Капитан. Назад в СССР. Книга 15. Часть 3 - Максим Гаусс

Даже если начнем стрелять — поляжем все. Нас тупо задавят огнем, а потом перебьют, как котят. Пожалуй, отсутствие нормального плана сказалось на его результативности самым хреновым образом! Ничего, первый раз, что ли?

Лейла сжала рукоять пистолета за спиной. Герц замер, готовый рвануться в сторону.

И в этот момент раздался далекий выстрел. Одиночный. Сухой. Секунда — второй выстрел. Третий. Работает снайпер⁈ Но кто и откуда? Здесь, в Пакистане⁈

Остальные боевики заметались, закричали, вскидывая автоматы. Лагерь мгновенно поднялся на уши, но попробуй там что разбери! Шут откатился в сторону, затерявшись в толпе, Герц скрылся куда-то вниз, только и успел увидеть глушитель на его стволе.

Я выхватил пистолет, снял ближнего. Лейла и Док — еще двоих. Смирнов выжал газ, грузовик рванул вперед, сбивая джип с дороги. Душераздирающий скрежет и лязг металла.

— Прыгайте! — заорал он, сбавив ход минимального.

Мы кто-как запрыгнули в кузов на ходу, вцепились в борта. Грузовик, ускорившись, снес шлагбаум, затем вылетел из кишлака, понесся вверх по ущелью.

Сзади стреляли, пули цокали по металлу, но мы уходили.

— Все здесь? — громко крикнул я. — Никого не забыли? Шут?

— Здесь! — ответил он. — Я на подножке! Сейчас рванет!

И действительно. Сзади, в руинах кишлака вдруг грохнуло так, что заложило уши! Опять у боевиков все пошло не по плану… Но кто же тот снайпер, что помог нам выбраться?

Глава 12

Уверенное отступление

Грузовик несся вверх по ущелью, то и дело подпрыгивая на камнях.

Позади полыхало огненное зарево — укрепленная площадка с подготовленной ракетной установкой, техника и оружие, руины кишлака — все превращалось в огромный костер. Детонировали боеприпасы, все сверкало яркими рыжими всполохами, вверх поднимались клубы дыма. Эпическое зрелище. Жаль, что я не видел, как рванул первый форт. Уж там-то оружия и боеприпасов было раз в десять больше.

Надеюсь, что Халид и большая часть его людей погибла. Если же нет, что скорее всего, значит, за нами непременно увяжется погоня. Наверняка он также найдет способ доложить о случившемся Бен Ладену, а его реакцию предсказать несложно — ярость, злость, раздражение. После этого он железно попытается нанести другой удар, еще более жестокий и кровавый. Такому человеку нужен резонанс. Нужна месть.

Вообще, было бы хорошо взять в плен кого-то из его помощников, чтобы впоследствии узнать о самых ближайших планах. Это мог быть тот же Халид, но его судьба пока что была неизвестна. Впрочем, если Паркер жив, он тоже сгодится.

Я вцепился в борт, пытаясь удержаться на трясущихся досках. Рядом Лейла переводила дух, Док перевязывал лёгкую огнестрельную рану на руке. Смирнов гнал машину, почти не разбирая дороги, но при этом контролировал процесс.

Нам нужно было поскорее подобрать Шаха и Ольгу, пока еще была такая возможность. Не пройдет и часа, как все эти дороги будут перекрыты боевиками, что сбегутся со всех окрестностей — точек у них тут много. Наверняка кто-то из их полевых командиров уже в курсе, что здесь действует советская разведка.

Шут перебрался с подножки в кузов, тяжело дыша.

— Гром, тот снайпер… — выдохнул он. — Кто-то работал с высоты. Я не видел откуда, но слышал одиночные выстрелы. Били из СВД, причем толково. Кто бы там ни был, он стрелял не менее десятка раз и все точно в цель. Даже когда мы уже отъезжали, он продолжал стрелять. Профессионал.

— Может, наши? — спросил я.

— Не знаю, может и так. Только кто? Хорев других не пошлет, а если бы ГРУ отрядил в этот район кого-то еще, мы бы знали об этом заранее. Контрразведка… Не думаю, к тому же всего один человек. Но кто бы нам ни помог, он работал грамотно. Я бы сказал, работал с небольшого расстояния, метров в триста-четыреста. И в темноте, учитывая горный рельеф местности, а так не каждый сможет.

Я задумался. Неужели вмешалась третья сила? Но кто?

В этом регионе и без того хватало игроков: ЦРУ, ИСИ, местные племена, советники из разных стран. Но снайпер, работающий по боевикам Халида в момент, когда мы выбирались из ловушки — это не могло быть случайностью. Он работал в наших интересах. И чуйка подсказывала мне что делать…

Выглянув из-за болтающегося тента, я увидел в горах мерцающий огонек. Возможно, фонарь. Три длинных, два коротких. Сразу стало понятно, что это не баловство боевиков — они такого и не знают.

— Так, а ну, тормози! — обернувшись, крикнул я Смирнову.

— Гром, ты чего? Нас могут преследовать!

— Тормози, говорю! — оружие я держал наготове, поскольку Женька был прав. Взрыв не мог уничтожить всех, наверняка кто-то последовал за нами. А может и нет, может противник по каким-то причинам взял, да и отказался от преследования.

Женька послушно сбавил скорость, затем грузовик и вовсе остановился у обочины. Нас окутала тишина, было слышно только потрескивание разогретого двигателя и далекие взрывы за хребтом. По моим подсчётам, мы удалились от места взрыва примерно километра на два с половиной. Может чуть больше.

— Эй, вы что задумали? В чем дело? — удивленно спросила Лейла.

— Ждать. Если это друг, он появится. Если враг, будем решать проблему!

Не знаю почему, но у меня в голове засела твердая мысль — нужно подождать. И игнорировать сей факт нельзя. Ну, не просто же так все это.

Три минуты. Пять.

Время тянулось бесконечно медленно. Я вслушивался в ночь, пытаясь уловить любой посторонний звук — шорох оседаемых камней, шум обуви, лязг металла. Где-то в горах тихо ухал филин, ветер шелестел сухой травой. Пальцы сами собой сжимали и разжимали рукоять пистолета. Остальные заметно нервничали, но не вмешивались. Раз я что-то решил, значит, на то есть причина. По-хорошему, нужно было скорее прорываться через ту огневую точку, что была впереди, забирать наших товарищей и рвать когти в сторону афгано-пакистанской границы.

Наконец, из темноты раздался голос. Гулкий, низкий, басовитый:

— Командир, ты как всегда — импровизируешь на ходу! Я едва за вами успел!

Из-за наваленных друг на друга валунов показался человек. Крупный, широкоплечий, под два метра ростом. В руках он держал пулемет Калашникова с большим коробом, а за спиной был различим огромный вещмешок и ствол снайперской винтовки Драгунова. Лицо широкое, простоватое, но глаза — цепкие, внимательные, холодные. — блестели в полумраке.

Черт возьми, да это же Самарин! Прапорщик! Раненый во время последней операции группы «Зет» в Сирии, он единственный кто не участвовал в авантюре по вызволению моей супруги из плена в Абу-Танф, по причине того, что валялся в военном госпитале. Хорошо,