Учитель Особого Назначения. Том 5 - Илья Игоревич Савич

— Сергей Викторович, добрый день, — поджав губы, произнёс он. — Прошу прощения за вторжение… Но не могли бы мы с вами переговорить прямо сейчас?

Глава 14

Я вышел в коридор и прикрыл за собой дверь.

Тут же изнутри донёсся топот двух дюжин любопытных бесят, но заклинания-шумоглушители у меня тут остались ещё с прошлого разговора с Громовым, так что им ничего не получится услышать.

— Сергей Викторович, благодарю… — явно перебарывая себя, почтительно кивнул барон Колесников.

— Не стоит, — слегка улыбнулся я. — По какому делу вы прибыли, Всеволод Мирославович?

— Я хочу поговорить насчёт моего сына.

Взгляд барона чуть изменился. Он будто боялся меня или скорее моего отказа. Он ведь знал, что его действия доставили мне кучу проблем.

— Ярослав очень талантливый парень, — кивнул я. — Но его классный руководитель не я, а внеурочно мы ещё не успели познакомиться слишком близко. Пока что я могу сказать лишь то, что он очень хорошо развит физически.

Вообще-то я куда сильнее изучил этого пацана, но рассказывать об этом, тем более Всеволоду, не хотелось.

— Об этом я и хотел поговорить, Сергей Викторович, кхм… — снова замялся гордый аристократ, словно он был школьником без домашки. — Во-первых, хотел бы принести свои глубочайшие извинения за предоставленные неудобства.

Но начал он как подобает. Хм, что ж. Тогда стоит уделить ему немного времени.

— Уверяю, мои действия были продиктованы исключительно желанием дать своему сыну наилучшее. А вы — именно лучший учитель во всей академии.

Лесть? Это приятно, но меня не трогает. Минус балл, господин Колесников.

— Поэтому прошу не относить мой проступок к Ярославу, Сергей Викторович. Если у вас осталась обида ко мне, то…

— Эта обида может обостриться, Всеволод Мирославович, — холодно прервал его я. — Неужели вы думаете, что я способен отыгрываться на ученике за проступки его отца?

Во взгляде барона тут же вспыхнул истинный страх, а Источник дёрнулся в тревоге.

— Нет-нет, что вы! — поспешил он оправдаться. — Я не… я!.. Простите! Ещё раз простите, был неправ!

Я милосердно кивнул, но для себя отметил, что Всеволод слишком уж боится. Похоже, от нашего разговора зависит слишком многое, иначе аристократ не стал бы его даже затевать, не говоря уже о таком странном поведении.

— Всеволод Мирославович, — тихо, стараясь его успокоить, проговорил я. — Объясните всё с самого начала, пожалуйста. Я так понимаю, у вас что-то случилось и я могу вам помочь. Верно?

— Д-да, — вздохнул Колесников. — Дело в том, Сергей Викторович…

Он замешкался, раздумывая, стоит ли раскрывать карты. Но, видимо, решил их раскрыть и быть искренним.

— Дела моего рода плачевны, господин Ставров, — произнёс он тихо, чтобы никто лишний не услышал. — Мы слишком зависели от расположения некоторых покровителей, но теперь они от нас отвернулись… Кхм, граф Белов вполне прозрачно намекнул, что не желает иметь ничего общего с моей семьёй. А это в том числе значит, что Ярослав должен покинуть свой класс.

Это была опасная искренность. О таком не распространяются, даже если все связи с прошлым «сюзереном» разорваны.

Среди аристократов нередки подобные отношения, где одни семьи по факту подчиняются другим. Официально присяга может быть дана только Империи, народу и императору, но при ближайшем рассмотрении всё куда сложнее.

По сути, Колесниковы теперь крайне уязвимы, если я правильно понимаю. И распространяться об этом — значит обратить на себя внимание своих врагов.

Но я не был их врагом.

— Значит, вы хотите… — нахмурился я.

— Да, — кивнул Всеволод. — Сергей Викторович, прошу принять моего сына в свой класс!

С этими словами он низко поклонился и замер в такой позе, ожидая моего вердикта. Что же там происходит у него в семье, что такой плёвый вопрос требует подобного?

— Поднимитесь, господин Колесников, — мягко сказал я. — Ваша просьба не стоит такой самоотдачи. Я с удовольствием приму Ярослава к себе, вам не стоит ни о чём беспокоиться.

— Стоит! — возразил Всеволод всё ещё в поклоне. — Сергей Викторович, я должен предельно ясно объяснить. Я очень надеюсь, что Ярослав в академии будет под вашей защитой!

Похоже, я угадал. Всеволод хочет обезопасить сына в опасные для рода времена.

— Я пригляжу за ним, будьте уверены.

Я положил руку на плечо обеспокоенному отцу — не барону. Сейчас он был просто отцом, который страшно боится за своего сына. И несильно потянул его кверху, чтобы он наконец-то смотрел мне в глаза. Ненавижу подобные поклоны.

— Благодарю, — тихо произнёс Всеволод. — Благодарю вас, Сергей Викторович… Отныне я ваш должник!

Что ж, иметь в должниках барона вполне себе неплохо. И я его за язык не тянул, хе-хе!

— Эм, кстати, — нахмурился я. — А когда именно вы хотите перевести Ярослава?

— Ну… как бы сказать… — виновато улыбнулся Всеволод.

━─━────༺༻────━─━

— Шалопаи! — объявил я, резко распахнув дверь в аудиторию. — У меня для вас замечательные новости!

Мой первый шаг через порог заглушил топот множества ног. Это бесята возвращались на свои места после неудачной слежки. И теперь они смотрели на меня двадцатью четырьмя парами невинных глаз.

А, не. Двадцатью тремя. Тихомир спал. Впрочем, как всегда.

— Что такое, Сергей Викторович? — заёрзала Анжела.

Её особенно нервировала интрига и терзало желание узнать, о чём мы там разговаривали с Колесниковым.

Отцом ученика из другого класса, между прочим! Класса непримиримых соперников!

Ну, так было раньше. Потому что Всеволод сначала обратился к Лене, и та уже оформила все документы, потому что и без этого представления знала мой ответ.

— Ваш новый одноклассник! — сверкнул я улыбкой и направил указку в сторону двери. — Ярослав Всеволодович Колесников, прошу любить и жаловать!

Парень настороженно вошёл в кабинет и мельком глянул в сторону рядов. В ответ на него пялились двадцать четыре удивлённых глаза.

Да-да, даже Тихомир охренел и вдруг проснулся!

Ненадолго, правда. Пару секунд поглядел, убедился, что это ему не почудилось, а затем плюхнулся опять мордой в стол.

— Нахрена⁈ — воскликнул Даня.

Он с особой «любовью» уставился на своего личного соперника. Тёрки между этими двумя не закончились после академических соревнований, просто сделали перерыв.

— А Калугиных же не переводят⁈ — испугался Саня.

— Нет, они остаются в «А»-классе, — хмыкнул я.

—