"Фантастика 2026-183". Компиляция. Книги 1-27 - Алла Железнова

— Семечки будешь? — Малой насобирал горстку у себя по карманам и уже тянул кулак с угощением к рукам Юрика.

— Да, не, — рассеянно ответил конопатый.

— Как знаешь, — пожал плечами ефрейтор и засунул семечки обратно в карман.

Присмотревшись под светом Луны к другу, он спросил:

— Юрик, ты чё такой хмурной? На обеде же нормальный был.

— Да ничё, — тихо ответил рядовой.

Малого такой ответ не устроил и он легонько толкнул парня в плечо:

— Вываливай, давай! Чё случилось? Дома что-то?

— Да нормально дома всё, — Юрик сделал небольшую паузу, а затем продолжил. — Катька бросила.

— Написала, что не дождётся?

— Да, что полтора года — это долго.

— Вот сука! — ругнулся Малой и сплюнул на землю. — Но ты не тушуйся! На гражданку вернёшься — нормальную бабу найдёшь!

— Да кого? — вздохнул Юрик. — Мы с Катькой с восьмого класса вместе были. Она самая лучшая.

— Да знаешь, сколько таких Катек? Я на районе каждую неделю баб менял! Такие кисы бывают! — с наслаждением начал вспоминать Малой.

— Мне шлюхи не нужны! — резко отрезал пухлый юноша. — Катя — она другая совсем!

— Да что другая? Что в ней такого особенного-то? — не унимался Малой. — Баба, как баба. Вернёшься — найдёшь себе сладкую.

— Нет!

— Что нет? — не понял Малой.

— Таких, как Катя нет, — грустно ответил Юрик.

Ефрейтор прикинул кое-что в своей голове и осторожно задал товарищу вопрос:

— Юрик.

— Чё? — тихо ответил солдат. Всё это время он не отрывал взгляда от неба.

— А ты чё делать собираешься?

— Я объясню Кате, что она всё неправильно поняла.

— В письме? — решил уточнить Малой.

— Не знаю, — промямлил Юрик. — Но, думаю. В общем, сбегу я к ней!

Малой присвистнул и поправил кепку у себя на голове.

— Не, братан, так не катит.

Юрик продолжил с той же интонацией:

— Я сбегу, приеду к Кате и всё ей объясню! Она поймёт, что у неё просто были дурные мысли!

— Юрик, послушай, тебе это не надо!

— Что не надо? — разозлился конопатый. — Катя — моя будущая жена! Она просто переволновалась!

— В дисбат тебе не надо, дурень! — ефрейтор слегка повысил голос, чтобы оборвать фразу друга. — Тебя на первом же поезде снимут и в Мартово отправят! Ты знаешь, как там живётся?

— Нет, — буркнул Юрик.

— А вот мне старший призыв рассказывал: хуже тюрьмы! — Малой сплюнул себе под ноги. — Там ты не «товарищ солдат», там ты — моль, не человек даже! Будешь от зари до зари по плацу ползать, бегать, строевым и гусиным шагами ходить! Из «старшаков» там Белый был. Говорил, что хотел повеситься, как туда попал. На хер оно тебе надо, Юрик?!

Его друг замолчал, шмыгнув носом. Малой продолжил:

— Ты подумай, как матери напишешь: мама я еду двушку мотать в дисбат, потому что я совершил идиотский поступок! Братан, послушай меня: пройдёт время, и ты встретишь такую матрёшку, что Катя и близко не стояла!

Юрик ничего не ответил.

Со стороны взлётной полосы к ангару подходили две фигуры. Малой прищурил глаза и узнал в них патруль роты охраны «Гнезда». Это были его знакомые: Миша и Олег. Обыкновенные солдаты, похудевшие на армейском пайке. Оба среднего роста, русые, со светлыми чертами лица. В бронежилетах и касках они сейчас вообще выглядели близнецами. Когда бойцы подошли ближе, он им крикнул:

— Здорово!

Миша протянул руку, чтобы поприветствовать знакомого:

— Здоров, Малой! Сигаретки не найдётся?

Ефрейтор полез во внутренний карман комбинезона. В этот момент все четверо обменивались рукопожатиями:

— Здорово!

— Здоров!

— Привет!

После этого ритуала Юрик снова уставился на звёзды.

Наконец, Малой достал сигарету и протянул её Мише.

— И мне одну! Не обидишь? — вожделенно посмотрел на техника Олег.

— Э, алё! — возмутился Малой. — Ты мне пачку должен! Когда отдавать будешь?

— С «зарплаты» отдам, — грустно вздохнул Олег. Он называл «зарплатой» мизерное жалование солдата-срочника.

Миша показал добытую сигарету напарнику и сказал:

— Вместе покурим.

Олег снова обратился к сидящему ефрейтору:

— А у тебя семки есть? На вафли обменяю!

— Шоколадные? — заинтересовался Малой.

— Да, — Олег зашуршал обёрткой в своей разгрузке и извлёк оттуда пару вафельных квадратиков.

— Это дело! — одобрительно кивнул Малой, отсыпая своему должнику семечек.

Олег продолжил:

— А ты слышал, что у нас у одного «кукуха» слетела?

Миша прыснул смехом, а Малой задумчиво произнёс:

— Ну-ка. Что там у вас было?

Даже Юрик стал коситься на патрульных в ожидании истории.

Олег продолжил:

— Короче, у нас этот дебил — Новосинцев. Знаешь же его? — он вопросительно посмотрел на Малого. Тот утвердительно кивнул. — Он последние пару дней командира взвода всё доставал: «А нас пошлют в «зону смерти»? А нас пошлют за периметр?» И так всех задолбал, что замполит ему брякнул: «Из нашей роты ты будешь в разведке, если что. Ты ведь туда рвёшься, как я посмотрю?» Этот дебил сразу побледнел и затих. И все думали, что он успокоился, а он, короче, задумал комиссоваться!

— Комиссоваться? — переспросил Малой.

Миша поддакнул:

— Да, так его кореш — Лягуха — говорит.

Олег снова перевёл внимание на себя:

— Так вот! Когда роту отбили, этот полудурок ночью пошёл в туалет и там спрятанные иголку и нитки из-за стиральной машины достал и начал себе рот зашивать!

— Да ну на хер! — выругался Юрик.

— Фу, — сморщился Малой. — И чё?

— И всё! — сквозь смех произнёс Олег. — Ротный говорит, что ему такие конченые в роте не нужны. Переводить его будут.

— Дааа, — протянул Малой. — А у нас…

Его прервал Миша:

— Шухер, пацаны, кто-то из радиорубки вышел! Побежали на маршрут!

Патруль скрылся в темноте у края «взлётки», техники тоже решили исчезнуть от лишних офицерских глаз в своём ангаре.

***

Громов курил, стоя возле входа в радиоузел «Гнезда». Операция шла уже 10 часов, и конец её пока не был виден. То, что со слов главнокомандующего армией задумывалось, как «контрольный экзамен», стоило жизни десяткам людей из его подразделения. Годы подготовки, литры пота и крови — и вот такой бесславный и глупый конец: «Сбит ПВО родной страны, которой служил». Полковник представил себе это торжество цинизма и армейского дуболомия, высеченное на надгробиях. Представил, как между холодными памятными камнями на кладбищах будут стоять скорбящие родственники. По правде говоря, манекены в запаянных гробах — особый почерк службы в «Раскате». А что можно положить в гроб после встречи солдата с мутантом? Ведь враг, с которым должен биться отряд, только в редких случаях оставил бы хоть что-то узнаваемое от человека. Да и тела павших инструкцией предписывается оставлять в ареале обитания, обработав