Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

оценив его кислую рожу, и понял, что не одинок. Джай походил по территории с интересом, даже что-то выписал себе в записную книжку, а Ленни в таких случаях никто спрашивать не будет. Тикаем!

— В ночь по незнакомой реке… Могут быть трудности, — предупредил Маурер.

— Ну если так, то встанем на постой у матушки Природы, — предложил я.

Но Эдгар быстро развеял наши сомнения. Ему по барабану, останемся мы тут или нет, очень ровный парень.

— Река вся изучена, я дам вам копию лоции, судовой ход там обозначен. Сложное место всего одно, с порогами по одной стороне. Но на карте отмечено, а на берегу «навигация», прожектор-искатель берет. Радар у вас есть, эхолот наверняка тоже.

Мы с капитаном переглянулись. Если так…

— Да вы не волнуйтесь! Вас встретят и проводят, «Стерегущий» сейчас стоит на причале Промзоны. Еще и навстречу выйдут. Поедете — сообщу в Башню.

И мы решились: нечего тут болтаться, край России — еще не Россия, по Чукотке помню.

На прощанье Ленни поинтересовалась:

— А правда, что большие белые акулы тут плавают?

— Что, не видели? — изумился Эдгар.

— Не попались…

— По весне штук тридцать в Волгу зашло, — утешил нас философ. — Сейчас пусто. Увидите еще… Не трогайте их, и они не тронут, я в каждую местную уже по три пули засадил, так что они свое место знают. Отскакивают.

В чем-то он все-таки противоречив.

Собрались и отчалили оперативно, коротко вякнув ревуном в знак уважения и полюбовавшись на прощальное перемигивание фонариков на берегу. Знаете… Да и эти — нормальные люди. Везде они нормальные, если честно, других я не видел. Правители ненормальные.

Сопровождение появилось быстро.

Заревел мощный движок, в темноте вспыхнула целая «люстра»: два курсовых прожектора и мигающие «полицейские» огни. Рация нам не понадобилась. Подлетевший на огромной скорости катер, на торможении опустив усы-буруны в воду, пристроился по левому борту, тут же гортанно заговорил динамик громкой связи:

— «Клевер», внимание, говорит «Стерегущий»! Сторожевой катер ВМФ России, лейтенант Самохин. Приветствую в русских водах!

Мы тут же отгуделись, отмахались руками, покричали на всех языках.

На борту было двое: сам Самохин за штурвалом — в руках микрофон, второй же стоял у турели какого-то смутно знакомого пулемета, тактично облокачивался на стойку, ствол задран вверх. Типа мы не опасные.

— Вас сопровождать? Или сами сможете идти?

Я уже был вне рубки и мог отвечать по-русски.

— Сможем, лоция имеется!

— Отлично! Тогда я доведу вас до Сены, оттуда вернусь. А вскоре вас уже и…

Тут у «Стерегущего» что-то зашипело, затрещало, динамик пару раз подозрительно крякнул. Самохин кивнул напарнику, тот бросил пулемет и полез в потроха усилителя. И вдруг я услышал заветное! Да так громко!

— Мать… Гангрена железная, чтоб тебя в задницу… Да че ты там возишься, на, засади ей по самые! Провод, млямба, синий! Синий, говорю! Куда! Е-е-оо… Албасов, ты тупой? Твою душу…

Бальзам! Бальзам!

— Ох, мляут! — выругался и я на смеси языков.

Красота-то какая! Услышал родненькое! От своих!

Наши притихли, настороженно прислушиваясь к частично знакомым словам.

Наконец Маурер акцентированно произнес:

— Надо же, и тут северяне!

Я ничего не понял.

— Какие северяне, ты о чем, Ули?

— Да те самые, что в Базель из Израиля приезжали, — перехватив ответ, невозмутимо поведала Ленни. — Мат на мате, вот люди и запомнили. А ты что, Федя, думал, мы тебя так за еврейскую внешность прозвали? Да ты в зеркало хоть изредка смотришься? С твоим картофельным носом…

Давно меня так не разводили! Даже обидно — старался ведь соответствовать…

Сена, впадающая в Волгу, — это не менее круто, чем Ганг, впадающий в Рейн! Но фокус уже знакомый, и я не удивился: сам порядок узнавания мира предполагает подобное. Оказывается, дальше по Сене стоит Нотр-Дам, Замок сельского Парижа — Самохин так и сказал: «село». Франция…

— Боже, Париж… Как давно я там не была!

А я так вообще не был.

Несмотря на помощь звездного неба, видно было плоховато, помогал локатор и прожектора. После Сены «Стерегущий», починив наконец-то свою шарманку, громко попрощался и красивым виражом отвалил на обратный курс.

Последующие восемь ходовых часов прошли спокойно, но очень тяжело — ожидание измучило всех. Пробовал пойти вздремнуть, не получилось, голова полна мыслей, ожиданий и предположений. Эмоции не дают уснуть.

Слева от нас началась степь, бесконечная и бескрайняя.

По понятным причинам Сашке шкипер штурвала не доверил, а вот Ленни порулила — у нее уже есть опыт плавания в темноте. С лоцией плыть просто красота — карта нам была вручена подробная, вся батиметрия имеется, русло на листах — с промером глубин и характером дна. Судовой ход шкипер выдерживал по РЛС и визуально — прибором ночного видения. Казалось, все так просто! Чего плетемся? Меня так и подмывало встать за штурвал.

Да кто бы дал…

Течение на Волге не слишком быстрое, но скорость упала. Да и невозможно набрать крейсерскую в первом проходе по новой реке. Дьявол меня задери, я дождусь когда-нибудь финиша? Лес сменялся полем, горы — равниной.

Монотонность начала раздражать.

Никто не спал: как тут уснешь.

— Судно на радаре! — наконец заорал Маурер.

Отметка на зеленом экране локатора помигивала прямо по курсу, рядом с ней значения вектора и скорость. Вскоре компьютер идентифицировал появившийся объект как «средний буксир водно-морского типа». В реалиях существующего речного многообразия это как крейсер, судно никак не меньше «Клевера».

Маурер первым окликать встречающих тактично не стал.

Пш-шш…

— «Клевер» — «Дункану»!

Радиообмен вел я.

— На связи. Здесь дизель-электроход «Клевер», шкипер Ули Маурер. Говорит командор международной экспедиции Федор Потапов.

— Говорит Владимир Коломийцев, капитан флагмана флота, фрегата ВМФ России «Дункан». Приветствую шкипера и командора!

И он, легко переключившись на английский язык, продублировал сказанное.

Шкипер довольно покивал.

— Ули, форма! — прошипела Zicke.

— Проклятье! — Маурер бросил все и мощно рванул вниз.

— Давай быстрей, я тоже переоденусь! — успела крикнуть вслед сильфида.

Пш-шш…

— «Клевер», подходить будем с левого борта, вдогон. За милю сбросьте скорость.

— Сделаем, «Дункан».

Шкипер переоделся в рекордный срок, словно рядовой мотострелковой учебки, сменив за штурвалом Ленчика, коя тут же скрылась из виду.

Нам с индусом переодевать было нечего — мы тут так, погулять вышли.

Дальнейшие переговоры вел уже Маурер, непринужденно обмениваясь с капитаном флагмана о всякой текущей ерунде — мало тут людей такого уровня. А ведь мы по окияну шастали, не из лужи какой выскочили.

Уже светало, поэтому можно было разглядеть почти все детали. Может, в мирное время да в прошлой своей жизни означенный «Дункан» и был буксиром… сейчас он