"Фантастика 2026-183". Компиляция. Книги 1-27 - Алла Железнова

— Ага! Сейчас по-шустрому одну коробку с собой и к выходу. Потом вернёмся за ней, как зачистим рубку. Пока гарнитурой не пользуемся. Чёрт ногу сломит, какая теперь у местной фауны чувствительность к сигналам!

— Есть! — Рысь пошёл в сторону разрушенной взрывом перегородки.

Настя заглянула на лестничную клетку: Гора стоял у «ДОТа», укороченного на половину высоты, и следил за лестницей.

«Ну да, кто бы сомневался», — подумала Настя, понимая, что благодаря этому здоровяку помощь быстро вошла на этаж.

***

Коридор за открытой дверью здания связи был погружён во мрак: окна-бойницы, заметные снаружи, принадлежали другим помещениям. Сразу за исцарапанным, затёртым порогом начинался наливной бетонный пол с мозаикой из белых и синих пятен разного размера. Палач первым ступил на пыльную поверхность. По стене справа, окрашенной в кремово-розовый цвет, тянулись провода, проложенные по кронштейнам. Вдоль левой стены луч фонаря выхватывал синие настенные лотки для корреспонденции — несколько штук. Пустые. Над ними висело несколько плакатов: на одном — трёхголовый пёс над спиралью ДНК. Рядом с ним был прикреплён плакат с колонками текста, напечатанного мелким шрифтом. В дальнем конце свет бликовал на поверхности немного выцветшей большой фотографии. Подойдя ближе, бойцы увидели, что это был коллаж, сделанный в графическом редакторе: строй марширующих солдат, держащих равнение направо, с автоматами, прижатыми к груди, на заднем плане леса и горы, а в правом верхнем углу — всё те же три головы мифического пса. «На защите будущего — на защите Родины!» — слоган размещался в нижней части изображения. Плакату явно стукнул не один год — краски выцвели. Рядом с ним, дальше по коридору была приоткрытая деревянная дверь. Такая же обнаружилась напротив в левой стене, но открытая настежь. Палач встал под очередным кронштейном и посветил в проём: ничего — только чистая белая плитка пола. Над дверью была привычная красная табличка «Туалет». Рысь показал на себя и на противоположную стену. Палач кивнул. Спецназовцы заняли позиции, а затем начали штурм помещений по обе стороны от коридора. Туалет оказался чист и безопасен, даже лампочки в плафонах были все на своих местах. Санузел сохранил свой вид и функционировал, несмотря на случившуюся трагедию.

Вторая подгруппа ворвалась во тьму помещения связи. В белых кругах фонарей оказалась аппаратура радиоузла: приёмники и передатчики, блоки усиления. Напольные металлические шкафы с проводами и тумблерами стояли под окнами-бойницами. Стол с небольшим переговорным устройством находился метрах в трёх от входа, по центру рубки. В конце помещения располагалась дверь с табличкой «Мастерская». Стены всё также были выкрашены в кремово-розовый цвет, как и коридор. Впрочем, цвет был еле виден: значительная их площадь оказалась завешана плакатами по технике безопасности при обслуживании оружия и инструкциями с последовательностью действий при ядерном ударе, химической атаке и прочими сценариями атаки на объект. На побеленном потолке рубки висели три длинных лампы дневного света в пожелтевших пластиковых плафонах. Кроваво-красные лучи солнца ещё проникали сквозь «бойницы», но уже были не в силах осветить комнату.

— В туалете ничего, — спокойно произнёс Палач, войдя в рубку.

Вадим кивнул:

— Здесь тоже, — он повернулся лицом к подчинённым и продолжил. — Гора, Рысь, Палач — притащите припасы с крыльца сюда. Гора — ты несёшь, остальные его прикрывают. А мы тут…

— Стоп! — черноглазый стрелок оборвал командира, — Здесь кто-то есть.

Вадим резко развернулся в сторону серверов. Рысь держал дуло автомата на уровне груди, направив его в центральный проход. Вадим осторожно пошёл в сторону блоков, держась правее. Палач достал пистолет и направился к двери в дальнем конце, прижимаясь к стене слева. Из-за последнего шкафа донёсся шорох. Бойцы замерли. Настя и Маша почти синхронно взяли опасный угол на мушку. Палач поднял руку, указал на правую стенку, затем дважды сжал пальцы в кулак, будто выманивая кого-то: «Оно движется к нам». Затем он сделал ещё шаг, отделявший его от зазора между задними панелями и стеной.

«Хлоп‑хлоп!».

На «заклинателя пуль» неожиданно вылетела птица. Воробей испуганно похлопал крыльями и улетел через коридор на улицу, чуть не врезавшись в ошеломлённую физиономию Горы.

— Твою мать! — выругался Палач, лежащий спиной на полу — он упал назад, в момент, когда пернатый вылетел из щели прямо на него.

— Всё отлично! — Старый протянул товарищу руку, помогая подняться. — А теперь за припасами и замуровываемся тут на ночь!

Через минуту в полутёмной радиорубке остались две девушки и командир отряда. Лучи солнца совсем потускнели, и за стеклами мелких окошек была видна только стремительно темнеющая синева неба. Ночь вступала в законные права.

Вадим прикрепил свой осветительный прибор на столешнице рядом с переговорным устройством, напоминающим микрофон звукозаписывающей студии. Он обратился к оставшимся:

— Разместите фонарики так, чтобы проход был освещён, но из окон не было видно.

— Старый, а там горит что-то, — Мессия нагнулась ближе к полу, — в этих блоках лампочки горят!

Командир подошёл ближе к одному из шкафов:

— Да, точно. Выходит есть свет. Провода не оборвало ничем? Хорошо!

Щёлкнул выключатель. Над головой замерцала и через несколько холостых попыток зажглась лампа дневного света.

— Да, свет есть! — Маша ещё раз ударила по выключателю на стене, и комната вновь погрузилась в темноту.

— Гаси! — запоздало шикнул Старый. — Не надо! Обойдёмся фонарями. Пары хватит. Один часовой. Меняться через час будем.

— Я первая! — Настя сняла каску и наконец почесала натёртую голову. Хоть подразделение и снабжалось лёгкими, и при этом прочными средствами защиты — шея и спина ныли, как после стандартной общевойсковой брони. — Потом забыться хочу. Долгий день был.

Вадим еле заметно улыбнулся:

— Добровольцам — дорогу!

Маша, тем временем, осматривала стол с рацией: журналы ведения радиопереговоров, журнал осмотра территорий, книга приёма-сдачи нарядов. Фамилии, звания, стандартные фразы и примечания. Развороты пестрели разными почерками и везде были шаблонные фразы: «Обход территории совершён — посторонних предметов не обнаружено», «Наряд сдан. Происшествий не обнаружено», «По результатам осмотра оборудования, неисправностей не обнаружено». Тоска армейского быта во всей красе. Но такая рутина, возможно, теперь была бы заветной мечтой тех, кем утолил голод выводок «восьмидесятки». Последние строчки заполнялись три дня назад. Закрыв журнал, Маша провела лучом фонаря по столу. Он весь был исцарапан. На столешнице легко читались отдельные имена людей, высеченные уродливым шрифтом, по самому краю тонкой деревянной крышки. Девушка поводила фонарём по стенам. Рядом с входом в рубку её глаз уловил что-то белое.

«Доска для маркеров?» — удивилась Шерлок и подошла ближе, рассматривая атрибут, характерный скорее для классов и аудиторий, но не для воинской части. На доске были какие-то цифры и слова. Девушка