Изгой Высшего Ранга V - Виктор Молотов

Печать Пустоты. Несмотря на годы работы. Несмотря на количество участников эксперимента. Одну. И отдал её вам, — ответил куратор, смотря в окно машины.

— Всё так.

— Непонятно, зачем он всё это делал. Столько лет работы — и всё ради одного человека? Какой в этом смысл?

— Мне кажется, он знал, что произойдёт. Про Учителя, про трещину, про энергию хаоса. Про всё это. Готовился заранее.

— Возможно. Но откуда он мог знать?

— А вот на этот вопрос я вам отвечу, когда сам узнаю на него ответ. Загадка ещё не разгадана до конца.

Дружинин замолчал, о чём-то напряжённо размышляя.

— Знаете что? — сказал он наконец. — Я уже не вижу смысла хранить секреты. Слишком много всего навалилось.

— Согласен.

— Громов… Вы его знали? Сомневаюсь, что он выбрал случайного кандидата из Пустых. Не верю я в такие случайности.

Куратор уже рисковал ради меня, и не раз. Он заслуживал правды.

— Он был моим двоюродным дедушкой. По линии отца.

Дружинин резко повернулся.

— Что⁈

— Я сам узнал недавно.

Куратор смотрел на меня несколько секунд. Потом медленно откинулся на спинку сиденья.

— Тогда всё ещё запутаннее. Или…

— Или, наоборот, проще, — закончил я за него. — Он создавал Печать не для случайного кандидата. Он создавал её для своей семьи. Для потомка, который сможет её принять.

— Но зачем?

— Скорее всего, он преследовал какую-то конкретную цель. И для неё нужно было выполнить определённые условия. Создать правильного носителя. Меня.

— И каков будет результат? Что за цель?

Я пожал плечами.

— Понятия не имею. Мы не можем воскресить Громова и спросить напрямую. В его записях ничего конкретного нет, только технические данные по экспериментам.

— Но догадки есть?

— Есть. Он создал того, кто сможет противостоять Учителю. Единственного, кто может закрыть ту трещину в небе.

— Интересно, — сказал он. — Но выглядит так, словно он возложил слишком многое на одного человека.

В этот момент у него зазвонил телефон. Он достал его, посмотрел на экран, нахмурился. Но ответил:

— Да? Понял. Понял. Сейчас будем.

Куратор убрал телефон и повернулся к водителю:

— Разворачиваемся. Едем в главное управление ФСМБ. Срочно.

— Что-то снова случилось? — спросил я.

— Нас вызывают. Экстренное совещание у руководства.

— По какому поводу?

— Не сказали. Но, судя по голосу секретаря, что-то серьёзное.

Машина развернулась на ближайшем перекрёстке и понеслась в центр города.

Доехали мы до главного управления ФСМБ минут за двадцать: здесь было недалеко. Потом Дружинин провёл меня через три поста охраны.

Мы поднялись на верхний этаж. Возле кабинета с огромными двойными дверями стоял человек.

Я сразу узнал Андропова Анатолия. Белые волосы зачёсаны назад, строгий чёрный костюм.

Но сейчас он выглядел так, словно не спал несколько дней. Красные глаза, щетина на подбородке, мятый воротник рубашки под пиджаком. Для человека, который всегда следил за своим видом, это было крайне нехарактерно.

— Ещё не началось? — поинтересовался Дружинин.

— Нет, — Андропов покачал головой. — Сообщили, что позовут. Ждём.

— Подождём, — кивнул куратор и встал рядом.

Я прислонился к стене, разглядывая коридор. Дорогая отделка, приглушённое освещение, абсолютная тишина. Кабинеты больших начальников. Место, где принимаются решения, влияющие на миллионы людей.

— Это какое-то собрание только для магов S-класса? — спросил я у Андропова.

Он повернулся ко мне и ответил:

— Я знаю не больше вашего, Глеб. Вызвали срочно, ничего не объяснили.

— Понятно.

— Но, Глеб… — он помедлил. — Мне уже доложили… О том, что произошло в исследовательском центре.

— Доложили? — вскинул я бровь.

— У меня там есть друзья. Я просил их сообщить, как только будет что-то известно. Борисов служил со мной пятнадцать лет. Мы вместе закрыли сотни разломов. Я уж было подумал, что потерял его навсегда.

Он протянул мне руку.

— Спасибо, Глеб. Я ваш должник.

Я пожал её. И воспользовался моментом, чтобы активировать навык.

[Защита передана]

[Носитель: Андропов Анатолий Дмитриевич]

[Текущее количество носителей: 11/15]

Ему защита точно нужна. Ведь если страна потеряет мага такого уровня, шансов выжить у нас будет значительно меньше. Поэтому считаю, что поделиться с ним — это верное решение.

Сейчас как никогда стране нужны сильные маги.

Андропов замер. Его глаза сузились, а ноздри раздулись.

— Что вы сделали? — голос стал жёстче. — Я почувствовал воздействие на магический источник.

— Скажем так: теперь эта зараза из трещины вам тоже не страшна.

Он уставился на меня. Несколько секунд молчал, переваривая услышанное.

— Вы серьёзно?

Почему-то сегодня все у меня только это и спрашивают.

— А я похож на шутника?

— Я даже не знаю, что сказать, — он явно был слегка растерян. И пока не понимал: верить в то, что это правда, или нет.

— Ничего не нужно говорить. Вы слишком ценны для страны, чтобы рисковать.

— Вы странный человек, Глеб Афанасьев, — произнес он. — Но спасибо. Если это сработает — не знаю, как я буду вам столько долгов возвращать. Поскольку…

Дверь кабинета открылась — и Андропов не договорил. На пороге появилась секретарь — строгая женщина в деловом костюме, с аккуратной причёской и бесстрастным лицом.

— Господа, прошу вас. Совещание начинается, — пригласила она.

Кабинет был огромным. В центре стоял длинный овальный стол из тёмного дерева, человек двадцать сидели вокруг него. На стене висел огромный экран для презентаций. В углу я увидел флаг России и знамя ФСМБ.

Крылов сидел во главе стола. Рядом с ним узнал ещё нескольких генералов в форме, а также здесь были люди в штатском с непроницаемыми лицами.

Я знал некоторых по телевизору. Заместитель министра обороны. Глава какого-то комитета Госдумы. Кто-то из администрации президента. Серьёзная компания.

А напротив Крылова сидел Фетисов. Глава Ассоциации магов России. Тот самый, чей сын пытался убить меня ради Дара.

Наши взгляды встретились. И я увидел в его глазах мимолётную злость. Он смотрел на меня как на проблему, которую нужно решить.

— Присаживайтесь, товарищи, — Крылов указал на свободные места в конце стола.

Мы с Андроповым сели. Дружинин устроился чуть позади, у стены — рядом с другими сопровождающими.

— Господа, — начал Крылов, — понимаю, что вам интересно, зачем такая срочность. Не стану отнимать много времени: у всех нас его сейчас крайне мало.

Он нажал кнопку на пульте — и на экране загорелась