Системный отшельник. Меня забыли вернуть - Александр Сергеевич Виланов

Подышав свежим воздухом, я вернулся в святилище. Сразу перебежал в левую часть зала — там можно было дышать. И ещё раз осмотрел трупы. Одежда на всех была простецкая, пышных одеяний, как на той дворянской дочке, ни у кого не вижу.

Это то самое, о чём мне говорили Тиана и Каспар. Кто-то решил не тратить ресурсы ради простых людей, и их просто бросили на смерть. Смерть от голода и жажды, медленную и мучительную.

Если бы я оказался на их месте, я бы, наверное, не смог вот так сидеть и медленно умирать. Выбежал бы на улицу и принял бы смерть от рук монстров.

А хотя… не слишком ли их тут мало? Всего четверо. В других партиях было минимум по шесть-семь штук.

Проверяя свою теорию, я вышел на улицу и осмотрелся. Ага, вижу — вон там кто-то лежит. Подошёл, проверил. Из-за разложения сложно разглядеть, но вроде молодая девушка. На животе две сквозных колотых раны, на брусчатке пятно от растёкшейся крови. Вердикт — убита собакой.

Дальше по улице лежал ещё один — мужчина с рассечённой грудью. Это явно работа мечника. Вроде всё…

А, нет: ещё дальше, на левой стороне улицы, возле дома что-то лежит. Шапка. Явно не нератская — здешняя ткань за триста лет давно разложилась. Значит, кто-то из затянутых пробегал там и выронил её. Заглянем-ка в дом…

Да, внутри мёртвый мужчина. Рука отрублена и лежит отдельно, торс иссечён несколькими разрезами.

Попробуем восстановить полную картину. Четверо людей остались в святилище и ждали до последнего. Но другие трое не выдержали и решили убежать.

На девушку напала собака, другие двое не стали ей помогать и побежали дальше.

На них напал мечник. Пока он убивал первого, второй пробежал дальше по улице, обронил шапку и забежал в дом. Но мечник — не собака. При своей скорости он быстро расправился с первым мужиком, догнал второго и с ним тоже расправился.

Что я думаю об этих мужиках, бросивших девушку? Да ничего. Мерзко это — когда ты бессилен и не можешь помочь. Ещё один мотиватор для меня стать сильнее.

Может, если поискать, найдутся ещё тела. Но смысла нет. Одним меньше, одним больше — какая разница? Всё равно им уже не помочь.

Может, стоит хотя бы вытащить тех четверых из святилища? Чтобы, если кому-то когда-то понадобится там спрятаться, им не пришлось сидеть в компании разложившихся трупов.

Нет, прикасаться к ним без защитной экипировки — хреновая идея. Не хочу, победив двух мечников, умереть глупой смертью от заразы. Придётся оставить так. Так что, пожелав ребятам покоиться с миром, я двинулся дальше.

Далее по курсу как раз стал виден очередной столп света. Похоже, святилища тут примерно так и располагаются — через каждые несколько кварталов. Я направился туда.

* * *

Уже когда я подходил, из святилища вдруг выбежал человек. Молодой парень. Но изнутри тут же высунулась рука, схватила его и затащила обратно.

А через несколько секунд к самому входу подбежал мечник. Озадаченно закряхтел и стал озираться вокруг. «Чутьё» показало ему, что тут есть человек, но, придя на место, он никого не обнаружил. А люди в святилище притихли, и он не мог их заметить.

Постояв так немного, мечник ушёл восвояси.

Что это только что было? Почему тот парень выбежал?

Сразу вспомнилось предыдущее святилище. Может, тут то же самое? Люди просидели уже несколько дней без воды и пищи, и кто-то решил прекратить свои мучения, выбежав к монстрам?

Сейчас выясним. Я подошёл ближе. Изнутри раздались голоса:

— Пусти! Я убью его!

— Не смей, дурак! В этом чести нет!

Я зашёл внутрь. Голоса тут же притихли, раздался шелест доставаемого из ножен меча.

— Свои, — сказал я, примирительно подняв руки.

Шелест и лёгкий стук оповестили, что меч всунули обратно.

Я осмотрел людей. Восемь штук. Мужчины и женщины, в основном среднего возраста, кроме вон той супружеской пары стариков. И кое-что отличало их от людей из прошлых партий. И я даже не про другой стиль одежды. А про разрез глаз. Азиаты, короче.

Тем, кто чуть не достал меч (точнее катану), был стоявший впереди мужчина. Лёгкие кожаные доспехи, крепкое сложение, острая бородка, шрамы на лице. Сразу понятно, что передо мной воин. Буду называть его самураем.

А справа от него стоял тот молодой парень, недовольно потирая затылок (видимо, только что леща получил).

— Повезло тебе, парень, что успел заскочить, — хмыкнул самурай. — Тут недалеко мечник бродит. Юто его на себя отвлёк, вот он, похоже, тебя и не заметил. А если б заметил и догнал — пиши пропало.

— Да я бы убил его, если б ты меня не остановил! — крикнул молодой.

И получил нового леща.

— Ай!

— Это он бы тебя убил.

— Я не страшусь славной смерти!

— Дурак ты, Юто. Слава — это умереть, защищая свою страну и семью. А тут, в этих проклятых руинах, нашего ничего нет. В том, что ты тут зазря помрёшь, никакой славы не будет. Я лично на твоей могиле напишу: «дурак».

— Можете объяснить, что у вас тут происходит? — спросил я.

— Да Юто, дурень, решил свою воинскую славу показать. И щас я, говорит, мечника убью. Что с него взять: молодой, кровь в голове бурлит.

Глянув на молодого, самурай снова повернулся ко мне:

— Тебя как звать?

— Артём.

— Артём? Хм… Как я и думал — ты ведь не из наших. Одежда, внешность, а теперь и имя — всё чужое.

— Да, я вас тоже впервые вижу.

— Странно это. Обычно людей из одного места затягивает. И если б на той улице был чужеземец, уж я бы заметил.

— А я и не говорил, что я из вашей партии. Вы вообще из какой страны?

Самурай хмыкнул:

— А у нас много стран, где у людей такие лица? — показал на свои глаза. — Из Хайрона мы, откуда ж ещё. Меня Такэру звать. А это Юто, сын моего друга.

Он продолжил рассматривать меня, явно задаваясь тем же вопросом, что и прошлые партии: кто я такой, откуда тут взялся.

— Давно вы прилетели? — спросил я.

— Не, вот только-только. Минут десять назад. Повезло, что недалеко от святилища выбросило. Сразу сюда побежали. Только Кэн не дошёл — остался мечника задержать. Вот это, Юто, была славная смерть! Благодаря ему мы все