"Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 - Nicols Nicolson

Задумавшись на какое-то время, очнулся от этих воспоминаний - мимо продолжали мелькать всякие незатейливые пейзажи, и мне постепенно захотелось есть. Но перекусить в придорожных заведениях мне не хватало решительности. Я – человек неробкого десятка, но на такой риск решиться никак не могу. Натура моя – осторожная, предусмотрительная и осмотрительная. Эти качества начали формироваться в моем характере давно, еще в младших классах средней школы. И я опять мыслями перенесся в далекие времена, когда, как говорят, деревья были большими.

Большего экспериментатора, чем мой старинный друг Герман, обрусевший немец совсем не немецкой внешности, я не встречал. Его первый, оставшийся в памяти эксперимент, чуть не вышедший мне боком, был таковым. Мы решили ходить на рыбалку. А в этом деле, что самое важное? Правильно - грузила. Без них ни крючок на глубину быстро не опустится, ни поплавок функционировать не будет. Герка предложил собрать около тира использованных пулек для пневматических винтовок, расплавить их и отлить требуемую снасть. Так мы и сделали.

- А как отлить? Кто знает? - спросили мы с Лешкой хором.

Наш многоопытный друг сделал шаг вперед и бодро произнес уверенным тоном:

- Я! Я читал, как заниматься литьем. Идемте со мной.

И мы пошли. Пошли смешливой гурьбой, захватив с собой старую консервную банку, на одну треть заполненную расплющенными пульками, а также спички.

Герка нашел укромное место, где был участок с сырой землей. В нее-то мы, по совету всезнающего друга (но не владеющего элементарными знаниями физики, к сожалению, особенно моему), и втыкали гвозди – «сотку» по самую шляпку, чтоб сделать глубокие формочки. Быстро соорудили костер. А затем расплавили свинец, заворожено, впервые в жизни, наблюдая за процессом «таяния» металла. Вот он потек, подернулся мутноватой пленкой шлака. Готов! Можно отливать стерженьки по форме гвоздей, которые планировалось нарубить на маленькие грузильца. Коренастый Герка наклонился к самой земле и начал вливать жидкий свинец в маленькие отверстия. Он был в одних шортах. За ним стоял, тоже в одних шортах, выпятив пузо, (уже в детстве он любил чрезмерно питаться всякой всячиной, и был толстяком) беспечный Леха. А самым осторожным сам себе казался я - предусмотрительно на всякий случай расположившийся за Лехой, дальше всех от места проведения интересной, но смутно казавшейся опасной манипуляцией. Я был одет в спортивные брюки и рубашку. Ну, казалось бы – все предусмотрено. Чисто интуитивно, но все! Через мгновение оказалось, что все, да не все. Во всяком случае, для меня…

От воздействия расплавленного металла в проделанных в сырой земле гвоздем узких каналах – формах образовался пар, выплеснувший вверх жидкий свинец. Фонтанировавшим свинцом Герке залепило тогда еще торчащий чуб. И, слава Богу, больше ничего. Капли перелетели через так ничего и не понявшего Леху, стоявшего с удивленно открытым ртом, и залепили мне весь нагрудный карман рубашки, а также рассвирепевшими дикими осами вонзились мне в затылок, после того как я мгновенно, в испуге, развернулся спиной к стае расплавленных капель свинца. Почувствовав дикую боль, я с подвываниями инстинктивно пронесся метров пять, пока не понял, что все окончено.

Грузила отлиты! Можно отлепить их от затылка, отодрать от рубашки. Герке мы потом очень бережно, осторожно и с любопытством отрезали тупым перочинным ножиком (это ж было на улице, откуда взяться ножницам) пряди волос. Тогда я впервые понял, что не всегда предусмотренная осторожность обеспечивает надежную безопасность. Также я впервые и на всю жизнь зафиксировал впечатляющую картину: событие, длившееся долю секунды, растянулось в моей памяти в замедленном темпе, отдельными кадрами. Вот начинает вздыбливаться влитый в отверстия жидкий металл. Постепенно многочисленные его сверкающие на солнце капли перелетают через моих друзей и вонзаются в мою грудь. Вижу даже, как я инстинктивно мгновенно разворачиваюсь через правое плечо. Дальше – все, ничего не вижу, на затылке глаз нет. Ни зеленого, ни серого. Одна боль, которая почему-то гонит меня вперед. Откуда я мог знать, что подобную покадровую картину в замедленном темпе я увижу при более страшных, трагических обстоятельствах очень-очень далеко от дома, за тридевять земель…..

Мои ностальгические воспоминания были прерваны визгом тормозов какого-то идиота, пытавшегося обогнать меня в нарушение всех правил и зацепившего встречную иномарку. Закон тяготения вернул его машину на бренную землю. Предварительно, правда, она (ни в чем не повинная машина) изрядно покрутилась по – всякому – скорость – то была шальная! Мне пришлось вместе с другими свидетелями остановиться, оказать помощь, дождаться полиции и далее по списку. Не буду все это описывать.

С прибытием к месту проведения очередного отпуска я сильно опоздал по вышеуказанной причине. В «Звезде» никогда не был, и если честно, то об этом санатории не слышал. Когда подъехал, то подумал, что переместился во времени. Территория и здания санатория являлись символом ушедшей советской эпохи, только внешний облик зданий немного подновлен на современный лад. А зайдя в административный корпус, понял, что в корне ошибся. Все здесь приведено в соответствие к требованиям современности.

Весьма расторопными работниками этой кузни здоровых внутренних органов (как любил говаривать знакомый патанатом: в человеке должно быть все) мне быстро, без проволочек, оформили документы на поселение и предоставили в распоряжение двухкомнатный номер со всеми возможными удобствами, техникой и средствами связи. В гостиной - удобный диван с креслами, обтянутые барроканом расцветки в английском стиле. На стене - огромная, в шестьдесят пять дюймов, телевизионная панель, принимающая более двух сотен каналов. Желающие могут воспользоваться проводным Интернетом, если взяли с собой ноутбук, или вай-файем, если на руках имеется планшет или смартфон. Почти всю спальню занимала широкая, просторная кровать с очень хорошим матрасом (и с его жесткостью угадали – я люблю пожестче), сбоку сиротливо примостились две тумбочки, в одну из которых я в мгновение ока определил свое нехитрое военно-холостяцкое имущество. Душевая комната и туалет, тоже в норме, все аккуратно и чисто. Никаких претензий к санаторному начальству не возникло. Пока все нормально и настраивает на беззаботный отдых, тем более после такого автопробега с препятствиями.

К услугам отдыхающих предоставлялись водные мотоциклы, лодки, рыболовные снасти. Этим можно воспользоваться на озере со странным названием «Левый затон». Каким бы странным название мне не показалось, а вот вода в нем чистейшая, и дно песчаное. Я после поселения искупался, так сказать, окунулся в водный мир санатория. И это мне тоже пришлось по вкусу. Только отзвучало в голове последнее слово, как отозвался