Руль 3 - Макс Вальтер

— Может, спрячем тачку и перекантуемся в бункере? — предложил я.

— Здесь до форта километров десять осталось, — поморщилась супруга. — Или ты хочешь заставить беременную женщину идти пешком и рисковать жизнью?

— Пф-ф-ф, — с шумом выдохнул я, а затем усмехнулся: — А когда ты тачку у пиратов стартанула, не думала о рисках?

— Это всё гормоны, — беззаботно отмахнулась она.

— Удобно.

— А то, — улыбнулась во все тридцать два жена. — Да давай не ссы, — пихнула она меня в плечо. — Прорвёмся. Задействуй удачу.

— Да я как бы уже… — Я почесал макушку. — Но если мы целенаправленно полезем в ловушку, думаю, она вряд ли поможет.

— Ладно, — сдалась она. — В общем-то, ты прав, они наверняка нас просчитали и перекрыли все выезды. Я только боюсь, что здесь мы убежище не отыщем, и нам по-любому придётся выходить на постовых.

— Ну, пешком — это не на колёсах, нам дорога особо не нужна. Перескочим через забор и огородами… А завтра по вечерней зорьке за машиной вернёмся. Пока их из форта выпустят, пока они сюда доскоблят, мы уже будем далеко.

— Да всё, всё, я уже согласна, хорош трындеть, — подтолкнула меня Гюрза.

Но я почему-то всё ещё продолжал медленно ползти по заполненной грязью колее. Что-то не давало покоя, не позволяло остановиться и покинуть транспорт. И вскоре я обнаружил причину. Хорошо, что двигались мы без включенного света. Треск дизельного двигателя, конечно, выдавал нас, но точное направление звука здесь поймать не так-то просто. Впрочем, это я уже повторяюсь.

Преследователи оказались гораздо хитрее, чем я полагал. Да, они перекрыли выезды, но при этом на месте сидеть не стали и выслали пешие патрули. Как раз на такой мы и напоролись.

Однако они очень глупо разместили одного из наблюдателей. Хотя тот факт, что я его заметил, был скорее его ошибкой. Не пошевелись он в тот момент, когда я его рассматривал, мы бы и близко не распознали наличие засады. Даже не знаю, что именно меня привлекло. Будто искусственно встроенная деталь пейзажа, которой здесь не место. Может, слишком округлый бугор на фоне ровных линий производственных зданий, а может, просто чуйка. Но когда куча мусора зашевелилась, я резко ударил по тормозам и моментально заглушил двигатель.

— Ты чё⁈ — покосилась на меня жена, которая едва не прилетела носом в торпеду.

— Вот туда смотри. — Я указал пальцем на двухэтажное здание.

— Поняла, — кивнула Гюрза и, бесшумно распахнув дверь, перебралась в кузов пикапа.

Я оставался за рулём, готовый в любой момент сорваться с места, при этом продолжал всматриваться в полумрак. Наблюдатель здесь явно не один.

— Ещё двоих вижу, — нагнувшись к моему окну, шёпотом произнесла жена. — Где-то должен быть четвёртый.

— С чего взяла? — уточнил я.

— С того, что верхнего тоже должен кто-то прикрывать. Вон на того гуся посмотри.

— Это не гусь, а козловой кран.

— Да мне хоть слоновой, смотри на одну из опор.

— Ага, вижу.

— А теперь от него влево — на окно конторы на третьем этаже.

— Понял, — отозвался я, обнаружив прикрытие.

— Я думаю, что твоего тоже кто-то прикрывает. У него крупняк, а значит, в ближнем бою с него толку ноль.

— Так и чего делать-то будем?

— Хрен знает, — прошипела супруга. — Грамотно обложили, не проскочить. А если ты сейчас заведёшься, они нас по шуму враз выкупят.

— Тоже факт.

— Блин, не хочется тачку бросать, — пробормотала Гюрза, но я её услышал.

— А мне как не хочется, — вздохнул я. — Она ведь почти новая, тысяч сто ещё пробегает без единого вмешательства. Как думаешь, это пираты?

— Скорее всего, — ответила жена. — Вон, нашла. Вправо от своего смотри и вниз. Он возле этой будки трётся.

— Может, под пылью их уделаем?

— Под какой? Ты под зелёнкой максимум полпути пройти успеешь. Да и не факт, что прямое попадание с крупняка выдержишь. А я одна под синькой ничего не сделаю.

— Эх, нам бы сейчас Воланда в команду.

— Ага, а ещё Карлсона, чтоб он их бомбами сверху закидал, — съязвила Гюрза. — Но у нас только мы.

— Жизнь дороже, — заключил я и выбрался из машины. — Валим налегке, других вариантов всё равно нет.

— Чёрт, такую тачку… — с сожалением вздохнула супруга, — Тебе так и вообще, наверное плакать хочется.

— Ну не на столько я отбитый.

— П-хах, рассказывай, ага, — ухмыльнулась она, закидывая рюкзак на спину. — Давай через тот цех справа.

Я кивнул и нырнул в тёмное помещение бывшего завода. Что здесь производили, понять было невозможно, как и то, в каком состоянии это место провалилось в Мешок. Возможно, с живым оборудованием и станками, но, скорее всего, именно таким, каким мы его видим в данный момент. В пресловутые девяностые большинство предприятий нашей необъятной превратились в ненужный хлам и выглядели так, будто вывалились в реал прямиком из преисподней.

Неровности на полу говорили о том, что когда-то здесь была уложена плитка и, скорее всего, чугунная. Будучи пацанами, мы сами такую выковыривали и несли в пункты приёмки. Кафельную отрывать никто бы не стал. Куски проводов, торчащие из пола, определяли места, где когда-то располагались станки. И несмотря на сырость, внутри всё ещё витал застарелый запах смазки.

Странное чувство тоски и одиночества вдруг накрыло меня от этого зрелища. Захотелось плюнуть на всё, сесть на пол и застрелиться.

— Чёрт, — выдохнула Гюрза, опережая мои мысли. — Что такое не везёт и как с этим бороться.

— Ты тоже почувствовала?

— Угу, — кивнула она. — Нужно сваливать, пока он за нас не ухватился.

— А сколько обычно может выдержать человек?

— Не поняла?

— Ну как долго без особых последствий можно оставаться под влиянием фиолетового?

— А тебе зачем?

— Хочу попробовать вытянуть его на засаду.

— Ты ведь в курсе, что они по одному не ходят? — с подозрением покосилась на меня Гюрза. — По-любому где-то рядом красные лазают.

— Тем лучше для нас, — ухмыльнулся я. — Ну так сколько?

— Да хрен знает, — поморщилась жена. — У всех по-разному. От силы воли, видимо, зависит. Кто-то и пяти минут продержаться не может, а кто-то спокойно целый час держит. Ну, учитывая наш с тобой опыт, должно хватить.

— Значит, ищем, — кивнул я и двинулся на поиски твари.

Фиолетового мы обнаружили в туалете. Заходить не стали, чтобы не провоцировать, покрутились на месте и дождались, чтобы его влияние на психику сделалось практически невыносимым. А затем двинулись вдоль цеха, чтобы привести тварь к засаде. Как только нас начало слегка отпускать, фиолетовая дымка выпорхнула из укрытия и, левитируя в метре от пола, поплыла следом. Но не тупо, как привязанная. Тварь передвигалась от укрытия к укрытию,