Хозяюшка Покровской крепости. Книга 2 - Талия Осова

эта молоденькая девушка была вдовою и отказалась возвращаться в отчий дом. Они с управляющим являлись единственными вольными людьми в усадьбе Гуреевых. Муж Нюси был старше её почти на пятнадцать лет и служил кормчим на каком-то парусном судне, но сгинул где-то близ русского селения Самарово, расположенного в месте слияния двух крупных рек — Иртыша и Оби. Молодая женщина была вынуждена искать работу и освобождать жильё, которое заняли наследники супруга.

Со слов Анны, это селение достаточно крупное и занимается в основном рыбным промыслом. Также учёные люди проводят там свои различные изыскания, не скупясь, платят местным жителям за посильную помощь.

Что можно искать в таком месте? До времени, когда начнут добывать углеводороды в тех краях — ещё очень далеко...

Меня больше всего поразила незащищённость женщины. Как так вышло, что после смерти мужа она осталась ни с чем? Поэтому хотелось как-то в будущем обезопасить себя. Анну по-человечески было жаль. Для женщины остаться без собственного угла и опоры в это время — очень страшно. Хотя я здраво понимала, что мой опекун всё-таки не оставит меня в беде. Иван Фёдорович Калашников был человеком слова и чести. Да и дом родителей в Покровской есть у меня. Так, вроде выходит, что и переживать мне не стоит.

Уже позже прокручивала эту историю у себя в голове и кое-что вспомнила.

«В месте слияния названых рек расположен Ханты-Мансийск. Я хорошо помню открытку со стадом мамонтов Археопарка, который расположился у подножия уникального геологического памятника — Самаровская гора и средневекового археологического объекта — Самаровский городок, — вдруг осенило меня. - Всё остальное появится там гораздо позже, как и бронзовые скульптуры древних животных и композиция в виде стоянки первобытного человека»...

Если бы эта открытка не лежала у меня под стеклом на рабочем столе в течение нескольких лет, то сейчас я об этом бы даже и не вспомнила. Мне понравилась фотография с величественными животными, которые были единой семьёй. Поэтому я оставила её когда-то у себя перед глазами, как символ несбывшейся мечты...

Совсем скоро запланировали посев баклажан, перца, томатов и картофеля на рассаду. Думала о посеве чернушки, но это, если останутся свободные ящики и место для них. Лук можно вырастить крупным сразу и в открытом грунте при должном уходе из семян. Меня беспокоило, что я не знала особенностей климата этого района и была высока вероятность, что вызревания урожая мы не дождёмся.

Наличие теплицы в какой-то мере помогло бы решить некоторые вопросы, как и более раннее выращивание рассады. Но был ли в этом смысл?

Я хорошо помню, что в какие-то года нам с бабушкой приходилось собирать зелёные помидоры с кустов и свозить их ящиками в квартиру. Баклажаны и перец сеяли почти сразу после крещенских морозов. Уже позже начали подбирать сорта с ранним или ультраранним сроком созревания, появились новые гибриды, районированные к Сибирскому климату. Только никогда не забуду, как мы перебирали свой урожай и часть отправляли сразу на переработку, а другую приходилось постоянно перекладывать с места на место в поисках дозрелых плодов.

«А ведь можно томаты солить в зелёном виде или нафаршировать их острой морковью! Пусть вкус совсем не такой, как у спелых, но так тоже получается очень вкусно, — вдруг осенило меня. - Главное — дождаться этого урожая и вспомнить бабушкины рецепты. У Аграфены в блокноте ничего подобного нет» , — вспомнилось с сожалением.

Мы с Силом Капитоновичем успели познакомиться с четырьмя женщинами средних лет из казённых крестьян. Для знакомства пришлось идти в деревеньку. Было сразу заметно, что избы поставлены очень давно. Они сильно отличались от тех строений, что были в нашей деревне — потемневший сруб в полтора или два этажа и очень высокое крыльцо. Надворные постройки в удалении от дома почти отсутствуют, а те, что есть, лишь навивали тоску своим видом. Даже наличники и глухие ставни на небольших окнах, затянутых пузырём, говорили о древности строений.

Такую манеру возведения жилья видела как-то по телевизору, когда рассказывали в передаче о поморах Европейского Севера. Возможно, и в этих краях такой приём строительства был вполне разумным. Толстые брёвна отлично сохраняли печное тепло. Жилая изба стоит на подклете, защищая от сырости и снежных заносов, там же хранились припасы или держали скот. Двускатная крыша, покрытая дранкой, выдерживает сильные снегопады. Надворные постройки, в том числе и колодец, тесно лепятся к избе, объединяясь под общей крышей. При таком строительстве в любую погоду можно выйти свободно за дровами, водой или управиться со скотиной.

Когда здесь поселились казённые крестьяне? От деревни веет какой-то глухой безнадёгой. Хотелось расплакаться от досады. Получится ли с таким настроем показать людям, что можно жить гораздо лучше? Ведь им выпала удача. Если ухватятся за возможность обеспечивать провизией Тобольский гарнизон, то и сами внакладе не останутся. Научатся использовать все приёмы эффективного земледелия, и урожаи будут радовать.

В селе не увидишь ни лощеной сытости, ни голодной нужды — жили ровно, без излишеств. Огороды у многих просторные, щедрые на урожай, что уже подспорье немалое. А вот скотины, по словам Анны, в обрез: на всё Карачино всего четыре коровы с телятами да один бычок. Помнится, когда наши переселенцы из Саратовской губернии прибывали, у каждого второго была своя кормилица, а то и тёлка молодая. Видать, поскуднели хозяйства.

Сейчас меня накрыло осознанием, что только силами этих крестьян мы не справимся с больши́м объёмом предстоящих работ. Видимо, к такому же выводу пришёл и Гуска. Сильно озадаченным и понурым выглядел Сил Капитонович. В Покровской под боком гарнизон и солдатики, которые сами были заинтересованы в развитии подсобного хозяйства, так как семьи их были рядом и всегда на подхвате.

А что мы можем сейчас предложить людям в Карачино, кроме тяжёлой работы?

Им свои семьи как-то кормить нужно, платить государству денежный оброк за пользование землёй, подушную подать, а также в качестве натуральной повинности сдать определённый объём зерна. От рекрутской и подводной повинности их также никто не освобождал. Благо местные крестьяне избавлены от обслуживания почтовой станции ввиду её отсутствия.

«Если бы знали, с чего придётся начинать здесь в Карачино, то обговорили бы с Петром Васильевичем дополнительные условия. Ох, и жук этот интендант Лагутин», — не раз крутилось у меня в голове за эти дни.

- И где, интересно, Егор Андреевич планирует брать животных для скотного двора? У нас-то и свои свиноматки есть, и коровки имеются. Что, Сил Капитонович, предложишь прапорщику? —