Обнулённый 2 - Виктор Рэн

Я прикрыл глаза и мысленно вернулся к уведомлениям от Системы. Она тут же высветила мне три базовых навыка, выбор из которых я пока ещё не сделал:

«Укол» (Активный). Колющий удар, игнорирующий 15 % брони цели. Требование: меч или копьё.

Достаточно базовый навык для атаки. Каких-либо особых условий у него нет, да и я для сражения обычно предпочитаю именно меч. Простой и понятный выбор.

«Твёрдый блок» (Пассивный). Уменьшает урон при успешном блоке на 10 %. Не работает против дробящего оружия.

Это уже подспорье для защиты. Такой блок может сделать каждый бой ненамного, но неизменно легче.

«Второе дыхание» (Активный, редкий). Однократное восстановление 10 % здоровья. Откат: 24 часа. Требование: уровень здоровья ниже 30 %.

Это уже интересней. Система классифицировала его как редкий. Но меня привлекло даже не это, а условия для активации. Дважды за последние сутки я явно находился ниже порога в тридцать процентов. Сначала при битве в хуторе, а затем на развилке. Оба боя были тяжёлыми. И в чём я был точно уверен, так это в том, что чем дальше мы будем заходить в Предел, тем тяжелее будут сражения.

В таком случае даже десять процентов здоровья могут означать разницу между жизнью и смертью.

Я выбрал «Второе дыхание». И вслед за ним распределил характеристики. Мне всё ещё не хватало боевой мощи, но вместе с тем я не забыл центуриона из своего видения. Поэтому, кроме силы и ловкости, немного повысил и волю.

Сила: 5 → 7 (+2)

Ловкость: 5 → 7 (+2)

Воля: 2 → 3 (+1)

В итоге мой статус выглядел вот так:

Имя: Кассиан / Кир

Уровень: 5

Класс: отсутствует

Ветвь развития: Путь Изгоя (ур. 2)

Сила: 7

Ловкость: 7

Интеллект: 3

Воля: 3

Мудрость: 1

Телосложение: 5

Базовые навыки (4/4): «Звериное чутье», «Финт», «Рассечение», «Второе дыхание».

Коллекционер (3/3): «Теневой скачок», «Комбинации», «Ледяное касание».

С неотложными делами было покончено. Молодого солдата, который должен был отвезти нас на кухню, нигде не было видно. Так что я решил последовать совету и для начала хорошенечко отдохнуть…

— … Уже жрать охота, а он всё спит, — донеслось до меня знакомое ворчание откуда-то совсем близко. — Такими темпами из каши всё мясо съедят без нас.

— В твоих словах совсем нет логики, — тут же добавил монотонный быстрый голос. — Солдат в форте осталось совсем мало, а значит, мяса в каше съедят меньше, а не больше.

— Эх ты, котелок, — добродушно добавил явно голодный Бертран. — Сразу видно, что ты солдатом не был. Если людей становится меньше, то и мяса становится меньше. А иногда его и вовсе убирают.

Было буквально слышно, как шестерёнки в голове Лазаря заработали и ушли в глубокий анализ сказанной Бертом прописной истины.

Моё тело ломило от усталости, а раны зудели и всё ещё отдавались болью, когда я вдыхал или выдыхал слишком резко. Не знаю, сколько я проспал, но живот тут же предательски заурчал.

— Вы и мёртвого с того света достанете, — зевнул я и открыл глаза.

Бертран и Лазарь находились у окна в паре шагов от моей кровати. У Берта была перевязана и закреплена сломанная рука, а Лазарь сидел на подоконнике с перебинтованной головой и вертел в руках простенькую деревянную трость.

— Как-никак очнулся, командир! — радостно воскликнул Бертран. — Там это, ужин уже идёт…

Я поднял взгляд и увидел, как через окно пробиваются красноватые лучи солнца. Знатно я покемарил, раз прошёл уже целый день.

— И чего мы тогда ждём? — усмехнулся я и медленно сел на койке.

Боль никуда не ушла, но была вполне терпимой. На краю койки лежали чистые штаны и рубаха серого цвента.

— Ты уж меня прости, но твой гамбезон и штаны так подрали, что их только на тряпки пустить, — чуть виноватым тоном произнёс Берт.

— Ничего страшного, — произнёс я и взял в руки грубоватую на ощупь, но крепкую рубаху. — Перед вылазкой всё равно нужно будет закупиться одеждой.

Бертран кивнул. Я выразительно посмотрел на своих бойцов, намекая на то, что меня стоит ненадолго оставить одного. Бертран почти сразу уловил сигнал и слегка толкнул в плечо Лазаря.

— Ну мы это, на улице подождём, — бросил он и двинулся на выход.

Лазарь спрыгнул с подоконника вслед за ним, но уходить не спешил.

— У тебя есть ещё что-то ко мне? — спросил его я.

Лазарь молча протянул мне трость.

— Это обязательно? — поморщился я и не спешил её принимать.

— В твоём состоянии лучше убрать лишнюю нагрузку с колена, — уверенно затараторил он. — На ночь я положу кое-какие компрессы из своего арсенала, но это не значит, что всё заживёт за два дня. Если начнётся хронический…

— Избавь меня от деталей, — тут же взялся за трость я. — Меня уже просили сегодня отдохнуть целую седмицу, будто и не было никакого нападения на баронство.

Лазарь слегка скосил глаза в сторону.

— А, это лекарка дала тебе трость? — наконец дошло до меня. — Вот ведь хитрая женщина…

— Я тоже буду ожидать на улице, — избежал ответа Лазарь и покинул больничное крыло.

Я по возможности быстро оделся и аккуратно поднялся с кровати без трости. Колено предательски закололо. Я выругался, взял в руки трость и перенёс часть веса на неё.

— И вправду полегче, — выдохнул я.

И направился во двор. До того как вопрос снаряжения стал совсем неотложным, мы направились на кухню. Впервые с момента нашего прибытия в форт было очевидно, что гражданских жителей в нём было гораздо больше, чем солдат. Конечно, так оно было с самого начала, но сейчас патрули были больше похожи на быстро собранное ополчение с копьями, вилами и палками, нежели на профессиональных солдат. Впрочем, пока я ковылял через двор, вопрос того, что подают на местной кухне, волновал меня гораздо больше.

В здании кухни было несколько длинных столов и лавок, за которыми ужинали с полдюжины ополченцев, а со стороны кухни доносился приятный запах еды. Мы взяли по миске горячей каши и, к большой радости Берта, мяса в ней оказалось достаточно. А также в достатке было хлеба, кваса и пареной репы, которыми мы не преминули угоститься. И заняли место с краю одного из столов.

Еда оказалась очень добротной, а холодный квас после дымящей соленой каши оставлял приятное, слегка горьковатое послевкусие. Мы заговорили только когда наши ложки перестали стучать по дну мисок.

— В южной части двора есть торговец, — сказал Бертран и сделал большой глоток кваса. — Ух, хорошо… Так вот, тот молодой солдат, что нас встретил, сказал,