать вопрос и хлестнуть прутом, если не дашь ответ. Я пока что ни разу не получил эту стимулирующую память процедуру. Кая тоже не отхватила. У девчонки оказалась прекрасная память.

Вторая тема, которой нас обучали — ночи и твари, с которыми можно столкнуться. Наконец-то мне подробно рассказали, что это за ерунда такая.

Как описывала Тара, граница — она везде. Ну, то есть, она прямо так и говорила.

— Где граница? — спросил я.

— Везде.

— Это как?

— Вот так.

— Она прямо в этой комнате?

— Не зли меня, Эрано, — потянулась она за прутом и я заткнулся.

Ужасные условия обучения. Будь моя воля, написал бы жалобу. Жаль, что никто моего мнения не спрашивает.

Послушал людей, пожил в этом мире, вопросы всякие разные позадавал и пришёл к выводу, что граница и правда — везде. Есть места, где она проявлялась сильнее, чем где-либо. Такие называли местом ночи. Там всегда темно, вне зависимости от времени суток.

Для себя я составил определение, что граница — это другое измерение или измерения. В зависимости от каких-то условий, эти измерения соприкасаются с миром людей. Ночью эта грань истончается и через прорехи выходят на охоту монстры.

— А кто поставляет столбы?

Думаю, нет сомнений, кто именно задал этот вопрос.

— Гильдия пограничников. Берут дорого.

На этом прояснение деталей закончилось.

Так и живём. Никто не хочет ловцу знаний упростить задачу.

Глава 12. Промышленный шпионаж

Я смог найти у наставника то, в чём он по-настоящему хорош.

Эта мысль пришла, когда мы с Каей на пару висели на ветке. Минут двадцать точно висели. Мышцы не просто ныли, они стонали и просили пощады. Сергиус на это не обращал внимания. Он спокойно наблюдал, как прогорают угли под нашими ногами. Расстояние, спасающие ступни от жара, не превышало и моего роста. Если висеть вытянувшись, то быстро припекать начинает. Это тоже было частью тренировки. Чтобы спасти ноги, требовалось их подтянуть. Тогда подставлялась задница, но она повыше и не так страшно.

— Слезайте, — скомандовал Сергиус.

Я висел из последних сил, на кончиках пальцев. Вовремя.

Чтобы слезть, надо раскачаться и перепрыгнуть угли. Что сложно, так как мышцы затекли. Как-то раз я не справился и рухнул задницей на этих маленьких, очень болезненных демонят. До сих пор помню.

На тот случай, если кто-то из нас захочет прервать тренировку раньше, у Сергиуса всегда был прут под рукой. Правда, он им ни разу не воспользовался. Не потому что мы так с Каей стремились исполнять указания наставника, а потому что… Потому что я не хотел ни за что уступать этой девчонке хоть в чём-то.

Помяни лешего, он и даст о себе знать.

Кая качнулась и толкнула ногой меня в живот. Попыталась… Я выставил ногу и блокировал удар. Несколько секунд молча боролись, а потом отстали друг от друга и одновременно спрыгнули в сторону.

— Комплекс, — с безразличием к нашим играм скомандовал Сергиус.

Комплекс так комплекс.

Не требовалось участия разума, чтобы исполнить то, что приказал наставник. Тело и само прекрасно знало, что и как делать. Если кратко описать прошедшие года, то наши занятия сводились к следующему. Изуверские, противочеловеческие, без капли жалости тренировки и сразу же следующие за ними практики по закалке.

Я это называл так: сделай себе больно, а потом сделай хорошо. Повторить тысячу раз.

Когда закончили, наставник подозвал к себе. Сидел он у костерка, у которого привычно готовил отвар для нас. Мы взяли по кружке, зачерпнули и присели рядом, начав пить маленькими глотками.

На волосах Сергиуса прибавилось седых волос. Он оставался таким же крепким мужчиной, как и в день нашего знакомства, но старость подбиралась к нему.

— Ваше задание — добраться до деревни Митровки. Маршрут у вас было время изучить. Цель — похитить семена многоцвета. Сделайте это незаметно и вернитесь обратно.

— А что получит тот, кто доберется первым? — поинтересовалась Кая.

— Тому я выдам улучшенный укрепляющий напиток.

— Время ограничено? — на этот раз спросил я.

— Постарайтесь управиться за неделю.

На этом инструктаж закончился и Сергиус, насвистывая, отправился обратно в деревню. Определенно, после того, как он съездил к нашим соседям и выкупил себе жену, его характер в некоторых вещах стал помягче. Почти в нормального человека превратился. Глаза жизнью наполнились. Но это касалось кого угодно, кроме его двух учеников.

Мы с Каей переглянулись, смотря друг на друга с вызовом. Улучшенное зелье — это серьезно. Это поможет ещё на каплю стать сильнее, быстрее и мощнее. Продвинуться к уровню, когда начнётся изучение серьезных таинств.

Да и не будь награды, я всё равно не собирался уступать какой-то девчонке.

Три года прошло с начала учёбы. Мы с этой… этой… этой… Аа! Как же она меня бесит!

Кая росла профессиональной занозой в моей заднице. Никому так не доставалось от её дурного характера, как мне.

— Если объединим усилия, то будет проще. — попытался я возвать к отсутствующему разуму.

— Вот ещё, — вскинула она голову.

Грязный стог сена давно исчез с её головы. И куда только подевался… Ему на смену пришла тугая коса, состоящая из густых, крепких, солнечного цвета волос. Так себе шевелюра для того, кому надо пробраться в чужое хозяйство. Поэтому Кая поверх волос вязала платок и полностью скрывала их. Да и сама она была одета в черный костюм, сшитый из темных тварей. Как и я. Костюмы нам выдали в прошлом году. Мы их носили под обычной одеждой, чтобы не раздражать селян. Носили всегда, в любую погоду и привыкали к «униформе», которую Тара несколько раз перешивала под наши растущие организмы.

Пока я обдумывал причёску девчонки, она отвернулась и побежала в сторону леса. Пусть бежит. Я следом за ней отправился, особо не спеша.

Зная её характер, был уверен — попрется напрямую. А там впереди чаща труднопроходимая. Как-то раз мимо проезжал с Сергиусом. Хотя почему как-то. Он тогда мосты наводил с семьей будущей жены. А я просто по деревне шастал, смотрел, что там у них и как.

Наш тандем хорошо себя показал. Я по прежнему вёл бухгалтерию и генерировал идеи, как наладить хозяйство. Сейчас у нас девяносто три человека проживает. Кто-то сам пришёл, а кто-то родился. Мда… Дети отдельная проблема. Иногда их скидывали