Два клинка огненной ведьмы - Ирина Владимировна Смирнова

А с другой стороны… Ей хотелось именно Остина, и, раз его семья согласилась, он обязан был смириться! Вместо этого, как в старинной пьесе, все умерли…

— Как же все сложно! — Не выдержав, я тяжко вздохнула и, окинув взглядом своих парней, предложила: — Ну что, в джакузи?

— Сначала поешь. — Калеб пододвинул ко мне тарелку с салатом и направился к микроволновке — греть остальное.

Спорить я, понятное дело, не стала, так как уже приехала голодной. Но во время еды краем глаза следила за Рубеном. Тот сначала лениво водил вилкой по тарелке, потом вошел во вкус и вгрызся в стейк, выплескивая всю свою злость.

Калеб тоже оценил хищные замашки сородича и, когда наши взгляды пересеклись, оскалил клыки, изображая волка. Хорошо, что вслух шутить не стал. Рановато пока…

— А теперь… в джакузи! — объявила я после того, как мы наелись и напились чаю.

В этот раз мы больше расслаблялись, то валяясь среди массирующих струй, то плавая в бассейне, то развалившись на полках в парной. Заодно выяснили, что мы с Калебом предпочитаем влажную, а Руби — сухую парилку.

Но конечно, иногда мы добирались до медитационных ковриков, накрытых полотенцами. А иногда и не добирались. Куни на лесенке бассейна мне тоже понравилось, и некоторые тренажеры оказались просто созданы для секса…

В общем, мы опять расслабились настолько, что, вернувшись домой, сразу отправились спать — втроем, без ужина. А утром умчались в академию, с головой занырнули в предсессионные будни и не выныривали до самых выходных.

Расследование почти закончилось, и теперь оставалось дождаться торжества справедливости. Но это, к сожалению, дело небыстрое. Доказательства, заседания, бодания прокуроров и адвокатов, к тому же часть преступников — в другой стране, с другими законами. Придется терпеливо ждать и надеяться.

Единственным отвлечением от учебы был звонок Хизар. Мы с Алисой как раз, мило болтая, спускались в столовую, вокруг гомонили, топотали и гоготали такие же торопящиеся вниз студенты, так что пришлось создавать антишумовой кокон и включать громкую связь. Естественно, Алиса тоже оказалась в коконе — не буду же я ради почти незнакомой ведьмы обижать подругу?

— Я звоню тебе по поводу фамильяра… Он же у тебя временный? Уступи его потом мне!

— Э-м-м…

Я даже зависла от столь наглого предложения. И ведь совсем недавно размышляла о том, что в нашем веке все союзы лишь добровольные, оборотней насильно не привязывают и уж тем более ими не торгуют.

— Слушай, у тебя и так два ведьмака. Зачем тебе еще и лис? А у меня от него прям экстаз — обожаю рыжих. Любые деньги заплачу, только уступи!

— Прости, не могу…

Нравоучительная речь о том, что приятелями не торгуют, изначально была бессмысленной. Поэтому я собиралась сказать, что срок временной связи уже закончился, Исаак снова свободен, так что проще поговорить с ним напрямую. Только внезапно вспомнила Лейлу, идущую к своей цели, как таран. Возможно, конечно, Хизар другая, но вдруг я ошибаюсь? Поэтому в итоге сказала совсем другое:

— Сама хочу совратить его на постоянный контракт. Он такой зайка, когда не на работе!

Еще немного поторговавшись, Хизар сдалась. Я выдохнула, убрала телефон и с удивлением посмотрела на Алису:

— А ты чего завяла? Побежали скорее — Рубен должен был взять нам еды и занять столик!

Глава 34

Добравшись до столовой, прежде чем зайти, я какое-то время постояла, наблюдая за Рубеном. Алиса, чтобы меня не выдавать, притаилась рядом.

— Слушай, мне кажется, что друзей у Руби стало меньше? — уточнила я, отметив, что совсем недавно, уже после смерти матери, возле моего мужа крутилось ведьмаков пять-шесть, а теперь — всего трое.

— Тебе не кажется. Это из-за отца…

— Из-за того, что он оборотень? — Я в изумлении уставилась на подругу. — Тоже мне нашли причину!

— Из-за того, что он изменник и умер от диареи. — Алиса с интересом посмотрела сначала на меня, потом на Руби. — То есть на самом деле он сын фамильяра госпожи Лейлы, верно? Я всегда это подозревала, они же даже чем-то похожи!

— А Руби никому об этом не сказал? — теперь я перевела удивленный взгляд на Рубена, оценила, что тот не выглядит несчастным, только постоянно косит на дверь столовой, ожидая меня. — Странно. Но тогда и ты не говори, хорошо?

— Хорошо… — Тут Алиса немного замялась, прежде чем выпалить: — А тебе точно нужен тот милый рыжий следователь? Или ты просто так сказала, чтобы отвязаться?

— Тебе понравился Исаак? Продавать его я не стану, даже не проси! — Я хмыкнула, про себя похихикав, что мой зайка, прямо как медом намазанный.

Нет, он и правда симпатичный, взгляд умный, веснушки милые, хитрые искорки в зеленых глазах, заразительная улыбка и потрясающее нахальство. Но все равно удивительно, что им заинтересовалась такие разные ведьмы: Лейла, Хизар, а теперь еще и Алиса.

— Не надо продавать! Ты что, так я не хочу… Хочу познакомиться поближе, поговорить, — окончательно смутилась подруга.

— Можно организовать, — самоуверенно заявила я. — Да хоть в эти выходные! Пикник устроим где-нибудь на природе.

— Ой… так быстро…

— А чего тянуть-то? — подмигнула я внезапно порозовевшей Алисе и направилась к уже заждавшемуся меня мужу.

Выяснять, почему он не защищается от обвинений, объяснив всем, что Остин ему не отец, я решила уже дома. Ясно только одно — это его личный выбор и ни разу не проблема. Потому что выглядел Руби абсолютно довольным и счастливым. Особенно после моего поцелуя.

А дома, поужинав, я, как и планировала, спросила у моего конспиратора, с какого перепугу он не рассказывает всем о Бобби. И выяснила, что это у него такой способ отделять зерна от плевел.

— Знаешь, очень удобный фильтр оказался.

Парни хитро распределили дежурства по кухне. Завтраками теперь заведовал Калеб, как любитель вставать пораньше, ужинами — Руби, а обедами они занимались по очереди.

Так что, объясняя мне свой хитрый план, Рубен одновременно убирал со стола. А я, откинувшись в кресле, посасывала через трубочку «Калинку» из баночки и размышляла, идти ли сидеть на террасе или нам и тут хорошо.

— Парням, которые остались, на все эти «яблочки от яблони» плевать. Они со мной, потому что хорошо меня знают. Настоящие друзья. А те, кто свалил… Ну я их не обвиняю, конечно. Но зачем мне этот балласт? Мы же скоро академию закончим.

— Какой ты у меня продуманный.

Усмехнувшись, я поймала мужа за руку, как раз когда он попытался забрать у меня опустевшую банку. Наши пальцы переплелись, и Рубен довольно заулыбался.