Рунный маг империи. Том 1 - Георгий Сомхиев

Например, в теории я мог сделать их крепче, нанеся нужную руну. Только что толку, если я не могу оценить, насколько крепче они стали. Обо что мне их ломать?

Увеличение дальности полёта тоже не принесло никаких результатов. Я попросту не мог должным образом представить, как камень начинает быстрее и дальше лететь после моего броска. Система пока же никак не реагировала на мои попытки.

Зато с тупой деревянной палкой эксперимент прошёл просто на ура. Взяв её в руки, я представил, как одна из сторон становится острой, как меч. Вот тогда рука сама начертила нужную руну, после чего она засверкала и легла на палку.

Эффект получился лучше, чем я ожидал. Взмахнув новоиспечённым «клинком», я ударил им прямо по деревянному чучелу и оставил на нём разрез. Правда, сразу после этого палка сломалась, но другого исхода я не ожидал. Всё-таки обычное дерево, мягко говоря, не самый прочный материал.

Затем я принялся изучать рисование рунных знаков в воздухе. Эта задачка оказалась посложнее. Одно дело, накладывать руну на что-то, а другое — пытаться удержать её в воздухе.

Я потратил целый вечер на размышления, с чего бы начать, пока комната не погрузилась в кромешную тьму. Вот тогда меня осенило, и, призвав перо, я стал представлять, как с помощью него рисую, используя образ пучка света.

К моей неожиданности, всё сработало с первого раза. Рука в мгновение ока сотворила нужную руну, после чего комнату озарил пучок света. Его более чем хватало, чтобы осветить всю комнату.

В тот же момент я обнаружил, что от меня к этому пучку света тянется тонкая магическая нить. По ней, словно ручьём, стекала мана. Стоило же мне оборвать нить, как созданный магией источник света резко потух, вновь погрузив комнату в темноту.

Таким образом я выяснил, что рунные знаки могут быть связаны с магом. При желании я даже мог двигать их по воздуху. Правда, это тоже мне давалось с трудом, но оно и неудивительно — я только начал практиковать подобную магию.

* * *

Что ни говори, эти четыре дня прошли очень насыщенно. Всё это время я практически не спал и сейчас больше напоминал панду из-за мешков под глазами. Моё состояние ведь не только Виолетта, но и Алиса заметила, подметив, что мне стоит больше отдыхать.

Один только Винсент никак не отреагировал на внешние изменения. Хотя, говоря по правде, он сам выглядел очень усталым. Видать, тренировался до упаду после нашего похода в Подземелье.

— Энкрид Эйзенхорн, — чей-то незнакомый голос выбил меня из размышлений, заодно возвращая к настоящему. Оторвавшись от мыслей, я поднял взгляд и заметил незнакомого мне преподавателя. — И Виолетта Эгремонт, я так понимаю?

Преподаватель выглядел молодо, максимум лет на тридцать. Худощавое подтянутое тело, русые волосы, голубые глаза и очень угрюмое лицо. Это читалось по его сжатым губам и хмурым бровям.

— Верно, — коротко бросил я, посмотрев на свою спутницу, после чего с намёком протянул: — А вы?

— Профессор Сайлас Дорсет, с недавних пор ваш новый переведённый преподаватель. Обучаю теоретической магии и рассказываю о её основах, — на слове «переведённый» он сморщил лоб и потёр переносицу будто от головной боли. — Раз уж вы безмятежно гуляете по коридорам, думаю, у вас найдётся минутка, чтобы мы обсудили вашу успеваемость.

— Вот оно значит что, — вслух сказал я, почувствовав, что что-то здесь не так. — Виолетта, ты не против отложить нашу тренировку?

— Не возражаю, — посмотрев на меня, коротко кивнула девушка.

— Вот и славно. Пройдёмте со мной в кабинет, — сказал молодой мужчина, после чего мы проследовали прямо за ним.

Почему-то весь наш недолгий путь Сайлас Дорсет неразборчиво ворчал. Я пытался вслушаться в его речь, но не смог ни слова разобрать. Должно быть, такая у него привычка.

Через несколько минут мы пришли к нему в кабинет. Что забавно, до этого момента я не знал, что каким-то преподавателям их вообще выделяют. Впрочем, это меня никак не касается.

Сам кабинет отличался особым убранством. В глаза сразу бросался шкаф, где аккуратно, друг рядом с другом, стояли пронумерованные папочки. Вещи на столе тоже лежали симметрично, на одинаковом расстоянии друг от друга. Не удивлюсь, если новоиспечённый преподаватель окажется ярым перфекционистом.

Закрыв за нами дверь и сев за стол, молодой мужчина сначала провёл по нам взглядом, после чего выдвинул ящик и достал оттуда небольшую стопку листов. Так, страниц десять-пятнадцать от силы.

— Буду с вами откровенен, — мужчина, морща лоб, затарабанил пальцами по столу. — Возможно, ваш предыдущий учитель был мягок с вами и многое спускал с рук. Со мной такое не получится провернуть. Филонить на моих занятиях ни у кого не получится, если только он не собирается остаться на второй год. В моих интересах, чтобы вы получили высокий балл на итоговых экзаменах.

— Прошу прощения, если вам не понравилась моя работа, — сказала Виолетта. Профессор тут же перестал барабанить по столу и недоумённо приподнял брови. — Если укажете на ошибки в докладе, я его исправлю, и…

— Ваше Благородие, — перебив девушку, протянул ладонь Сайлас Дорсет. — К вашему докладу у меня претензий нет. Вы отлично раскрыли тему наследственности магии. У вас очень хорошие показатели в учёбе, что не может не радовать.

— Тогда зачем вы меня пригласили в кабинет? — чуть погодя спросила Виолетта.

— Люций Рейси подсказал, что Энкрид Эйзенхорн помогал вам в написании доклада, — с этими словами профессор повернул голову и посмотрел мне прямо в глаза. — Только самого доклада от Его Сиятельства я не нашёл. Сложившаяся ситуация, знаете ли, вызывает вопросы.

Вот, значит, где свинья зарыта.

Я всё думал, с чего вдруг новоиспечённому преподавателю взбрело в голову звать нас обоих, причём лично, а не посылать своего ассистента.

— Быть такого не может! — воскликнула Виолетта, также посмотрев в мою сторону. — Зачем Энкриду портить себе оценку на ровном месте?

— Я вот тоже задаюсь этим вопросом, — продолжил сверлить меня взглядом профессор. — С одной стороны, мотива я не вижу. У Его Сиятельства довольно высокие оценки. С другой стороны, он мог не сдавать его из-за похода в Подземелье. Если причина в последнем, я готов дать отсрочку, ровно до окончания первого семестра. Вам есть что добавить?

— Хмх… — я положил большой и указательный пальцы на подбородок. — Могу заверить, что работу я