Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

…

Серое трехэтажное здание академии встретило снежным великолепием — белые шапки на карнизах, сосульки. У входа суетились дворники с лопатами, расчищая дорожки. Так. Машинально хлопаю себя по карманам пальто. Перчатки забыл. Значит, сегодня без нарушений дисциплины — неохота махать лопатой на морозе. Регенерация регенерацией, а работать в такой морозец без рукавичек — сомнительное удовольствие.

В вестибюле, как обычно, утренняя суета. Сдаю пальто с шапкой в гардероб, взамен получаю железный номерок. Краем глаза отмечаю, как несколько курсантов украдкой поглядывают в мою сторону.

Узнали после того показательного боя? Хотя и странно, я ведь тогда был весь зелёный, как заколдованная лягушка. Наверное, просто совпадение.

До начала занятий оставалось ещё минут десять. В коридоре промелькнули знакомые лица — тот самый здоровяк Тёма и мелкий из компашки, что пырнули меня ножом. Стоило им увидеть меня, как раскрыли рты, в глазах испуг. Что? Не ожидали увидеть живым?

Прохожу мимо них, сделав три шага, и останавливаюсь. Затем медленно поворачиваюсь, ощущая, как они цепенеют.

— В-волков? — выдавил мелкий испугано.

— Собственной персоной, — приближаюсь к ним неспешной походкой, глядя то на одного, то на другого. — Вы мне здоровьечко нехило так подпортили. Но повезло — есть свидетели. Сегодня подаю заявление в Городскую Стражу Правопорядка. Думаю, им будет интересно узнать о покушении на убийство курсанта академии.

Здоровяк побледнел, на лбу тут же выступил пот.

— Ваши жизни, считайте, кончены. Как и жизни всех причастных, — говорю спокойно, зная чем давить на подобных индивидуумов. — Хотя, есть один вариант решить это по-тихому.

— Какой? — сглотнул шкаф.

— Сто рублей с каждого до конца занятий — и инцидент останется между нами.

И надавливаю взглядом, позволив крошечной капле духовной силы просочиться в глаза. Они отшатнулись.

— Время — до последнего урока. Свидетели ждут моей отмашки, — разворачиваюсь и, махнув, добавляю. — Бывайте, неудачники.

Удаляюсь и отчётливо слышу их паническое перешёптывание:

— Ч-что делать будем?

— Надо Игнату рассказать!

— Сотка с каждого⁈ Маман меня прибьёт!

Так-так-так, как и думал, за всем этим стоит мелкий Игнатушка. Гадёныш. Что ж, посмотрим, как быстро до него дойдёт, что за всё придётся платить папиными деньгами. И мои аппетиты ОЧЕНЬ большие.

Стоило войти в аудиторию, как оказываюсь в перекрестье взглядов. Одногруппники отчего-то удивлены, а ещё это юношеское любопытство…

— Волков! — Дарья преградила мне путь, сурово сдвинув брови. — Может, объяснишь своё отсутствие?

Бросаю взгляд на Софью Вишневскую — та делала вид, что увлечена книгой, но прислушивалась. Что ж, устроим небольшое представление.

— Зализывал раны, — и растягиваю губы в ленивой улыбке.

По аудитории прокатилась волна смешков. Софья распахнула глаза, вероятно представив нечто неподобающее юной аристократке. Лиза — рыжая бестия прыснула в кулачок и уткнулась в книгу, закусив губу. Екатерина демонстративно закашлялась, пряча смущённую улыбку.

— Понятно, — Дарья осталась невозмутимой, хотя я видел, как она сглотнула. — В следующий раз хотя бы предупреждай. Мне, знаешь ли, досталось за твои прогулы.

— Приношу свои искренние извинения, — и слегка поклонился. — С меня мороженое, как потеплеет. Идёт?

Она приподняла бровь:

— Мороженое?

— Не хочешь? Извиняй, я просто не в курсе, что любят девушки твоего возраста, — и развожу руками.

— Мы, вообще-то, одногодки.

— Да, но вряд ли ты пьёшь пиво в кабаках и закусываешь таранькой, как я, — и подмигиваю.

Дарья выдержала паузу:

— Пожалуй, дождусь мороженого.

— Вот и договорились.

И направляюсь к своему месту, улыбаясь. Может, наша староста и не прочь пропустить кружечку-другую в хорошей компании, но озвучивать такое при всех не станет. Слишком много ушей, готовых донести безобидные слова в самом неприглядном свете.

Софья что-то прошептала своей соседке, та хихикнула. Екатерина украдкой бросила на меня взгляд. Лиза всё ещё делала вид, что читает, хотя и держала книгу вверх ногами.

Забавная всё-таки штука — перерождение. Раньше манипулировал императрицами, теперь вот развлекаюсь, смущая юных благородных барышень.

В аудиторию вошёл профессор Старовойтов — сухонький старичок с выбритым лицом.

— Доброе утро, молодые люди, — он водрузил на стол внушительных размеров портфель. — Сегодня поговорим о фундаментальных основах работы с эфиром на начальной ступени. Все неофиты должны понимать принципы, на которых строится их дальнейшее развитие. Для Инициированных тоже полезно послушать.

И сходу начертил на доске схему человеческого тела с отмеченными узлами силы:

— Как вы знаете, каждый неофит способен чувствовать эфир. Но знаете ли вы, что эта базовая способность требует правильного понимания? В теле человека существует девять основных узлов, через которые проходят эфирные потоки. Первый и важнейший находится здесь, — указал он на солнечное сплетение. — Существует распространённое заблуждение, что неофит может только пассивно накапливать эфир. Это не так. Даже на этом ранге возможно активное взаимодействие с потоками, хотя и слабое. Но достаточное для активации простейших боевых техник. Именно поэтому так важно правильно развивать чувствительность узлов. Многие упускают эту возможность, начиная изучать боевые техники только с ранга Инициированного.

Ученики закивали, записывая. Старовойтов нарисовал спираль, исходящую из центральной точки:

— Принято, что эфир движется по спиралевидным траекториям. Задача неофита — научиться различать эти потоки, чувствовать их направление и интенсивность. Когда понимание достигнуто, тогда и возможен переход на уровень Инициированного, где начинается настоящее управление силой. А теперь запишите важнейшее правило, — Старовойтов выпрямился. — Сила практика заключается не в количестве поглощаемого эфира, а в качестве его восприятия. Многие допускают ошибку, пытаясь сразу набрать побольше силы. Это путь в никуда. Сначала нужно научиться чувствовать каждую нить потока, каждое его колебание…

Я машинально делал пометки в тетради, но был КАТЕГОРИЧЕСКИ НЕ СОГЛАСЕН. В старых фолиантах из бабушкиной библиотеки говорилось совсем другое. Не прямым текстом конечно, но были упоминания о необходимости пропускать через каналы максимально возможные объёмы эфира сразу со стадии неофита. Да, рискованно. Да, были случаи, когда каналы не выдерживали и рвались. Но после заживления те становились прочнее, как мышцы после тяжёлой тренировки. Самый яркий пример — Архимагистр Суворов. В исторических хрониках его называли «безнадёжным учеником». Каналы рвались трижды на стадии неофита. Казалось, парень загубил свой путь развития… А потом — каким-то чудесным образом обогнал всех сверстников. Только чудесным ли? Сопоставить разрозненные факты из исторических хроник было несложно. Рваные каналы — и, как результат, стремительный прогресс после пятой ступени. Картина складывалась однозначная.

Перевожу взгляд с тетради на профессора, увлечённо расписывающего «правильный» путь развития.