"Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 - Анна Чернышева

Сэм Монро женился и стал совершенно сельским парнем. Он выращивал в оранжереях, которые построил на своей земле, свежие травы и зелёный лук. Удивительно, но это оказалось прибыльным занятием, особенно зимой. Он с моей помощью открыл для себя возможности гидропоники и теперь делал деньги буквально из воды и растений.

Помимо этого Монро обзавёлся большим стадом овец и коров. А прямо во дворе замка развёл птичник, где принялся выращивать мясистых индеек на радость всем аристократам и их желудкам.

Женой Сэма стала Майя Хеймор. Она долго сомневалась, стоит ли связывать свою жизнь с человеком, который решил добровольно осесть в деревне. Но потом согласилась, что детей лучше всего растить на свежем воздухе. Так сиротский приют, который она возглавляла, снова перешёл под моё управление, и мне пришлось растить для себя новых руководителей. И вопрос этот не решится никогда — потому что каждая новая девушка тоже когда-нибудь выйдет замуж и уедет жить к супругу.

Лорд Хеймор всё также руководил столицей и неодобрительно относился к любым моим инициативам. Что поделать, его предубеждение к женщинам сложно было переломить. Поэтому все вопросы с ним обсуждал король Джеймс, не посвящая губернатора в детали о том, кто именно являлся автором той или иной идеи.

Роберт Маклейн не появлялся в Эле в эти два года, но до нас доходили слухи о его подвигах. Он то сражался с пиратами, то разведывал новые земли и пытался там закрепиться. В Эл регулярно поступали от него наброски карт и записки о растительности и климате только что открытых территорий. Специально закреплённый секретарь тщательно всё систематизировал и записывал, и мы пополняли базу знаний об окружающем мире.

Металлургический завод не остался без внимания. Бри исправно присылала новости о технологиях Большого мира и учёные Эла соображали, как им воплотить это с существующими ресурсами. Королевство сделало гигантский прорыв, вооружив свою армию огнестрельным оружием и пушками.

Из Королевской школы выпустились уже две волны боевых магов. Они создавали свои Ордена и практиковали заклятья и магическую броню. По моему настоянию база магических знаний велась на свитках, защищённых заговорами о несгораемости, и хранилась в специальной библиотеке. Я вспомнила всё, что знала об архивном и библиотечном деле из своего небольшого опыта, и поставила магические знания на научные рельсы. Остальное должны были доделать молодые выпускники Королевской школы.

А вот моя Кондитерская школа взяла паузу. Слишком много дел и забот появилось в последнее время. Я отправила своих учеников отрабатывать навыки и придумывать собственные десерты. Моим идеям в голове придётся подождать ещё пару лет, пока я не захочу вернуться к преподаванию. Сейчас же все мои мысли занимала семья и любимый муж.

Рыжика и ворона Карла я больше не видела, как будто их и не было. Возможно, это случилось из-за того, что я больше не владела магией. А, может быть, у них просто появились дела поважнее. Иногда, слыша шелест крыльев у окна, я вздрагивала, но это всегда была какая-нибудь другая птица. Может быть, оно и к лучшему. Нет ворона — нет беды. Или как там говорится в известной пословице?

К утру мысли о прошлом утомили, и я незаметно уснула. Моя сказка подошла к концу.

Но вы-то знаете, что после свадьбы и рождения детей всё только начинается. Но это будет уже какая-нибудь другая история.

 Анна Чернышова

Проклятие прабабки. Книга 1

Глава 1

— Татьяна, зайдите ко мне, — официально бросил босс, проходя мимо моего кабинета. Сердце подпрыгнуло в груди, а под ложечкой сладко заныло. Я поднялась, одернула юбку, схватила ежедневник с ручкой и устремилась за ним.

— Нас не беспокоить, — привычно бросил Роман Сергеевич секретарше и первым вошел в свой кабинет. Я скользнула следом, прикрыла дверь и уже готовилась очутиться в его объятиях, но он проворно пробрался на свое кресло за столом и теперь между нами был его заваленный бумагами стол.

У нас с ним был роман уже год. Устоять перед боссом было невозможно, и мы прятались от всех по углам, кабинетам и тихим кафешкам. Я была влюблена как кошка и до сих пор не могла поверить, что он из всех офисных красоток выбрал именно меня.

— Садись, Тань, — уже мягче сказал Рома и указал на кресло напротив него. Я села, поправила короткую юбку и уставилась на него. Ежедневник положила на стол и приготовилась внимать. Рома был серьезен, и я ждала какого-то особого задания или вообще чего-то неординарного. Совместная командировка?

Но он не спешил начинать и молча смотрел исподлобья. Я почувствовала себя неуютно. Он как будто оценивал мою реакцию, и уже одно это настораживало.

— Таня, тебе надо уволиться, — негромко произнес он и впился в меня взглядом. Мне кажется, мое лицо вытянулось до коленок. По крайней мере я чувствовала это именно так. Я ощутила жар, который обварил мне внутренности и растворился где-то в подошвах. Я прочистила горло.

— Уволиться? Зачем?

— Моя жена прочитала нашу переписку. Она всё знает. И её условие — твоё увольнение.

— Какое условие? Зачем? — не поняла я.

— Условие, при котором она не подаст на развод, — Рома откинулся на спинку кресла, но взгляда от меня не отрывал. Я не могла разглядеть выражение его глаз, потому что в этот момент всё во мне вопило от боли и несправедливости.

— Так, может быть, надо развестись? — робко спросила я. Речи о разводе и нашей свадьбе никогда не шло. Я еще не думала о семье, и наши отношения просто были, и всё. В мои двадцать пять я еще не задумывалась о будущем. Хотя, кого я обманываю?

— Я тебе ничего не обещал! — я поморщилась, потому что это прозвучало очень по-киношному. Даже немного истерично, как у Рудольфа и Кати из «Москва слезам не верит». — И я не собираюсь разводиться, потому что у меня дети. И вообще, Лена меня очень устраивает.

Приехали. Не хотела говорить о будущем, и вот оно само меня нашло. Я тоскливо огляделась по сторонам и почувствовала себя очень-очень плохо. Ромин кабинет навевал бурю воспоминаний, от которых у меня сводило коленки, и я совсем не хотела слышать то, что здесь говорилось. Внутри будто бы всё оборвалось. Я зависла над пропастью и всего секунда отделяла меня от падения. Затем я почувствовала злость.

— Рома, а почему