Менеджер Нагибко, вы робот? Часть 5 - Юлия Борисовна Жукова

И отключился. Хм-м, интересно, это будет рабочая встреча или всё-таки, с учётом контекста, свидание?..

Глава 12

Однако поспать мне сегодня не было суждено.

Скрепыш: Ася? Псст!

Я хотела уже выругаться и смахнуть надоедливый чатик — вот чем плох внутренний экран, так это тем, что невозможно оставить его в другой комнате, когда спать ложишься. Наверное, можно где-то заблокировать уведомления, но ФОМО никто не отменял…

Однако в последний момент я рассмотрела, что в чатике висит очередной стрим. Судя по ракурсу — с камеры Херакла. В кадре я видела порог отдела техподдержки. Ну как порог — открытую стеклянную дверь в стеклянной стене и ровный пол. А на том полу — Митя и Глаша.

Я даже не сразу врубилась, чего мне Скрепыш это шлёт. Ну Митя… Ну Глаша… А потом вдруг дошло: Митя же как огня боялся отдела техподдержки! Что он тут делает? Кто его заставил?

— Скрепка, это чё⁈

Скрепыш: Тссс, не спугни.

Но Митя топтался на пороге, то сжимая, то разжимая манипуляторы, и, на мой взгляд, собирался спугнуться сам, если не вмешаться.

— Мить… — позвала я осторожно. Он всё-таки вздрогнул и заозирался, так что я включила трансляцию видео в своём чате. — Малыш, всё хорошо, в отделе никого нет.

Митя: Не надо со мной сюскать! Я сильный, я справлюсь!

— А с чем справляться-то надо?

В чате Мити замигало многоточие, и некоторое время ничего не появлялось. Потом вдруг туда ухнула пересланная переписка с Глашей. Правда, написана она была программным кодом, так что я ничего не поняла, но тут уж Скрепыш подоспел и конвертировал мне функции в текст:

Глаша: Ты раньше работал на кофемашине? Это так здорово! Я тоже бариста! А где ты работал?

Митя: …

Митя: В отделе техподдержки.

Глаша: О, это ведь там работает твой большой друг? А для меня там функции не найдётся? Я могла бы готовить кофе или вести какой-нибудь учёт!

Митя: Ну… Если ты хочешь…

Глаша: Конечно, хочу! Мне в шкафу ску-учно!

Митя: Может, тебя проводить на склад? Там весело.

Глаша: Я боюсь! Там очень большие страшные роботы, а вдруг на меня наступят или уронят что-то?

Митя: Тоже верно… Ну, хорошо. Давай… провожу.

Я прям по буквам видела, насколько ему этого не хотелось, но и отказать подружке он не мог.

— Мить, если тебе тяжело, Глашу может проводить Скрепыш.

Митя: Ещё чего! Я сам. Нужно смотреть в глаза своим страхам. Я не собираюсь бояться всю жизнь!

Глаша не участвовала в нашем чате, но, похоже, что-то заподозрила, потому что чуть подвинулась к Мите и коснулась манипулятором его корпуса. Через секунду Митя добавил её в наш чат.

Глаша: Я с тобой.

Митя вытянулся, выпрямив все ножки, отчего стал похож на круглую табуретку, потом поднял две передних и осторожно шагнул на землю техподдержки.

Путь между столами дался Мите непросто. Глаша уже откровенно держала его за лапку, а тонкие Митины ножки подрагивали. Глаза на стебельках так и вращались, высматривая невидимые угрозы.

Наконец он добрался до лоджии и снова застыл. Глаша проехала чуть вперёд, крутя любопытной мордочкой, пока не заметила кофемашину.

Глаша: Здесь?

Митя: Здесь.

Глаша повернула к нему голубые глазки.

Глаша: Если тебе здесь плохо, то не надо…

Митя: Ничего. Теперь это просто место.

Он подошёл к кофемашине и сурово посмотрел на неё снизу вверх.

Митя: Я больше не собираюсь жить в страхе, ясно⁈

Глаша подъехала к нему, и их манипуляторы сцепились вместе.

Я решила, что хорош подглядывать, закрыла трансляцию и вышла из чата.

— Ладно, с этим вроде разобрались…

Я уже собиралась отключиться, когда вспомнила о ещё одном потрясении сегодняшней ночи.

— Скрепыш… А что у тебя там при стычке с этим кирпичным вылезло за сообщение… про боевой режим?

Скрепыш: Какой режим?

И глазки такие сделал, как большая и маленькая буквы «о».

Я не поленилась, отмотала чат, нашла запись трансляции и отыскала на ней тот момент.

— Вот: активирован боевой режим. Это откуда у тебя такое?

Скрепыш: Впервые вижу.

— Как это впервые видишь, когда это запись из твоего лога?

Искин помолчал. Когда я уже решила, что он не ответит, в чате появились три точки, а затем наконец сообщение.

Скрепыш: Ася… Это очень странно. Я пытаюсь проискать лог на слова «боевой режим» и ничего не нахожу. Но если просто отматываю его, то вижу эти слова.

— Сбой?

Скрепыш: Я запустил переиндексацию файлов, но…

— А сразу после стычки ты чем занимался?

Скрепыш: Когда?

— Когда сказал, что сортируешь свои файлы.

Скрепыш:…

Скрепыш: Я такое говорил?

Так. Вот только амнезии у искина мне не хватало!

— У тебя диск не повреждён⁈

Скрепыш: У меня всё в бэкапах по три-пять копий на разных дисках, и всё время простоя проводятся проверки консистентности данных.

— Хорошо, ты можешь найти сам этот модуль боевого режима? Он же тоже какой-то файл или папка, так? Если он активировался, значит, он где-то у тебя хранится?

Скрепыш: Я ищу, но… Я его не вижу.

— А если он называется как-то лево, например, как документация к чему-то или ещё что?

Скрепыш: Модуль боевого режима не может быть маленьким файлом. А большие я все знаю в лицо. Ася… Ася, это похоже на тот раз, когда мы выяснили, что у тебя аналоговые мозги. Ася, мне страшно!

— Тихо, Скрепка, мы же тебя копировали туда-сюда, ты точно не можешь быть аналоговым.

Скрепыш: Тогда где во мне скрывается боевой модуль⁈ И почему я сам не задал себе этот вопрос, пока ты не спросила?

— Может, у тебя есть какой-то зашифрованный архив или диск, который подключается только в определённых обстоятельствах? Или этот модуль лежит где-то на сервере, а ты просто его стримишь?

Скрепыш: Какой модуль?

— Боевого режима.

Скрепыш: У меня нет такого модуля. Ты о чём?

К счастью, теперь, когда Скрепыш не сидел у меня в голове, а только связывался по сети и выполнял задачи на аутсорсе, я могла поговорить с Крис так, что он об этом не знал.

Что я и сделала, бочком-бочком отползая из чата со Скрепкой, который продолжал выяснять, что я имела в виду. Историю чата я скопировала и прямо так, без объяснений жахнула в диалог с Крис. Она искин, ей виднее,