Дилетант - Александр Владимирович Забусов

– Повезло, значит.

– Да. Ключ – это ты сам.

– Я-а-а!? – от услышанного беспредела голосом петуха пустил. – Я-а?

До сознания нормального человека сказанное старой доходило с трудом.

– Ты, ты! Кто другой не пройдет. Перемелется, как в мясорубке, а мне своих людей жалко, не для этого я их растила, учила и пестовала.

– И где дверь? – спросил севшим голосом, чувствуя, как неотвратимость крадется за ним по пятам.

– Не переживай, далеко мотаться не придется.

– Так-так! Меня, значит, не жалко?

– Те, кого послать могла бы, плотно связаны с магией, если что не так пойдёт, подсознательно попытаются магичить, а это в сложившейся ситуации, на остатках прежних наводок, вызовет тоннельный резонанс. Потому я и сказала, что такой, как ты, меня устраивает как никто иной. Тем более и про должок не грех напомнить.

Смирился. Мысли в голове особую направленность приобрели. Сказался Лутонин замес, его наука и профессиональный подход к решению повешенной на него проблемы. Он Наделённый. Охотник! И по-иному позиционировать себя не может. Права не имеет, если дело всеобщего выживания касается.

– Хорошо. А принцессу я как разыскивать стану?

– Понимаю. Объясню. На произвол судьбы не брошу. – Поднялась из-за стола, прошлась вдоль окна, то ли с мыслями собиралась, решая с чего начать, то ли по-стариковски отсиженную пятую точку организма размять решила, но скорее первое. – Чтоб не потеряться в лабиринтах червоточины, тебе придется запомнить одно правило. Когда попадаешь внутрь коридора, выход в него сравнивай с рекой. Почувствуешь, что рек там много. Не суетись! Обычно человек не склонен менять реку, он плывет по течению, плывет так, как у него складывается. Только тебе всё же придется менять энергетические потоки. Это несложно, потому как они из-за Лиллы сейчас очень слабые, едва ощутимые, но ощутить их ты в состоянии будешь.

– Что-то я такого по прошлому разу и не припомню. Вытолкнули и всё, никакого тоннеля! Как это будет выглядеть в натуре?

– Примерно так. Вошел в течение, не торопись, акклиматизируйся, привыкай. Ощутил затишье. Значит, по течению понесло. Шаг, второй, третий сделал – почувствовал искривление пространства. Значит, рядом выход. Шагнешь в него – сменишь одну реку на другую. По-научному, квантовый скачок произойдет. Телепортация в некотором роде.

– Можно выходить?

– Не спеши. Сменив не одну реку, сможешь выделить некую закономерность, алгоритм перехода. Перед каждым новым квантовым скачком, перед каждой сменой реки, всегда наступает небольшое затишье, а потом идет искривление текущей реальности, как будто происходит ошибка в программном коде. К искривлениям относись более внимательно. Когда в каком-либо из них твое внутреннее состояние покажется тебе абсолютно нереальным – остановись. Прислушайся. Если почувствуешь подтекание или утечку энергии реки, будто сквозняк в щели гуляет, смело шагай на этот звук, именно там разрыв полотна. Значит, Лилла в той реальности присутствует. Эх, времени мало! Тебя бы хотя бы пару дней поднатаскать да погонять. Ну ничего! Ты парень неглупый, справишься.

– А обратно как?

Бабка хитро прищурилась, при этом взглядом от его глаз не отрываясь. Усмехнувшись, сказала, как само собой разумеющееся:

– Обратно либо с Лиллой, либо никак.

Посерьёзнела.

– Теперь главное. Даже не все старожилы Москвы знают, что у Ленинградского вокзала есть еще одна часть. Историческая. Ее, при нашем содействии и подсказке, сохранили нетронутой практически в том же виде, в каком она была больше ста лет назад. Это левое крыло, если смотреть от входа. По чугунной лестнице можно подняться на третий этаж: он служебный, там располагается администрация вокзала. А сама лестница помнит ноги русских императоров. Начиная с момента постройки при Николае I этот этаж был отдан для монарших нужд. Там были «походная резиденция», императорская приемная и императорские покои. В царские времена Москва была вторым городом, первопрестольной столицей, со всеми вытекающими. Ночевали ли здесь первые лица государства, подписывали ли они какие-то важные документы – не скажу. До 1917-го не интересовалась, я тогда за другой участок работы отвечала. Но коронованные особы ждали поезда точно. Красивая винтовая лестница ведет в башню главного корпуса вокзала. Ту самую квадратную башенку, знакомую каждому, кто хоть раз видел Ленинградский. Поднявшись на один пролёт, окажешься внутри циферблата. Место потайное и секретное. Это и есть коридор выхода в самые близкие к центру Звездные Врата. Терминала там нет, но переход существует.

– Угу. Значит, билет в одну сторону? – уперся мыслями в одни ворота и не воспринимал основной посыл.

Осадила. Одним предложением юношеский максимализм стерла и на грешную землю опустила:

– Не вытащишь принцессу, у нас у всех билет в одну сторону окажется! На всё про всё у тебя десяток дней в запасе есть, да пару недель на саму операцию.

– А дальше?

– Дальше? Дальше, если ничего не получится, как ты любишь выражаться, кирдык планете настанет. Со сменой полюсов всё живое в разнос пойдет, – бабка усмехнулась, но глаза оставались совсем невеселыми.

Шагнула к столу. Усевшись в кресло, неожиданно приказала:

– Покажи руки.

Пожелание выполнил, как приказ, неукоснительно, вытянув руки перед собой ладонями вверх.

– В ладони свои посмотри.

Не понял:

– И-и?..

– В этих ладонях благополучие всего Мира заключено. Осознал?

– Ну, вы и скажете тоже!

– Так и есть. Теперь о главном. Подобный случай с покушением я не рассматривала, но страховку на что-то подобное предусмотрела. У меня в любой из реальностей, естественно, свои люди имеются. Как без них. Куда бы ты ни попал, телеграммой в основной московской газете дашь объявление следующего содержания, запоминай: «Молодому человеку возрастом 11 лет нужен учитель фехтования. Лиц, не имеющих положительных характеристик прежнего работодателя, просьба не беспокоить». Самому в Москву ездить необязательно. Светлая, скорее всего, находится неподалеку от места выхода в реальность. Не забудь адрес написать, где агента ждать будешь. Это если параллельный мир отстает от современности. Если реальность имеет интернет, – положила перед Сергеем квадратик толстой вощёной бумаги с электронным адресом почты, – запоминай.

Сергей без труда занес в память ряд символов и цифр. Кивнул. Заверил старушку:

– Запомнил.

– Молодец. Текст следующий: «Дорогой Михаил! Прими искренние соболезнования в связи с кончиной дяди, Петра Андреевича. Крепись, старина. Прости, что долго не писал. Надеюсь, что с Ириной всё в порядке. Целуй дочку от меня. Она, наверное, уже совсем большая. Если будешь в наших местах, то (дальше указываешь город, место и время). Твой Евгений». От текста не отступать, имена не путать.

– Угу.

– Если перепутаешь, могут вызов и не воспринять…

– Да понял я, понял! Верить-то тому, кто придет, можно?

– А ты присмотрись сначала. Потом уж задачу ставь.

– Ясно. Выдвигаться когда?

– А вот завтра с