Информационный шум - Владимир Семенович Мельников

– Хорошо, – согласилась Таня, затем взялась помогать с устройством в гостиной небольшого застолья. Меж тем беседа продолжалась без остановки на сервировку и наполнение чашечек, а ключевые идеи добухгалтерской деятельности были свёрнуты хозяином в полушутливый тезис:

– Деньги – это омертвлённый труд, причём обычная валюта – труд, похороненный по христианскому обычаю, акции – прах труда после кремации, а криптовалюта – сама смерть, отпетая по сатанинскому обряду!

– Чудесно! Надо опубликовать… – так с улыбкой гостья оценила оригинальное мужское остроумие. Затем взгляд Татьяны сменился на серьёзный, даже печальный и она сказала:

– Знаете, в нашей реальной истории тоже есть то, что нельзя купить за деньги…

После такой смены настроения наступила тишина и, прежде чем последовало продолжение, из сумочки гостьи появился планшет, в котором пришлось что-то долго искать. Наконец открылась нужная фотография, и прозвучал вопрос:

– Вы помните?

Михаил Антонович присмотрелся к изображению, прочитал надпись: 4А класс, год и номер школы, узнал одноклассников и с удивлением ответил:

– Да-а, у меня тоже где-то такая есть…

– А ребят помните? – уточнила, чего хочет знать Татьяна.

К этому вопросу прозвучали неуверенные пояснения:

– Не всех, не всех, меня из этой школы перевели в другую…

– Крайняя справа, кажется, Нина…

Крупная девочка выделялась среди сверстников, поэтому была показана и названа первой, вслед за ней бывший ученик вспомнил ещё несколько ребят, в том числе Вадима, Вову и Толю, про которых было сказано:

– Мои друзья!

На что Татьяна отреагировала словами:

– Ну, что ж, могу порадовать, привет вам от Вовы…

– Да-а! А где он, чем занимается? – заинтересовался и загорелся ошарашенный слушатель.

На это последовало пояснение:

– Ну, сейчас он не в Москве, но, думаю, вы скоро сможете встретиться.

– А мы с ним о вас говорили и вот, что он рассказал…

Дальше Михаил Антонович узнал, что всплыла давнишняя страшная быль с его похищением и благополучным освобождением. Про то, как бешеный Андрей с взрослыми подельниками отнимали деньги и, как друзья их отследили…

– Было, было, такое, – подтвердил бывший похищенный школьник, но кое с чем не согласился и возразил:

– Только за меня им следовало отдать вовсе не деньги, об этом мне отец признался уже много лет спустя…

Собеседники ещё некоторое время разглядывали снимок, но малолетнего соучастника разбойников среди одноклассников не оказалось, видимо, фотографировали после отчисления. Татьяна сказала об этом и ещё подтвердила главное, а именно то, что от родителей требовали вовсе не деньги. В связи с этим она подробно разложила факты по «полочкам»:

– Там настоящая бондиана развернулась в стиле Яна Флеминга. Пока малолетки у вас как бы отнимали деньги, из портфеля вытащили ключи от квартиры и сделали слепки. Потом влезли в квартиру, всё перерыли, но то, что искали не нашли. Ваши родители пришли с работы, обнаружили погром, вызвали милицию, и первая версия сводилась к тому, что воры искали деньги и ценности. Такое мнение сложилось, поскольку жили вы заметно и не бедно (машина «Волга», вещи заграничные и всё такое). Однако дома-то ничего не было и не пропало, поэтому милиция, как положено не среагировала. И только, когда вас похитили, дело забрали в КГБ.

Требовали за вас ни много ни мало, а записи результатов геодезии и геологии по нескольким странам. Освобождение ребёнка оперативники планировали при передаче документов, правда, риск был огромный, к счастью, раньше всё разрешилось, поскольку одноклассники оказались в подходящее время в подходящем месте… В итоге взрослых соучастников тогда судили за шпионаж, а суд был закрытый. Двух сотрудников посольства Великобритании выдворили, они действовали в интересах третьей стороны, только, как говорится, это осталось за кадром.

Михаил Антонович, конечно, не знал всех названных деталей, поэтому, внимательно выслушав историю, в которую когда-то попал, заново прочувствовал произошедшее и своё ощущение высказал словами:

– Да-а, дела!..

– Жаль, что обесценилось всё то, ради чего люди трудились.

– Знаете, отец до последнего ходил на работу, до окончательной приватизации его института.

– Я у него спрашивал, зачем, чем занимаешься?

– А он лишь отвечал, что защищает свою лабораторию от коммерсантов!

– Когда в итоге всё стали увозить на свалку, самое чувствительное забрал на память.

– Посмотрите, вот… Это, вчера достал с антресолей…

Хозяин встал, подошёл к полкам, под которыми стоял немаленький чемодан, уложил его на пол, открыл, и показал содержимое. Внутри лежали папки, несколько десятков толстых тетрадей большого формата, магнитофонные бабины с широкой лентой для старых компьютеров и даже какой-то приборчик с датчиками. Он, как позже выяснилось, был разработан и выпускался по одному из изобретений Антона Михайловича, отца Михаила Антоновича.

– Возможно, здесь есть то, что мы ищем, – сказала Татьяна и попросила разрешения посмотреть.

– Да, да, конечно, конечно, смотрите, для вас и приготовил, – ответил хозяин, очень довольный тем, что добро, которое не знал куда приспособить, хоть кому-то понадобилось.

Все вещи в чемодане были с этикетками, напечатанными на машинке. Некоторые из этих наклеек, правда, едва не отваливались, поскольку от времени их перестал держать клей. Надписи на этикетках, очевидно, означали страны, с которыми было связано содержание: Куба, Китай, Китай, ещё Куба, Чили, Индия, Вьетнам, Ангола, Непал, Монголия, Афганистан, Иран, Мали, Мозамбик, Йемен…

– Клуб кинопутешествий отдыхает, – удивлённо и радостно отметила гостья.

Она открыла одну тетрадь, другую, третью, только ничего не поняла. Записи в основном представляли из себя таблицы с множеством чисел. Где-то были указаны номера скважин, глубины, где-то просто обозначения неизвестными символами…

– Сами мы не разберёмся, – сделала вывод Татьяна и предложила:

– Надо отвезти специалистам, можем прямо сейчас, не возражаете?

Хозяин, не раздумывая, решился расстаться со своим «кладом», и гостья по телефону с кем-то договорилась о машине и встрече в управлении. Время до отъезда тоже не было потрачено напрасно. В одной из папок оказались снимки, на которых Михаил Антонович почти никого не узнавал кроме мамы и папы. Видимо, вместе с родителями были сфотографированы сослуживцы или местные жители в разных частях света. Пара цветных, остальные чёрно-белые изображения почти все на фоне горной местности сохранили образы людей в походной форме с рюкзаками и геодезическим оборудованием. Только на одном снимке в большом актовом зале был известный всем Фидель Кастро, а рядом с ним женщина.

– Мама, – пояснил Михаил Антонович…

– Фидель за помощь в восстановлении предприятий дарил нашим специалистам автомашины, на Кубе символические ключи вручал или документы, а машины уже дома выдавали, так у нас появилась 21-я «Волга».

– Пухленька такая, знаете? Я ещё в школу ходил, а вы-то, наверно, такую не видели никогда?

– Знаю, видела и даже за рулём сидела, – возразила Татьяна и для убедительности добавила: