Это космос, дзетька! - Лина Таб

— Знаю.

— Так вот родители не раз пытались знакомить меня с ниерри, дочерьми и женами партнеров, думая, что со своим характером, даже не смотря на связи, я не смогу найти жену, ведь на отборах меня никогда не выбирали.

— А что не так с твоим характером? — спрашиваю серьезно, желая понять, что он сам думает об этом.

Дирс поворачивает голову и смотрит тем самым взглядом преподавателя, после которого чувствуешь себя несмышленышем.

— Я привык к порядку. Во всем. В жизни, в обстановке, в существах. В бизнесе это легко. Ты выстраиваешь рабочую цепочку и она функционирует, если что-то ломается, заменяешь. Но точно такую же цепочку я предпочитаю выстраивать и вне работы.

— Но ведь это невозможно, — сажусь, с сомнением глядя на мужа, — жизнь непредсказуема, как и существа, с которыми ты живешь. Каждый имеет свои привычки, правила, нормы.

— Да, — муж кивает, — но тем не менее, дома тоже можно выстроить свои правила, пусть и в более свободной форме.

— Ты-педант, — заключаю, хотя уже и так догадывалась.

Муж кивает, с сомнением глядя на меня.

— А еще, ты жуткий моралист и циник, — еще подытоживаю свои заключения.

Муж снова кивает.

— Что еще?

— Обычно я не скрываю мыслей, высказываю свою точку зрения и стараюсь ее отстоять. Очень часто, это во вред, — произносит с сомнением.

— И поэтому ты чаще предпочитаешь отмалчиваться, чтобы не возбуждать конфликт?

— Да, — на лице дирса проскальзывает тень улыбки.

Улыбаюсь в ответ и сев, тяну руку к кудрявым волосам мужа.

Линай напряженно косится на меня, но не препятствует.

Запускаю пальцы и пропускаю сквозь них плотные платиновые прядки.

— И теперь мы возвращаемся к тому, — я убираю руку, спрятав ее на коленях, — что тебя пытались свести родители, но…?

— Но они не выдерживали меня долго, даже не смотря на желание заключить контракт или породниться с моей семьей. Среди рас альянса нет бедствующих слоев населения. Здесь много возможностей и условий, чтобы хорошо зарабатывать, поэтому, в итоге все равно выбирались мужья более комфортные.

— Угу, — хмурюсь, — и из-за этого у тебя повысился градус недоверия, степень цинизма и выросли колючки.

— Колючки? — муж непонимающе осматривает себя.

— Это снова выражение такое. Как защитный механизм от потенциальной угрозы психологическому состоянию. Вот ты когда защищаешься, говоришь то, что может обидеть, или закрываешься от эмоций и от человека.

Муж задумывается и спустя несколько секунд все-таки кивает, внимательно смотря на меня.

— Сколько их было? — не удерживаюсь от вопроса, прикусив губу.

— Восемь, — дирс сводит брови.

Удивленно качаю головой, смотря немного новыми глазами на мужа. Восемь при дефиците женщин в принципе, это много.

— Теперь я лучше понимаю, откуда росли твои претензии на счет моего несерьезного подхода к выбору, — улыбаюсь мягко.

Муж тоже скупо улыбается, но даже такая улыбка смягчает его холодное лицо.

— Линай, на самом деле, примерно подобное о тебе я уже и так поняла, ты только подтвердил мои мысли, — я беру большую теплую ладонь и глажу пальцы, обрисовывая подушечкой каждый, — но давай я тебе немного расскажу о своем представлении относительно отношений, — поднимаю взгляд от рук и сталкиваюсь с внимательным от мужа.

— Я слушаю, Лиза.

— У меня в жизни были всего одни серьезные отношения. Мы с этим человеком были вместе почти четыре года. Я доверяла ему, старалась не лезть, когда он не хотел или был не в настроении, уставшим. Я просто молчаливо была рядом. Но это была огромная ошибка. Мы мало говорили о проблемах. Вернее, он предпочитал не говорить, а я постепенно начала делать так же. Мы замалчивали конфликты. Не лезли друг к другу. Тогда, я считала это нормой. Ведь мы понимали все и так. По крайней мере, мне так казалось. Только сейчас, спустя год после расставания, я поняла, что это была утопия. Люди близкие никогда не будут замалчивать то, что у них на душе, не будут скрывать ничего. По крайней мере, в моем видении отношений. Это вопрос доверия, честности. Я не виню его, что у нас вышло так, но сделала для себя определенные выводы. Если у нас отношения, значит, мы должны говорить честно, не должны отстраняться, не должны замалчивать то, что на душе. Потому что партнер должен быть первым, к кому ты пойдешь, когда что-то не так. Первым, кому ты расскажешь и не будешь сомневаться, что тебя не поймут или оттолкнут. Такое для меня неприемлемо.

Замолкаю, покусывая нервно губу. Прошлые отношения уже давно отболели, да и чувства там затухали не стремительно, но все равно, вспоминать об этом оказалось неприятно.

— Я постараюсь. Обещаю, — произносит хмуро.

— А я постараюсь принять тебя таким, какой ты есть, Линай, вместе с твоим характером, цинизмом и колючками, в скопе с насекомыми, — про тараканов я не говорю, это для него будет еще более непонятно.

— Ты и так это уже делаешь, — произносит сухо и отворачивается.

Снова тянусь к его лицу и провожу пальцами по щеке. Линай ловит мою руку и прижимает плотнее к себе.

Сейчас мне кажется, что мы нащупали те самые точки соприкосновения. Услышали друг друга, и от этого становится легко.

Этой ночью Линай остается со мной. Но мы просто спим в обнимку, испытывая легкую неловкость и скованность. Для чего-то большего, между нами еще слишком маленькая связующая нить. Но тем не менее, прижимаясь к большому и теплому телу мужа, я не смотря на волнение, не испытывала желания отстраниться, мне хотелось быть ближе и это несомненно хороший знак.

Пару дней спустя, наконец-то в гости прилетела Эля с мужьями и после эмоциональных разговоров, мы отправились с экскурсией в местный клуб. Скорее всего, это он и был. Там сегодня было шоу с крутыми спецэффектами, музыкой и кучей народу. Столики нам заказал Руди заранее и это был сюрприз к приезду Эли, ведь до последнего я не знала о том, куда мы пойдем.

Зайдя внутрь, мы с подругой очень удивились выбору рипата, но быстро оценили. Муж лишь усмехался, разрезая воздух языком и уверенно вел нас внутрь.

— Ты часто здесь бывал? — склоняюсь к рипату, как только мы занимаем свои места.

Мыль, что мой муж в прошлом тусовщик, как-то незаметно прокралась в сознание, но не смотря на очень легкий характер Руди, мне кажется, он сюда не вписывался.

— Нет, дзетька. Всего два раза и оба ррраза меня сюда за-та-щи-ли коллеги.

Удивленно смотрю на мужа, который не испытывает неловкости.

— Мне